Электронная онлайн библиотека

 
 История экономической теории

4.4. Экономическое учение фомы Аквинского


Заметное место в истории экономических учений занимает наследие фомы Аквинского (1224/25 - 1274). Все произведения Тома можно классифицировать так: теологический синтез, академические диспуты, комментарии (например, Аристотеля), полемические произведения, трактаты на разные темы, размышления, письма, литургические тексты, проповеди. За Джеймсом Вапельпом, который перечислил 101 произведение Тома, он был рассудительным и открытым человеком. Его взгляды и учения представляют немалый интерес для толкования современных проблем.

Теологическим синтезом можно считать, во-первых, "Scriptum super libros Sententianmi" (Париж, 1252-1256 гг.), где Тома упрощает сентенцию Петра Ломбардского и, во-вторых, "Summa contra несчастные" (Париж, Неаполь, 1259-1264 гг.). Тогдашний доминиканец Раймонд Пенафордський предложил Томе написать сочинение о миссионеров против мусульман, иудеев и еретиков. Результатом этой задачи стало произведение в четырех книгах.

Хорошо известным произведением является "Сумма теологий" (1266-1273 гг.), который он представил для утечек теологии. Произведение не закончен, он оборвался на третьей части, потому что после 6 декабря 1273 г. Тома больше не смог писать.

Среди академических диспутов необходимо назвать "De vesitate" (Париж, 1256-1259 гг.), "De potentia" (Рим, 1265-1266 гг.),

"De malo" (Рим, 1266-1267 гг.). Его комментарии библейских сочинений касаются Ветхого и Нового завета. Среди двенадцати комментариев Аристотеля стоит обратить внимание на "In decern libros Ethicorum Aristotelis ad Nicomachum" (Париж, 1271 г.) и "In ato libros libros Politiconm Aristotelis" (Париж, 1269-1272 гг.). Среди трактатов на разные темы следовало бы вспомнить "De sungo ru de regimine principum ad segem Cyrsi" (Рим, 1265-1267 гг.). Этот трактат о правления всемирного обладателя был задуман как подарок Хуго II Люсігнанському королю Киру. Среди писем Тома один, а именно "De emptione et renditione ad tempus", посвященный проблеме купли-продажи в кредит. На втором плане стоит учение о росте и денежная проблема торгового жизни во Флоренции. Следовательно, именно финансовыми понятиями заинтересовывает Тома в письме "De regimine Fudaeosum ad Ducissam Bradantine" (Париж, 1270-1271 гг.). Это письмо направлено к короля Людовика IX Маргариты. В нем речь идет, прежде всего, об финансовые отношения с Иудеей.

В своих произведениях Тома выступает всесторонне одаренным теологом и философом, человеком, которому были известны проблемы человечества своего времени. С учетом этих проблем Тома обдумывал ответы, которые должны были помочь людям.

За Томой, хозяйство (экономика) является реальностью этого мира. Исходя из его главной концепции, все создано Богом и к нему, как к цели, должен возвращаться. На этом пути задача экономики - удовлетворять физически-душевно-духовно необходимые потребности человека. Хозяйственные блага для потребления, а также богатство не должны стоять на пути к полному счастью людей, которое через эти блага не достигается, но они все-таки необходимы для земного, включая и физическое существование. Пользование материальными благами дает возможность не переступать разумные пределы. Человечество должно руководствоваться здравым смыслом, умом и мудростью.

Эти блага важны, они должны быть достигнуты благодаря земному счастью. Эту долю человеческого бытия следует понимать не как индивидуальное исполнение желаний, а как такое, которое достигается в отношениях друг с другом. Хозяйства имеют необходимые социальные Возможности. Человек как общественное существо приобретает экономическую и хозяйственную активность. Тома воспринимает экономику не только исходя из основного значения этого слова (как домашнее или семейного ведения хозяйства), а как большие экономические единицы - города и прилегающие к ним экономические районы. Он думает о большие хозяйственные пространства (провинцию), которые во многих случаях лучше, чем город, способны гарантировать экономическое обеспечение. Экономика для него социально - коллективная и общественная деятельность. Она должна способствовать, обеспечивать и заботиться о физическом, земное существование человека.

