Электронная онлайн библиотека

 
 История экономических учений

2. Ранний институционализм


В рамках раннего институционализма сложились три основных направления: 1) социально-психологический, 2) социально-правовой, 3) эмпирический (конъюнктурно-статистический).

Социально-психологический институционализм. Торстен Веблен (1857-1929). Сын норвежского крестьянина-эмигранта, Веблен получил степень доктора наук в Йельском университете, подготовив диссертацию об этике Канта. 1899 года Веблен опубликовал свою первую работу «Теория бездеятельного класса», в которой дал глубокую критику капитализма с его культом денег. Этой проблеме были посвящены и следующие его труды: «Привилегированные группы и состояние промышленной техники» (1919), «Инженеры и система цен» (1921), «Абсентеїстська собственность»[1] (1924) и другие.

В вопросах философии он был идеалистом, решительно выступал против материализма и, в частности, марксистского философского материализма.

Как идеалист в философии Веблен дал своеобразное толкование предмета экономической науки. В центр исследования он ставит идею развития, динамики и человеческую деятельность во всех ее проявлениях. Именно с этих позиций он критикует утилітаристів и особенно основателя утилитаризма И. Бентама, который все общественные отношения рассматривал с точки зрения их полезности, возможности быть средством для достижения некой цели. Веблен требует, чтобы экономическая наука освободилась от рационалистической психологии и взяла на вооружение психологию реалистичную, такую, что является результатом наблюдений за человеческой деятельностью. Он критикует ортодоксальных экономистов за то, что они сводят экономические интересы только к чисто денежных и игнорируют человека, исключив ее из экономического анализа.

Признав ограниченность такого подхода к анализу экономических явлений, Веблен ставит задачу - расширить сферу исследования за счет изучения общественной психологии, инстинктов, привычек и склонностей людей. Тем самым он заложил основы нового направления в истории экономической мысли и, в частности, ее социально-психологического ответвления - институционализма.

Веблен выступил с острой критикой капитализма, что дало основание коллегам назвать его «американским Марксом». Веблен и в самом деле был хорошо знаком с «Капиталом» К. Маркса, называл Маркса великим мыслителем, который развивает идеи классической школы. Но сам Веблен стоял на других позициях. Он не был противником капитализма, отрицал революционные преобразования и выступал лишь за осуществление более-менее радикальных реформ. Вполне справедливо известный французский исследователь истории экономической мысли Жамс писал: «несмотря на враждебное отношение к капитализму, Веблен не был и социалистом в полном смысле этого слова. Правильнее было бы сравнивать его с Прудоном, а не с Карлом Марксом»[2].

Критическое начало, присущее інституціоналізмові, намерения исследовать движущие силы экономического развития порождали в институционалистов определенный интерес к марксизму. Однако институционализм в целом, на всех этапах его развития выступает против определение капитализма как эксплуататорского общественного строя, против марксистской теории исторического прогресса через классовую борьбу и социальную революцию.

Критика капитализма Вебленом стала своеобразным фундаментом институциональной теории. Она не была результатом, выводами исследований, а ограничивалась лишь выходными, оценочными суждениями, которые определяли подход к разработке тех или иных проблем. Веблену присущ социальный подход к анализу экономических процессов. Он рассматривает общество как целостную систему, анализирует поведение социальных групп людей, обусловленное социальными мотивами, «социальной психологией».

Веблен выступает как сторонник еволюціоналізму, что его он, однако, объединяет с социал-дарвинизмом, распространяя понятие естественного отбора, борьбы за существование на сферу общественной жизни («Теория бездеятельного класса»). Социал-дарвинизм Веблена характеризуется определенным своеобразием: закономерности общественного развития в него психологические, институциональные, и именно они, по его мнению, подлежат действия биологических законов.

Строя свою концепцию на основе эволюционизма, Веблен формулирует идею противоречий эволюционного развития. По его концепции, институты в процессе развития общества вступают в противоречие с новыми условиями жизни, с новым общественным средой. А поскольку нормальное развитие общества происходит только при соответствии его институциональной структуры окружающей среде, то институты, что не приспосабливаются к изменениям, становятся «консервативным фактором», препятствием для общественного развития.

Движущими силами, которые побуждают человека к продуктивной экономической деятельности, в Веблена: родительские чувства, инстинкт мастерства, то есть почти напівсвідомий влечение к хорошо выполненной и эффективной работы, любознательность. Понятно, что такое определение движущих сил общественного развития нельзя признать ни справедливым, ни исчерпывающим. Оно свидетельствует о том, что Веблен был больше социологом, чем экономистом.

