Электронная онлайн библиотека

 
 Религиоведение

3. Синтоизм


Индийская и китайская цивилизации на протяжении веков имели значительное влияние на соседние страны и народы. И хотя это влияние носит разносторонний характер, а на периферии упомянутых двух мощных культурных центров чувствовалось знакомство с индуизмом, конфуцианством и даосизмом, все-таки важнейшим компонентом религиозной традиции был буддизм.

Япония - страна уникальная. Все распространяемые в ней религиозные течения имеют отпечаток взаємозапозичення и взаимовлияния. Процесс формирования религиозных представлений японского народа начался в глубокую древность, став составной частью общего процесса культурного взаимовлияния населения Японских островов и Азиатского материка.

Основу синто как религии составляют мифы, которые содержатся в документах "Кодзікі", "Ніхонсьокі", знаменовавшие собой пик древней религии. Сначала в мифах рассказывалось о создании мира. Первым божеством, которое выделилось из общего хаоса, был Амино Міканусі. Но имя этого божества упоминается лишь один раз в "Кодзікі" и совсем не упоминается в "Ніхонсьокі". Создание мира, за мифами, начинается с появлением супружеской пары Ідзанагі и Ідзанамі, которые породили Японские острова и многие божеств. После смерти Ідзанамі, что погиб при рождении божественного огня, расстроен Ідзанагі двинулся за женой в страну мертвых, но сбежал оттуда, испугавшись скверны. Чтобы избавиться от скверны, он совершил обряд очищения, в ходе которого порождал множество божеств. Когда он совершал омовение лица, с его левого глаза родилась богиня солнца Аматэрасу, с правого - бог луны Цукийомі, а из носа - бог ветра и бури Сусаное. Между тем, как Аматерасу и Цукийомі действовали по велению отца, только Сусаное не подчинился ему и вместо того, чтобы вступить во владение равниной океана, начал плакать. В ответ на вопрос Ідзанагі о причину плача Сусаное заявил, что желает отправиться в страну мертвых к своей матери Ідзанамі. Этот ответ так разгневала Ідзанагі, что он прогнал Сусаное. Последний поднялся в Небесную страну для того, чтобы попрощаться с Аматерасу, но так разозлился, что совершил много безобразий, то есть совершил поступки, которые в древности считались тяжким преступлением. Оскорбленная Аматерасу спряталась в небесной пещере, и весь мир оказался в темноте. Боги осудили Сусаное за Его поступки и навечно выгнали из Небесной страны.

Сусаное спустился на землю, где столкнулся с восьмиголовим драконом, победил и с его хвоста сделал Іудовий меч, который преподнес Аматерасу в знак примирения. Только после этого Аматерасу признала, что настало время направить на землю своего представителя.

После некоторых неудачных попыток покорить землю власти небесных богов выбор Аматерасу упал на ее божественного внука Нінігі.

Аматерасу вручила ему божественные реликвии - зеркало и меч, яшмовые подвески и дротик. Первым правителем страны, согласно мифу, был Дзимму, который перед тем как вступить на престол, имел родственные отношения с потомками Сусаное. В мифе Дзимму это персонаж, необходимый для того, чтобы связать эпоху богов с эпохой земных правителей и обосновать божественное происхождение последних.

На мифах, собранных в "Кодзікі" и "Ніхонсьокі", основывался религиозный престиж правителей страны, которые постоянно ссылались на свое происхождение от верховного божества Аматерасу. Император считался продолжателем Аматерасу во времени, сыном неба, богом в человеческом обличье.