В XIII в. в экономическом развитии (например, в сфере обращения денег и расчетов) наблюдаются переходы от специализации и дифференциации, которые указывают направление отделения земной действительности. То, что позже будет трактоваться как современная секуляризация и плюрализации, происходит с XIII в. Не удивительно, что Фома Аквинский решается воспринять размышления Аристотеля, того философа, который, в противовес Платону, подчеркивает не на религиозной и мифической ценности, а на человеческом здравом уме. За Томой, жизнь в соответствии со здравым смыслом является тем благом, без которого невозможно достичь полного счастья. Когда здравый смысл уступает место свободы, то в сфере принятия решений он должен был бы выдвигать совет волеизъявления (то, что позже Кант провозгласил автономией воли).

Тома постепенно интерпретирует хозяйство как дело разума (здравого смысла), который касается практической деятельности (торговли); таковыми он считал главные добродетели ума, которые для него были действительно здравым смыслом, "которым можно управлять". В своей "Сумме теологий" Фома Аквинский спрашивает: "была Ли экономика частью добродетелей ума" и начинает обоснование: касался разум всего морально-добродетельной жизни. Экономика является промежуточным звеном между отдельными персонами и всем обществом. Конечной целью хозяйств является благосостояние. Тома понимает это как этическую качество: и грешный может убедиться в экономических преимуществах дальновидно, но общего благосостояния не будет достигнуто, потому что при этом не было добродетельной жизни. Тома одобряет хозяйство как земное и человеческое искусство, если оно выступает как умная и добродетельная торговля.

Хозяйственная благоразумие должно проявляться в том, что экономика действует справедливо. Когда Тома говорит об экономике, то преподносит наружу стремление к справедливости: тождество проявляется в том, что должны и что получают. Однако это равенство позволяет производить не в каждом случае. Тома приводит пример: дети хотели бы дать своим родителям не по индивидуальной степени равенства, что они им должны, и тогда справедливость была бы как обязанность. Принцип равенства не всегда имеет силу, а именно в системе так называемого справедливого обмена, при которой должна господствовать равенство, когда берем и когда даем, что зрівноважує обе чаши весов по известным символом весов. Это условие распространяется на основные сферы экономики - обмен, покупку, продажу. По другой формы равновесия, а именно уединенной, все происходит не так просто, поскольку равновесие предусматривает предоставление льгот, т.е. распределение, который проводит Бог или инстанция (правления, администрация). Есть немало участков в экономической жизни, где происходит справедливое распределение.

Не обременяя экономику задачей по приумножение богатства и прибыли, заботятся, прежде всего, о том, чтобы все получили от жизни нужно и должное. Иначе общественное благосостояние недосягаем. Этой высшей цели экономики должны подчиняться производственные отрасли и производственная техника, а также стремление к получению прибыли и увеличения своих доходов. За Аристотелем, Тома подчеркивает: "Если людям будет казаться, что задача экономики - это неограниченный рост богатства, то это было бы ошибкой". Хозяйственная активность должна была бы регулироваться и сдерживаться здравым смыслом, решением ума. Однако принципиально прибыль не осуждается разве тогда, когда, например, покупатель действует с целью повышения дохода, что не знает границ. Когда торговая сделка направлена на доход, то не имеет значения, как долго используется этот доход на необходимые и морально добрые цели. Разрешено заниматься оговоркой собственных торговых фирм от бедности ради всеобщего благосостояния, если в собственной стране не хватает жизненно необходимых товаров. При этом дохода добиваются не как главной цели, но вознаграждения за труд.

Тома придерживается такого понимания значения экономики и ее целей, за которых она стремится достичь стоимостного жизни для всех в обществе. Это дает возможность расширяться в направлении пока что отсталого способа ведения хозяйства. Тома ни слова не говорит об две формы организации экономики - рыночную экономику или экономику обращения, при которых активность определенных хозяйствующих субъектов слишком свободная и поэтому сказывается на затратах других людей. Тома также высказывается относительно экстремального типа централизованной плановой экономики с тенденцией к национализации и коллективизации. За Томой Аквінським, экономика должна стремиться к благосостояния каждого в отдельности и до общего благосостояния всех. Если эту цель совместить с социальной рыночной экономикой, можно было бы отважиться на мысль, которую высказал Тома с реальной и далекой перспективой в вопросах развития экономических взаимоотношений.