В развитии человеческого общества Веблен выделяет несколько стадий. Начальной стадией эволюции есть варварство, которому присущи коллективистские институты, отсутствие частной собственности, обмена. Дальнейшая эволюция общества проходит через варварство к современной машинной системы.

Капитализм Веблен определяет как «машинный процесс и инвестиции ради прибыли». Главным противоречием капитализма он считает противоречие между «индустрией» и «бизнесом». «Индустрия» - это непосредственный процесс производства, основанная на машинной технике. «Бизнес» - это определенная институциональная система, включающая такие институты, как монополия, конкуренция, кредит и т.д. Противоречие между ними проявляется в том, что «бизнес» («психология бизнеса») препятствует развитию машинной техники. Сфера «индустрии», по концепции Веблена, имеет целью повышения производительности и эффективности производства в отличие от сферы «бизнеса», которая добивается высокой прибыли через различные кредитные и биржевые махинации и рост фиктивного капитала.

Веблен не жалеет черной краски, чтобы нарисовать отрицательные черты капитализма. Он критикует магнатов финансового капитала за безделье, называет их «бездеятельным классом», то есть классом консервативным, который пытается сохранить старые институты (обычаи, образ мышления и т.д.). В основу отношение этого класса к экономического процесса возлагается не принцип производства, а денежный принцип, не предоставление услуг, а сутяжничество. Итак, «функция этого класса является паразитической»[3].

Веблен различает «ранний бизнес» и «современный бизнес». «Ранний бизнес» - это «денежная экономика», которая отвечала периода домонополістичного капитализма. «Современный бизнес» - это «кредитная экономика», то есть экономика монополистического капитализма. Остро критикуя монополии, Веблен их суть ограничивает образованием ними «імматеріального богатства» - фиктивного капитала.

Веблен различает промышленный и финансовый капитал. Первый функционирует в производстве, но в условиях монополистического капитализма происходит подчинение, порабощения владельцев настоящего богатства, то есть производительных элементов общества, владельцами нематериальных активов - финансовыми магнатами.

Інституціоналістське объяснение дает Веблен также экономическим кризисам. Промышленный процесс сам по себе не порождает кризисов. Первопричину таких надо искать в «психологии бизнеса», которая охватывает движение цен, а впоследствии промышленный процесс и потребления.

Если источник всех противоречий, всех недостатков капитализма находится в сфере бизнеса, то и избавиться от таких проблем можно, освободив индустрию от порабощения ее бизнесом. Веблен выступает за реформирование капитализма, рекомендуя заменить бизнесменов промышленно-технической интеллигенцией. Индустрией должен руководить не бизнес, а инженеры и технологи. Они, утверждал Веблен, создавать генеральный штаб индустриальной системы, который возьмет под контроль все общество.

Господство техноструктуры обеспечит эффективное и рациональное распределение ресурсов, эффективное функционирование экономики, направленной на удовлетворение человеческих потребностей. При этих условиях возникнут новые институты, новые инстинкты. Веблен стал основоположником
индустриально-технологической концепции, которая набрала развития в трудах неоінституціоналістів. Следовательно, будущее общество Веблен
представляет как господство «индустрии», управляемой технократией. Веблен не дает конкретных рецептов построения будущего общества. Он изображает его таким, каким хотел бы видеть. С помощью инженерной революции Веблен пытался реформировать общество. Это была безусловно утопическая идея. Выступив как глубокий критик капитализма, он, однако, не видел ему альтернативы, а поэтому не случайно писал, что в ближайшее время, очевидно, будет усиливаться «принцип бизнеса».

Социально-правовой институционализм. Джон Роджерс Коммонс (1862-1945). Систему его взглядов изложены в таких работах, как «Распределение богатства» (1893), «Правовые основы капитализма» (1924), «Институциональная экономика. Ее место в политической экономии» (1934), «Экономическая теория коллективных действий» (1950).

На формирование мировоззрения Коммонса большое влияние оказала его практическая деятельность. Он получил университетское образование, работал в нескольких американских университетах, в правительственных учреждениях, некоторое время был фактически одним из идеологов Американской федерации труда, участвовал в разработке ряда законопроектов.

