Электронная онлайн библиотека

 
 История экономических учений

5. Посткейнсіанство


Разработанные в теории Кейнса и его последователей разнообразные практические рекомендации после второй мировой войны активно воплощались в экономической политике западных стран. Это направление, потерпев значительной эволюции, становится господствующим в западной экономической теории 50-60-х гг.

Однако уже во второй половине 60-х гг. и особенно в 70-е гг. рецепты неокейнсіанської модели начали все больше противоречить объективным законам развития и, более того, они даже способствовали обострению отдельных проблем. Так, наиболее острыми проблемами для тогдашней экономики становятся инфляция, дефицит государственного бюджета и особенно - цикличность развития. Социально-экономическое и политическое развитие западных стран после второй мировой войны со всей наглядностью показал, что государственное регулирование экономики не может обеспечить полной занятости и равновесия. На базе кейнсіанських концепций и моделей не удалось решить проблем реализации и бескризисного развития.

Инициаторами критики кейнсианства стали прежде всего его традиционные противники с неоклассической школы, в частности монетаристы, сторонники теории предложения, теории рациональных ожиданий и др. В этих условиях дальнейшее развитие кейнсианства осуществляется под лозунгом его нового реформирования, появления новых школ и направлений. Еще в 60-70-х гг. в научном мире становится известным так называемое посткейнсіанство.

Исторически посткейнсіанство сформировалось слиянием двух научных направлений: английского левого кейнсианства с центром в Кембридже, где долгое время жила и работала Дж. Робинсон - общепризнанный лидер этого течения, и американской группы экономистов (Г. Клауер, П. Дэвидсон, А. Лейонхуфвуд, С. Вайнтрауб, Х. Мински и др.). Американцы еще с середины 60-х гг. выступили с критикой кейнсианской ортодоксии как теории «равновесия с неполной занятостью». Они утверждали, что версия кейнсианства, что разработанная Е. Хансеном, П. Самуэльсоном, Дж. Хиксом, исказила истинную суть теории Кейнса.

Левые кейнсіанці, наиболее ярким представителем которых была Джоан Вайолет Робинсон (1903-1983), а также Н. Калдор, П. Сраффа, продолжили критику неоклассицизма, а особенно его методологической основы - маржиналізму. Основной своей задачей они считали обновление учение Кейнса и доведение до логического конца возражения неоклассической системы. Именно поэтому за объект своей критики левые кейнсіанці приняли методологические принципы не только неоклассических, но и неокейнсіанських теорий. Так, например, они категорически отказываются от модели Хикса-Хансена, трактуя ее как «незаконнонароджене кейнсианство». Джоан Робинсон одной из первых признала кризис ортодоксального кейнсианства.

Объявляя себя последователями Кейнса, левые кейнсіанці, однако, не ограничивались только его теоретическими постулатами. В своей концепции они эклектично синтезировали идеи Д (в частности о противоположность прибыли и зарплаты, отдельные аспекты теории стоимости), Кейнса, институционализм, учения радикалов и наряду с этим позаимствовали некоторые марксистские идеи (например, по реализации совокупного общественного продукта).

Левое кейнсианство - реформистский, мелкобуржуазный вариант кейнсианской теории, направленный на защиту интересов немонополістичного капитала, фермеров, интеллигенции, служащих и рабочих. Левые кейнсіанці выдвигают свои варианты реформирования капитализма, стремясь подкрепить их более реалистичной экономической теорией. Именно этому служат их интерпретации проблем эффективного спроса, экономического роста и распределения продукта, вопросам микроэкономики (теория стоимости, ценообразование). Корень зла представители этого направления видят в недостаточности «эффективного спроса», следствием чего является безработицы и кризиса. Однако (в отличие от традиционного кейнсианства) главной причиной недостаточного спроса они считают неравномерность и несправедливость распределения национального дохода. Джоан Робинсон, в частности, сделала попытку связать теорию Кейнса с марксизмом и включить в нее социально-экономические факторы, в том числе распределение национального дохода. По ее мнению, сбалансированное рост возможен при условии, что доля заработной платы в национальном доходе является достаточно высокой и соответствующим образом компенсируется прибылью. Поэтому проблему «эффективного спроса» Дж. Робинсон связывает с осуществлением некоторых социальных реформ, с повышением заработной платы и признанием права профсоюзов на борьбу за ее увеличение, с более радикальными программами государственного перераспределения доходов, с сокращением военных расходов, ограничением власти монополий.

Концепция левых кейнсианцев является прогрессивной, потому что, во-первых, она критикует засилья монополий, подчеркивая опасность чрезмерной концентрации экономической мощи в их руках. Левые кейнсіанці выдвигают ряд антимонопольных требований, что обусловило их поддержку прогрессивными силами западных стран, в частности рабочим движением. Во-вторых, сторонники этой концепции настаивают на решении определенных социальных проблем, в частности ликвидации неравенства в распределении доходов и увеличении покупательной способности населения, переорієнтуванні военных расходов на жилищное строительство, здравоохранение, социальное страхование и др.

С именами Дж. Робинсон и Н. Калдора связано разработку концепции распределения, которая опирается на теорию воспроизводства и роста Дж. М. Кейнса. Основные элементы посткейнсіанського подхода к этой проблеме можно сформулировать так. Во-первых, формирование доходов не связано с предельной производительностью агентов производства, а следовательно, неравенство в распределении нельзя объяснить разными уровнями производительности этих агентов. Причины разницы в доходах посткейнсіанці видят, с одной стороны, в социальных и политических традициях и решениях, а с другой - в действия рыночных сил.

Во-вторых, уровне заработной платы и прибыли, а также соотношения между ними определяются одновременно с другими макроэкономическими переменными, а именно: темпом роста национального продукта, темпом расширение занятости, динамикой цен и др.