Труд, за Томой, является законом природы, что, с одной стороны, касается как человечества в целом, так и каждого человека. Труд касается даже людей в раю: на самом деле она там неважная. Хорошо создано, но впале в грех телесно-физическое существо Тома представляет себе таким образом: целый мир со всеми его особенностями упорядоченный Богом и должен якобы представить Божьи законы и блага. Это касается, в основном, тех здравомыслящих созданий, то есть людей, которые должны добиваться этой цели через труд, любовь и познание.

В всеохопливій "Сумме теологий" речь идет о том, что работа должна осуществляться в честь Бога как вклад до совершенства созданий. Поэтому труд является человеческим долгом. Однако труд имеет шире задачи. При ответе на вопрос "были Ли обязаны члены ордена работать?" Тома выражает четыре мысли: во-первых, главной целью работы было создание средств к существованию; во-вторых, работа была необходима для искоренения безделья и пребывания в праздности, через что возникает желание к торговле, которая имела бы оберегать от истощения и ослабление с целью формирования энергичной личности; в-третьих, работа служит обузданием тех мечтаний и тех попыток, которые не обусловлены здравым смыслом. Труд должен быть средством, которое способствует овладению здравым смыслом; в-четвертых, труд, по возможности, помогает малоимущим. Как милостыню дают те товары, которые пересекают границу необходимости для жизни или для отдельного лица (necessarium vital, necessarium personal). За Томой, никто не должен жить в ненадлежащих условиях. Под "necessarium" Тома понимает минимум для существования в нашем современном понимании согласно условиям жизни, учитывая социальное положение, прослойка общества, в котором живет каждый. У Тома есть много размышлений о социальный статус.

На основе этого четырехступенчатого толкование труда Тома приходит к выводу: поскольку ручной труд нужна для обеспечения условий жизни, то для этого надо работать. То есть кто ничего не имеет, с чего он мог бы жить, тот должен зарабатывать себе на жизнь с помощью рук. Тома отмечает, что во трудом следует понимать все услуги, благодаря которым люди получают разрешенным способом свои средства для проживания, или с помощью рук или ног (посыльный, курьер), или с помощью голоса. Но поскольку труд направляется против праздности и на телесное закалки, то надо было бы говорить не об рабочий обязанность, поскольку такой мог бы происходить многими другими способами, например, через соблюдение поста, а особенно через почитания Бога. Поэтому члены ордена не были обязаны до ручного труда, как, впрочем, и ряд всемирно известных людей, которые зарабатывали на необходимые для проживания средства другим способом. К этому способу удался и Фома Аквинский, упорядочив комплекс работ. При этом становится понятным, Что он главный ценитель духовную, умственный труд выше, чем физическую, но, в отличие от Аристотеля, он также уважал и физический труд. Он остается реалистом: "Философия накапливается лучше, чем богатство, но от богатства страдать лучше, чем от бедности".

Работа, за Томой, принадлежит к "vita activa" (как духовная, так и физическая), к повседневной жизни. Обе формы, включая и духовный труд, не является окончательным проявлением личности. Это он видит в "vita contemplative", которая является для него лучше, поскольку сам Бог выступает здесь наивысшим благом.

Поэтому труд для человека, а не человек для работы. Ведь человек должен раскрыть свое человеческое достоинство и не имеет права ее унижать. То, что труд является одновременно общественным делом и инструментом хозяйственного обеспечения общественности, часто скрыто нравится Томе, потому что человек может творить только в общественном хозяйстве со многими потребностями к существованию.

Тома пытается так соединить в земной сфере основные христианские принципы и философские взгляды на владение и собственность, чтобы можно было достаточно удовлетворить хозяйственные нужды своего времени. Проблема заключается в том, что в этой сфере есть очень разнообразные обнаружения, которые трактуются по-разному. С одной стороны, учитывается библейское стремление по отмежевание от земных владений. Это привело, как известно, в Єрусалимі к тому, что ранние христианские общины отказались от индивидуальной собственности в пользу одной из общин, которая практиковала общность имущества как одну из форм совместной собственности. Эта библейская традиция, которая различным способом подчеркивалась позже религиозному ордену, и до сих пор содержится в клятве бедности. С другой стороны, блага земли предназначены для всех людей. Эта общая доступность отнюдь не означает "общественную собственность" и является тем фундаментом, на котором могут возникать определенные формы собственности. Церковное социальное провозглашения еще больше укрепило фундамент и тем самым ввело социальные размеры любой собственности.