При его участии было подготовлено такие фундаментальные труды, как «Документированная история промышленного общества» в десяти томах (1911) и «История рабочего класса в США» (1918-1935). Как и Веблен, Коммонс в основу анализа берет внеэкономические институты. Однако если Веблен на первый план выдвигал психологические и биологические факторы, то в Коммонса такими являются юридические, правовые нормы. Он исследует действие коллективных институтов: семья, производственные корпорации, профсоюзы, государство и т.п.; исследует коллективные действия, направленные на контроль индивидуальных действий. В труде «Институциональная экономика» он писал, что коллективные действия является единственным способом примирение противоречивых интересов. Он пришел к выводу, что стремление в экономике проявляются через суды. Суды он рассматривает как важный фактор экономического развития. В основу решения экономических проблем должны быть положены решения Верховного суда. Ударения на приматі права обусловлено особенностями его развития в США, в частности отсутствием кодификации (соответствующих кодексов) так называемого общего права. При этих условиях
решение судебных органов, особенно Верховного суда, имели обязательную силу в отношении всех аналогичных дел. Следовательно, суды были толкователь -
мы права.

Коммонс формулирует «юридически-меновую концепцию» общественного развития. Ее суть заключается в том, что в основу развития он возлагает меновые отношения, изображая их как юридические. Исходной экономической категорией он объявляет юридическое понятие сделки. Участниками соглашения могут быть все институты общества: семья, тред-юніони, акционерные компании и даже государство. Отношения между капиталистом и рабочим тоже является соглашением равноправных членов общества.

Сама сделка, которая составляет основной элемент каждого экономического института, включает в себя три момента: конфликт, взаимодействие, решения. Это должно означать, что все общественные конфликты, все противоречия можно разрешить. Залогом этому будет юридическое регулирование правил «соглашения». Коммонс допускает не только мирное урегулирование конфликта, но и принудительное. Как пример он приводит деятельность крупных холдинговых компаний, которые являются ведущими коллективных институтов и наиболее значимыми участниками сделок. Как одной из форм регулирования деятельности они широко пользуются методом финансового контроля, финансового принуждения.

Конфликт может и должен решать также государство, в том числе через установление судебными органами так называемой интеллектуальной ценности. В концепции Коммонса категория «умной ценности» занимает большое место. Он даже заявляет, что политическая экономия - это наука о процессах, которые ведут к установлению «умной ценности». Экономическая наука должна заниматься анализом цели, которой, ища благосостояния, стремится человек. Вся экономическая деятельность объясняется, в конце-концов, желанием людей добиться лучшей жизни. Именно поэтому следует установить такой юридический и экономический порядок, который бы обеспечил устойчивую основу, гарантии для ожидания. «Без этой гарантии ожиданий, - отмечал он, - не может быть стоимости, предпринимательства, соглашений и занятости теперь, или всего этого будет меньше. Стоимость является современной оценке будущего блага»[4].

Коммонс критикует классиков и неоклассиков за их определения стоимости и отмечает, что оно могло быть пригодным некогда. С развитием «банкирского капитализма» понятие стоимости вытекает из соглашения о выполнении в будущем определенного контракта[5]. Такая теория выводит стоимость с переговоров, ее окончательное установление завершается в судах. По мнению Коммонса, юридический подход к определению стоимости является более прагматичным. Он не отрицает необходимости учета и издержек производства. Однако сами эти расходы он рассматривает с субъективно-психологических позиций как присущую человеку внутреннюю психологическую противодействие побуждения к действиям (противодействие риска передачи собственности в наем на невыгодных условиях и т.п.). Именно в результате такого противодействия и возникает «разумная стоимость». Таким образом, «разумная стоимость» в Коммонса является не только результатом случайного вмешательства судебных органов в разрешении конфликтов между отдельными предпринимателями, а общим принципом регулирования ими экономической жизни, то есть «торжеством коллективного разума» над индивидуальным. Иначе говоря, Коммонс рассматривает стоимость как ожидаемое право на будущие блага и услуги.

Определяя экономические критерии как юридические отношения по поводу этих категорий, Коммонс и собственность трактует не как экономическую категорию, а как «юридический титул собственности». У него собственность делится на три категории: вещественную, неречову (долги и долговые обязательства) и неосязаемую (ценные бумаги). Именно в покупке и продаже ценных бумаг выступает в чистом виде «соглашение с титулом собственности». Эти соглашения в Коммонса является главным признаком капиталистической экономики, а фиктивный капитал - основной экономической категорией.

Поэтому в Коммонса капиталистическая экономика набирает некоего нереального, мистического характера. Из анализа выпадает не только производство, но и рынок, обмен. Все это подменяется лишь «ожиданием будущих благоприятных соглашений».