В V в. в Японию начал проникать буддизм. Сначала буддизм распространялся только среди части придворной верхушки. Не все влиятельные кланы приветствовали новую религию. Каковы же были факторы, побудившие правящую верхушку японского государства стать на позиции поддержки и распространения новой религии? Прежде всего играли роль соображения, связанные с задачами объединения страны и дальнейшего укрепления царской власти. Идея равенства всех перед законом Будды подрывала влияние больших кланов. Между тем верхушка японского государства, что развивалась, увидела в буддизме влиятельную идеологическое оружие для удержания в повиновении эксплуатируемых. Если жизнь - страдание, как учит буддизм, то нет смысла надеяться на лучшее. Все усилия верующего должны быть направлены только на то, чтобы добрыми поступками добиться в будущем возмездия согласно содеянном и, следовательно, обеспечить себе лучшую долю в следующих перерождениях. Принятие буддизма облегчалось и политеизмом культов, пантеон которых охватывал все существующее. Обе религии, сосуществуя, взаємопоповнювалися. Местные культы отражали интересы общин, клана и в то же время были равнодушны к духовных запросов человека. Буддизм заполнил этот вакуум, причем важную роль здесь сыграла идея кармы - личной расплаты за совершенные поступки. Он внес недостающую в представлениях древних японцев концепцию возрождения в потустороннем мире, спасения в раю Будды, и именно она со временем получила наибольшую популярность. Буддизм внес в японское общество этические понятия, отсутствующие в местных культах.

Взаимоотношения синто и буддизма складывались не всегда просто, но в целом развивались путем сотрудничества и сближения. Между тем, как власть и буддийское духовенство пытались завоевать благосклонность местных божеств и таким образом обеспечить поддержку местного населения, синтоистское жречество со своей стороны было заинтересовано в том, чтобы поднять престиж местных божеств за счет сближения с буддизмом. Другой формой сращивания синто и буддизма стало представление о местные божества как о защитниках буддийского вероучения. Так, в правительственном приказе, изданном 765 г., говорилось о необходимости уважать местных богов. И несмотря на активный процесс в IX-XI вв. синто-буддийского синкретизма, буддизм в это время еще не стал религией всего японского народа, его влияние распространялось в основном, на императорский двор и Его окружение.

Серьезным препятствием распространению буддизма среди народа была сложность его догм. Для устранения этого барьера необходимо было упростить как догматику, так и обрядность буддизма, сделав их доступными для широких масс. Возникает ряд новых препятствий в связи с тем, что буддизма сопротивлялись старые школы, которые стремились сохранить влияние на верующих.

Угроза монгольского нашествия вызвала подъем национального самосознания японцев и заставила их вернуться в местных богов как к заместителей. Некоторое время реставрация имперской власти сопровождалась усилением интереса к синтоїстської мифологии. Так делались первые попытки создать догматику синто, в частности культа исэ-дзингу. Положение исэ-дзингу определялись особыми связями святилища с императорским двором. В течение нескольких веков только император и его окружение пользовались привилегией делать пожертвования святилищу. Однако по мере ослабления власти императора пожертвования двора становились все более скупыми. Поэтому священнослужители пропагандировали культ исэ-дзингу в различных районах страны, поощряли паломничества в святилище, от которых они получали определенную прибыль. Массовые паломничества в исэ-дзингу начинаются еще с тех времен, когда страна оказалась под угрозой монгольского нашествия. В конце XI в. в святилище направлялись массы паломников, произнося молитвы о победе над врагом. Именно репутация исэ-дзингу, как места проживания Аматерасу, престиж святилища в глазах верующих, способствовала распространению, утверждению культа исэ-дзингу.

Благодаря растущей популярности исэ-дзингу святилище значительно повлияло на синто в целом, в том числе и на его догматику. Каноном исэ-дзингу считают Пятикнижия синто - "Сын-то-гобусе". Священнослужители твердили, что оно было составлено в VIII в. приписывают авторство отдельных его частей известным буддийским проповедникам того времени. Пятикнижие было окружено атмосферой таинственности и мистицизма. К чтению его допускались лишь лица духовенства, которым было более шестидесяти лет, его запрещалось переносить через реку, которая служила границей границ геку (духовенства внешнего святилища), поэтому часто его называли "Кинга-но се, которое запрещается переносить через реку".