Конфронтируя с обеими взглядами, Тома пытается их заинтегрировать. За одним из двух различных соображений он отвечает на вопрос: "есть Ли поступают людям от природы внешние материальные вещи?" Первое свидетельствует о том, что природа не подчиняется внешним вещам человеческой, а только Божьей силы. За вторым соображением людям поступают вещи лишь в соответствии с их потребностями. Тома обосновывает это человеческим умом, в котором возникает изображение Бога. Хотя Бог остается обладателем свыше всем, человек имеет настоящую силу, предоставленную Богом, брать вещи этой земли в пользование в соответствии с здравого смысла.

На вопрос "Ли посмела бы человек обладать вещами как собственными?" Тома отвечает несколькими аргументированными положениями. Сначала он вспоминает "potestas procurandi et dispen-sandi", то есть компетенцию человека относительно заботы о ее земная жизнь и относительно справедливого получения земных благ. Эта человеческая способность - владеть чем собственным - выдается разрешенной, поскольку необходима для достойной человека жизни. Эту необходимость Тома объясняет трехкратным опытом: во-первых, каждый больше беспокоится о том, что принадлежит ему, чем о том, что является общественной собственностью. Труд на общественную собственность відмежувала бы людей и приписывалось другим. Во-вторых, человеческие взаимоотношения лучше упорядочиваются, когда каждый имеет собственную сферу заботы о земные блага. И, в-третьих, лучше прийти к согласию, если каждый имеет часть земных благ, которой он может быть доволен. Без такого упорядочения очень частыми были бы споры.

Итак, Тома признает собственность отдельных людей. Но это является лишь одним аспектом его аргументации. Второй направлен все-таки на использование вещей. Относительно использования, то оно не принадлежит каждому, поскольку есть для всех. Существует владелец социального обязательства, который предоставляет всем другим владения, если они в затруднении. Тома ссылается на то место в Библии, где высказано предположение об упорядочении частной собственности. Когда взвесить его аргументы, то сочетаются масштабы частной и общественной собственности. Соответствующее урегулирования собственности, которое является для Тома благоустройством человеческого разума, должно быть гарантией обеспечения жизни каждому человеку и не должно этому противоречить. Если человек в затруднительном положении, то ей разрешено услуги в других благ, чтобы избавиться от трудностей. Основой для этого является то, что все блага определены для всех. Те, кто в тупике, имеют право на свою долю, достойную человека.

Несмотря на то, что определенные блага для всех, в проблематике собственности для Тома оказывается поняла версия относительно организации частной собственности, за которым признается ответственность за людей в нужде как обязанность. Это объясняет определенное отношение к собственности, где на первом плане - потребление собственности.

Тома, как и Аристотель, поддерживает ту мысль, что деньги изобретены для того, чтобы измерять цену вещей и как средство для справедливого обмена хозяйственных товаров. Монеты не являются мерилом от природы, а благодаря человеческому устройства. Благодаря человеческим решением они могут варьироваться ли признаваться надежными. Тома, очевидно, не является сторонником товарных денег. Он считает деньги, созданные людьми, средством платежа и счетной единицей. С помощью денег можно выделить блага, которые нужны не теперь, а в будущем. Свою стоимость деньги хранят постоянно, как другие вещи, но их стоимость может меняться, то есть быть не всегда одинаковой. Относительная стоимостная постоянство денег нужна для справедливого обмена. Тома отмечает функциях, которые должны и сегодня выполнять хорошие деньги. Только так они могут быть инструментом экономики. Деньги есть земным товаром. С их помощью имела бы формироваться справедливая цена, которая могла бы создавать истинные отношения, то есть определенные свойства вещей в соответствии с потребностями людей. Тома приводит пример: если дом оценен пятью денежными единицами, а кровать - одной, то между домом и пятью кроватями достигается стоимостная равенство и формируется справедливая цена. С изобретением денег должен бы происходить прямой обмен.