«Институциональная экономика» в Коммонса - это экономика «регулируемого капитализма», «административного капитализма», или, как он иногда выражался, «умного капитализма». Эти характеристики связаны с определением роли государства в капиталистическом обществе. Государство должно обеспечить управление развитием капиталистической экономики, регулировать конфликты не только между отдельными капиталистами, но и между капиталистами и рабочими.

Коммонс признавал неизбежность конфликтов в сфере трудовых отношений. Марксистскому учению о классовой борьбе он противопоставил теорию «социального конфликта». Социальные конфликты не имеют антагонистического характера. Вся проблема заключается лишь в том, чтобы разработать удовлетворительные правила регламентации. Большую роль в этом деле он отводил профсоюзам, которые должны обеспечивать «общие интересы», а не подрывать капиталистическую систему.

Хоть Коммонс в молодые годы и приобрел репутацию радикала, на самом деле он не добивался изменения капиталистических отношений. Он стремился лишь «умного», правового разрешения противоречий, конфликтов в обществе. Он оказался, как писал американский исследователь экономической мысли Селігмен, в плену американского прагматичного мифа, согласно которому человеческий разум способен решить все актуальные проблемы, когда только направить его на правильный путь.

Конъюнктурно-статистический институционализм. Уэсли Клэр Митчелл (1874-1948). Митчелл - ученик Веблена стал создателем нового эмпирического направления в інституціоналізмі. Он окончил Чикагский университет. На формирование мировоззрения Митчелла повлияли Жак Леб, Роберт Ф. Хокси, Генри Хэтфилд. Но больше всего - Веблен и Дж. Дьюи. Дьюи пропагандировал прагматизм и широкий, всесторонний подход к социальным проблемам. Он верил в возможность конструктивного решения любых конфликтов. В Веблена Митчелл позаимствовал генетический метод исследования. Он воспринял идею Веблена о том, что традиции и привычки должны стать главным предметом исследования. Митчелл разделял мнение Веблена относительно противоречия между производством и бизнесом. Эта мысль стала важной составляющей его анализа разрыва между движением производства и движением цен, а также между стремлением индивидуального прибыли и заботой об общем благе.

Однако Митчелл не был слепым последователем Веблена. Он, в частности, критически оценивал игнорирование Вебленом статистики для доказательства своих идей. Сам Митчелл накопил и систематизировал огромный статистический материал, который взял за основу своих исследований.

Под влиянием и руководством Дж. Лоренса Лафліна, выдающегося специалиста по проблемам денег, Митчелл подготовил и защитил докторскую диссертацию по проблемам бумажных денег времен гражданской войны, так называемых грінбеків. Впоследствии он посвятил этому вопросу исчерпывающее исследование «История грінбеків» (1903), которое получило высокую оценку специалистов. В этой труда Митчелл проследил движение цен, разработав самостоятельно индекс розничных цен, и пришел к выводу, что зависимость между ценами и количеством денег в обращении менее очевидной, чем утверждали классики[6].

В центр следующих исследований Митчелл ставит проблему движения производства, денег, цены. Политическая экономия в него - это наука о институты, которые обеспечивают образцы и нормы поведения, укоренившиеся в привычках, инстинктах. Инстинкты - устремление к определенным результатам. Одним из них является тяготение к прибылей. До этого, писал он, сводится логика современной жизни. Производство товаров подчинено не изготовлению потребительских стоимостей, а получению прибыли[7]. Митчелл в отличие от Веблена, который критически относится к этой проблеме, спокойно оценивает состояние дел и заявляет, что стремление прибыли обусловлено существующей системой«. Без прибыли предприниматель не может производить товары. Именно этим Митчелл объясняет необходимость изучения денежного хозяйства.

Денежная экономика, безусловно, имеет недостатки, присущие противоречия, но она, по словам Митчелла, - лучшая форма организации общества, поскольку обеспечивает потребности бизнеса, осуществляет учет и является орудием установления взаимодействия и сотрудничества в обществе.

Как інституціоналіст Митчелл подчеркивает и другая сторона проблемы - социальный, который рассматривает как привычку получать и тратить деньги. Эту привычку он называет двигателем экономики, которая определяет характер современных институтов. Задачи экономической теории состоит в том, чтобы изучить взаимосвязь между институтами денежного хозяйства и поведением людей.