Одним из важнейших документов, в которых воплощено все синто, является "Записки о законах наследственности божественных суеверий", написанные Кітабатаке Тикафуса (1293-1354 гг.). Они были созданы в разгаре борьбы между северным и южным дворами, и задача Кітабатаке, который был как и все идеологи исэ-синто убежденным сторонником южного двора, - доказать законность претензий императора южного двора на престол. Он развил идею, которая содержалась в "Синто-гобусі" о том, что Япония - страна богов. Божественность Японии Кітабатаке обосновывал, опираясь на три императорские реликвии - зеркало, меч, яшмовые подвески.

Многолетнее соперничество между северным и южным дворами закончилось в 1392 г. поражением последнего. Немало идеологов исэ-синто преследовались властями, сфера влияния сузилась. Священнослужители геку главное внимание начали уделять практическим шагам к распространению культа исэ-синто, которые были первой попыткой создания собственной догматической основы культа местных божеств: они оказывали значительное влияние на деятельность синтоїст-ских теологов следующих поколений, что оказались в вероучениях ряда синтоистских школ, которые возникли в более поздние эпохи. Одной из таких школ стала йосида синто, которая сложилась в XV в. ее основателем стал И.Канетомо, воспринят клерикал, который не гнушался никакими средствами для достижения поставленной цели. Он выдвинул тезис о трех видах синтоистских вероучений: учение, основано на легендах и преданиях отдельных синтоистских святилищ; учение, что выходило из концепции, согласно которой синтоистские божества были воплощением будд и бодхисатв, и единственно правильное синто, что представляло собой концепцию, разработанную Канетомо.

Новое учение провозглашалось единственно верным. Заимствуя идеи буддизма, конфуцианства, даосизма, Канетомо отмечал преимуществах синто над этими учениями. Он разработал догматику юніцу синто, значительно изменил синтоїстську обрядность, внес в нее элементы буддийских школ. Канетомо поставил задачу - через юніцу синто объединить многочисленные святилища страны, в чем видел один из путей противодействия феодалам. Вот почему, несмотря на недовольство части духовенства и придворной аристократии, Канетомо пользовался благосклонностью властей. Ему был присвоен ранг, который практически сделал его высшим лицом в сын-тоїстській иерархии.

Всех, кто боролся за единство страны, привлекала идея объединения синтоистских святилищ под эгидой единого центра, которую отстаивали Канетомо и его последователи.

В ХНЕ-XVI вв. религия синто еще находилась в зависимости от буддизма. Синтоистские святилища значительно уступали буддийским храмам и своей экономической мощи, и политическим влиянием. Синтобуддійський синтез оставался наиболее характерной чертой религиозной жизни. Однако в рамках этого синтеза двух религий состояла собственная догматика синто.

Духовенство из дома Канетомо всячески пыталась насадить свое "единственно правильное учение" с его идеей преимущества синто над буддизмом и другими религиями, делало попытки очистить святилище от буддийского влияния. И эти попытки успеха не имели. Синтоистские священнослужители должны были регистрироваться в качестве при-хожани буддийских храмов, им отказывали в праве быть похороненными по своим ритуалом.

Но, как и в период средневековья, различные концепции синто, которым их авторы пытались оказать науковоподібного характера, были слабо связаны с религиозной жизнью масс, в том числе с культом синтоистских святилищ. И дело не только в том, что идеи, разработанные синтоистскими теологами, очень сложные для понимания масс, распространялись в узком кругу и они не приводили к созданию религиозных организаций. Главная причина изолированности и слабости синтоїстської догматики средневековья и нового времени, заключалась в том, что она плохо сочеталась со спецификой культа синтоистских святилищ. Напомним, это был коллективный культ, связанный с удовлетворением запросов не отдельных лиц, а общины, и главным в этом культе была сельскохозяйственная обрядность. То был культ, которому не хватало внимания к личности. Поэтому люди, стремясь достать душевный покой, решить моральные проблемы, обращались главным образом в буддийские храмы.