Субъективные потребности Тома считает основой экономической деятельности; вид товаров, их качество (в том числе и дефекты) и количество является основой ценообразования. Товары в больших количествах достигают низких цен как товары повышенного спроса; цена на хлеб повышается, например, во времена дефицита. В разных местах цена может быть разной. Труд и затраты - основа определения цены. Это важно, когда, например, речь идет об услугах купца и торговца. На вопрос: "может Ли такое, чтобы вещь продавалась дороже, чем была куплена?" Тома отвечает, признавая задачи торговца заниматься обменом товаров, распознавая двойной обмен. Труд менялы должна быть честной и необходимой. Как такое Тома называет, например, помощь в затруднении, хозяйственное поддержания своего дома. Купцы, за Томой, способствуют торговли, через что в собственной стране не хватает жизненно необходимых товаров. Так можно добиться умеренного прибыли, который надо полагать, как вознаграждение за труд. Далее Тома добавляет, что торговец мог бы продавать товары дороже, чем они были куплены, если он улучшит вещи или если изменилась цена через разницу во времени или в месте. На свою цену заслуживает опасность, которая сопровождает перевозки из одного места в другое. Купцам, которых часто считали подозрительными, Фома Аквинский пытается приписать надлежащую похвалу.

В целом Тома хочет видеть формирования цены за "золотым правилом". Рыночная цена формируется с помощью оценки. Незначительное меньшинство или большинство поддерживало бы справедливую цену. Тома выясняет, нужно ли требовать за одолженные деньги проценты. Согласно церковным законам, мотивированными Библией, Тома называет вымогательство процентов за одолженные деньги несправедливым.

Несмотря на то, что Фома Аквинский в целом осуждал ростовщичество, он выделял несколько моментов, которые оправдывают предоставления займов и взимания процентов за пользование ими. Например, если заемщик может доказать, что через то, что он одолжил деньги, он терпит убытки, будет справедливым, если он потребует возврата денег и некоторой надлежащей компенсации за убытки. Заемщик также может ожидать получение "справедливых процентов", если через несвоевременный возврат денег он был лишен шанса сделать нечто, что он мог бы сделать, имея эти деньги в своем распоряжении. Эта идея близка к современному пониманию процента за займа в качестве платы за риск невозврата основной суммы задолженности.

Интересным является то, как Фома Аквинский толкует свою идею о взаимодополнение веры и разума в отношении ростовщичества. За св. Томой, вера информирует людей о том, что брать проценты являются "греховным", и поэтому не стоит этого делать. Однако Аквинский считал, что то, что утверждает вера, в дальнейшем должно быть подтверждено умом, и развивает свои аргументы, которые оправдывают взыскания процентов за некоторых обстоятельств. Впоследствии Аквинский разделяет мнение Аристотеля, утверждая, что начисление процентов справедливо, потому что деньги являются мерой стоимости, следовательно, это не "естественно" для денег создавать другие деньги.

Фома Аквинский пишет о двух путях, которые государство может использовать для обеспечения своих потребностей в товарах. Она может производить все на своей территории или торговать. Аквинский признает, что торговцы нужны для поддержки государства, однако, "хоть идеальное государство может использовать торговцев для своей выгоды, но делать это надо умеренно". Святой Тома в этом смысле способствует развитию торговли в широких масштабах. За двести лет после его смерти Колумб будет искать Индию, чтобы облегчить торговлю.

Итак, теория фомы Аквинского о частной собственности, богатства, торговли, финансовых отношений при предоставлении займов и "справедливых" цен заложила фундамент развития идей меркантилизма. Он ликвидировал церковное "табу" на ростовщичество и начисление процентов за пользование займами, внешнюю торговлю и свободное рыночное регулирование цен, основу основ экономики - частную собственность и накопления капитала. Не будет преувеличением отметить, что его труд ускорила формирование капиталистических отношений в Европе и дала толчок развитию экономической мысли европейцев.

Со времен Аристотеля, наверное, ни один человек не имела такого весомого влияния на интеллектуальную жизнь, как св. Фома Аквинский. Его авторитет был непреклонен в течение жизни. Римские папы и университеты с восхищением изучали его произведения, парижские доктора обращались к нему как к арбитру в диспутах и с уважением прислушивались к его решений. Его идеи, изложенные в произведениях, имеют влияние на философское и богословское мнение настоящего. За такой весомый вклад в интеллектуальное развитие человечества Том Аквинского называют "христианским Аристотелем".



Назад