Митчелл критикует классиков за то, что они сводят все к механических законов спроса и предложения и не касаются правил поведения людей в денежном хозяйстве. В него деньги не просто средство обмена, а движущая сила экономического жизни, отличительной чертой которой становится проблема приобретения и расходования денег. Если именно приобретению денег придают большое значение в современной денежной цивилизации, то другую сторону их назначения постоянно недооценивают. Этому вопросу Митчелл посвятил специальную работу «Отсталость в искусстве тратить деньги», которую 1912 г. было опубликовано в журнале, а в 1937 г. выпущен отдельным изданием.

Саму суть категории «затраты денег» он не сводит к расточительству, а рассматривает ее с позиций зависимости от факторов, которые не контролируются индивидуумом. Расходование денег часто совсем не обусловлено потребностями, а диктуется стремлением поддержать имидж, превзойти соперника.

Институционализм Митчелла был эмпирическим исследованием современности. Широко используя фактический материал, статистику, он хотел не только дать картину современного ему экономического развития, но и надеялся решить противоречия капитализма. Особое внимание он уделил анализу циклических колебаний. Проблемой циклов занималась гарвардская школа кон'юнктурознавства и, в частности, возглавляемое Митчеллом Национальное бюро экономических исследований. В основу программы исследований был положен труд самого Митчелла «Экономические циклы», которую он опубликовал в 1913 г. и (с дополнениями) 1927 г. 1946 г. была опубликована книга «Измерения экономических циклов», написанную Митчеллом вместе с учеником и сотрудником - Артуром Ф. Барнсом, а в 1951 г. (посмертно) - труд «Что происходит во время экономических циклов».

В своих трудах Митчелл критиковал известные теории циклов за то, что их не подкреплено фактическим материалом, а за определяющую причину цикла выбран некий случайный фактор. Сам он хотел построить теорию циклов на основании анализа эмпирического материала, который был бы проверенным объяснением действительных фактов, а не чисто логической упражнением.

Экономические циклы Митчелл характеризует как последовательную смену подъемов и спадов производства, которые периодически повторяются. Это не кризиса, а своеобразные волнообразные колебания конъюнктуры - деловые циклы. Циклический характер капиталистического воспроизведения с Митчеллом вызывается действием многих факторов «системы денежного хозяйства». В своих трудах Митчелл дает детальный анализ экономической активности, подробно описывает явления, происходящие во время циклического подъема и спадов, исследует статистические данные относительно цен, заработной платы, процентных ставок, денежного обращения, банковских операций и др. Основное внимание он обращает на категорию прибыли. Подъемы и спады деловой активности вытекают из стремление получить прибыль.

Цикличность не является непременным свойством процесса товарного производства. Она вытекает из «денежного хозяйства», на котором держится вся капиталистическая экономика. Циклы, писал Митчелл, - это специфическое явление, присущее лишь сфере институтов предпринимательства[8].

Митчелл признает, что циклические колебания не являются случайными, а имеют регулярный характер. Именно эта регулярность, закономерность предопределяет, по его мнению, возможность влиять на циклы и даже предотвращать их. Факторами влияния на экономику он считает финансы, денежное обращение, кредит и т.д. Он сторонник государственного регулирования экономики. Одним из важных методов регулирования, с Митчеллом, является планирование. С помощью планирования он надеялся решить сложные экономические и социальные проблемы общества.

Поэтому можно сказать, что Митчелл применяет технологический подход к анализу закономерностей общественного развития. В целом взгляды Митчелла были положительно оценены экономистами и социологами. Однако его критиковали за описательный характер исследований и отсутствие теоретического анализа.

Взгляды экономистов, которые были рассмотрены, относятся к раннему, или как его называют «чистой институционализма»[9], расцвет которого приходится на 20-30-е годы ХХ ст. Экономический кризис 1929-1933 гг. породила кризис неоклассицизма, а институционалисты выступили в роли оппозиции этому направлению. Проекты реформ, которые предлагали институционалисты, сказались на экономической политике «Нового курса» Ф. Рузвельта.

 


[1] Абсентеїстська собственность - собственность рантье.

[2] Жамс Э. История экономической мысли ХХ века. - М., 1959. - С. 87.

[3] Веблен Т. Теория праздного класса. - М., 1984. - С. 216.

[4] Commons J. R. Economics of Collective Action. - N.-Y., 1950. - P. 104.

[5] Ibid., г. 145.

[6] Mitchel W. C. History of the Grеenback. - Chicago, 1930. - P. 207.

[7] Митчелл В. Экономические циклы: Проблема и ее постановка. - М.; Л., 1930. - С. 109.

[8] Митчелл В. Назв. соч., с. 61.

[9] Костюк В. Н. История экономических учений. - М., 1997. - С. 205.



Назад