В-третьих, определяющей детерминантой процесса накопления является инвестиционная деятельность. Сдвиги в экономической конъюнктуре, вызванные повышением или снижением объемов капиталовложений, влияют на процесс экономического роста и распределения гораздо больше, чем изменения относительных цен.

По-четвертых, предельная склонность к сбережению у владельцев капитала выше, чем у тех, кто получает заработную плату. Однако, по мнению посткейнсіанців, интенсивность процесса инвестирования зависит не от предельной склонности к сбережению с прибыли, а от комплексной оценки предпринимателями перспектив экономического развития.

В посткейнсіанських теориях распределения развита далее кейнсианский постулат о равенстве чистых инвестиций и добровольных сбережений. Но, в отличие от Кейнса, посткейнсіанці, анализируя механизм, обеспечивающий выравнивание ожидаемых сбережений и инвестиций, особенно подчеркивают необходимость изменений в системе распределения, хоть и не дают обстоятельного анализа закономерностей формирования доходов различных классов и социальных групп. Так, система распределения по Калдором должен обеспечивать соответствующий уровень сбережений. А поскольку величина нормы сбережения в значительной степени является функцией социально-экономического статуса получателей дохода, то решение проблемы распределения в Калдора в конечном итоге можно изобразить в виде достаточно простой схемы: если сбережений недостаточно, то надо увеличить доходы тех, кто больше экономит.

Н. Калдор считал, что в современной западной экономике уровень производства ограничен не эффективным спросом, а объемом имеющихся производственных ресурсов, следовательно проблема реализации, в отличие от теории Кейнса, определяет и характер направленности причинных зависимостей в модели Калдора. Главным фактором, который формирует характер взаимосвязей между экономическими переменными, является, по Калдором, технологические условия производства. Именно эти условия влияют на величину капитального коэффициента, и на необходимый для его поддержания объем инвестиций.

Важную роль в формировании теоретической концепции левого кейнсианства, которое выступает под лозунгом «антимаржиналістської революции», кроме Дж. Робинсон, сыграл один из представителей кембриджской школы Пьеро Сраффа. Его концепцию, изложенную в книге «Производство товаров посредством товаров» (1960) сторонники левого кейнсианства оценивают как логическое основание для построения новой теории распределения. Сраффа отвергает неоклассическую теорию формирования стоимости и распределения, порывает с концепциями «предельной полезности и предельной производительности», возвращаясь к теории стоимости Д. Рикардо. Почти никто, кроме Милля и Маркса, даже не понял, что имел в виду Рикардо, ища «неизменное мерило стоимости», которое будет независимым от изменений как по зарплате, так и в норме прибыли. Сраффа же стремился доказать, что цель Рикардо на самом деле может быть достигнутой и ее достижение связано с глубокими выводами для
современной экономической теории. Стоимость в Сраффи - это чисто физиологические затраты труда на производство товара. Для обоснования своей концепции он использует пропорции простого и расширенного воспроизводства.

Сраффа подверг острой критике распределительную функцию свободной конкуренции, которая, по утверждению классиков, стихийно обеспечивает получение каждым из факторов производства (труд, земля, капитал) своей доли в созданном доходе в соответствии с предельной производительности. Конкуренцию в современной экономике западных стран Сраффа признает за несовершенной. Во-первых, по его мнению, кривые движения цены и дохода неадекватные кривым движения предельной производительности, то есть не обеспечивают одинаковых условиях производителям. Так, например, на крупных монополистических предприятиях предельная величина издержек производства всегда меньше, а следовательно, размер получаемого ими дохода больше. Это дополнительно усиливает монополистические тенденции, приводящие к захвату рынка отдельными предприятиями.

Во-вторых, пределами дальнейшего расширения производства для предпринимателя есть проблемы реализации произведенного товара, в результате чего снижаются цены и растут издержки обращения. Если существует возможность снижения цен отдельными продавцами, подчеркивает Сраффа, то нет речи ни о какой свободной конкуренции.

В-третьих, в соответствии с классической теорией цена является основным условием свободной конкуренции. Сраффа, однако, считает, что цена на товары является не единственным преимуществом для покупателей. Факторами, обуславливающими выбор ими того или иного товара, его качество, торговая марка и т.д. Это означает, что отдельные покупатели готовы покупать товар определенной фирмы даже за более высокую цену, поскольку он наиболее соответствует их потребностям. При таких условиях рынок отдельных товаров распадается на несколько рынков тех же товаров, но на каждом из них будут существовать разные цены. Для того, чтобы проникнуть на другие рынки, в каждом отдельном продавцу необходимо увеличить издержки обращения, а затем на собственном рынке они имеют привилегированное положение, что уравнивает их с монополиями.

Сраффа, а также Дж. Чемберлин отмечают, что в современной экономике чистая конкуренция является лишь дефиницией, но такой есть и чистая монополия. А значит, в реальной экономике эти две тенденции тесно переплетаются, порождая друг друга. Робинсон и Чемберлин отмечают, что монополистическая конкуренция - это конкуренция, при которой покупатели могут четко отличить товары друг от друга. Робинсон называет такую конкуренцию несовершенной, Чемберлин - монопольной.

Критика ортодоксального кейнсианства в США ведется по следующим основным направлениям. Во-первых, «ортодоксы» не разрабатывали теории инфляции, оторвав реальные процессы от процессов ценообразования. В результате этого их теории цикла и рецепты антициклической политики оказались несостоятельными в условиях стагфляции. Во-вторых, они игнорировали роль денежно-кредитных факторов и финансовой системы в целом как причин, которые порождали и стимулировали экономическую нестабильность. Именно на этих проблемах сосредоточивает свое внимание новое кейнсианство.



Назад