Внедрение синто на уровне обычного сознания происходило иначе. Народным массам были непонятны возражения синто древности. Боги синто стали восприниматься в массах как сверхъестественные силы, способные обеспечить удовлетворение неотложных потребностей человека, наделить Те земными благами. Развитие синто в новое время осуществлялось в двух направлениях: для правящих кругов синто-їстська догматика становилась средством обоснования исключительности японской нации, ее особого назначения, а подавляющее большинство населения искала в религии средство облегчения бремени жизни. Пути богов разделились.

Отношение к религии как к средству обеспечения земных благ характерно для японцев на всех этапах истории страны. С усилением культа земных благ имел место функциональное разделение между божествами в зависимости от тех способностей, которыми они наделены. При этом выделялись божества, которые пользовались наибольшей популярностью. Например, в современной Японии трудно найти деревню, где бы не было торий, закрашенных в ярко-красный цвет - обязательная атрибутика святилища Инари - божества пяти злаков. В период позднего средневековья Инари был самый популярніш им божеством земных благ, культ которого неустанно распространялся не только среди крестьян, но и среди ремесленников, торговцев, что молились Инари в надежде на счастье и богатство.

Большую популярность завоевал культ семи богов счастья, который сформировался в XVI-XVII вв. в результате переплетения местных поверий, заимствованных из буддизма и даосизма.

После 1867 - 1868 гг., то есть после незавершенной буржуазной революции, что сохранила монархістський режим, вся политика правительства в области религии была подчинена укреплению своего господства. Никогда еще в истории Японии религиозная идеология не была так тесно связана с политикой государства. По сути, была создана новая религия - государственный синто. Будучи по форме почти идентичной традиционным религиозным представлениям японского народа, она существенно отличалась от них своим содержанием, который менялся в зависимости от политических потребностей и требований правящих кругов. Государственный синто на протяжении десятилетий не только освящал господства монархического буржуазно-помещичьего режима внутри страны, но и служил идеологическим обоснованием агрессивной политики японского империализма, которая повлекла за собой страдания народам Азии, в том числе и японским трудящимся.

Как сложился государственный синто? Преобразование синто в государственный синто продолжалось много веков в процессе постоянной борьбы синто с другими религиозными течениями. И только в январе 1870 г. был обнародован императорский эдикт о пропаганду великого учения (Тайке). По сути, речь шла не столько о пропаганду синто, сколько о распространении среди широких масс идеи государственного устройства Японии во главе с императором, которая впоследствии стала ядром догматики государственного синто. Причем в императорском эдикте слово "синто" вообще не предпринималось, поскольку в представлении большинства народа этот срок ассоциировался с идеологией, в которой очень много заимствовано из буддизма. Поэтому вместо синто использовался термин "великое учение", или "божественное учение". В мае 1871 г. все святилища были объявлены местами проведения государственного ритуала. Они делились на семь категорий. К первой, наивысшей категории, принадлежало святилище исэ-дзингу, его объявили главным, ко второй - императорские святилища, третьей - государственные святилища, четвертой - префектурні, пятой - разные, щостої - сельские святилища, и наконец, самую большую группу святилищ составляли святилища без ранга.

Процесс преобразования синто в государственную религию сопровождалось всевозможными притеснениями. Главный удар правительства был направлен на буддизм, чтобы всячески подорвать его влияние и поднять престиж святилищ. Сигналом к началу гонения против буддизма и буддийского духовенства стало опубликование 28 марта 1868 г. указа о разделении синто и буддизма. Указ предусматривал пригла пинення деятельности буддийских священников, которые отправляли обряды в святилищах, извлечение из них изображений будд и бодхи-сатв, а также различных буддийских культовых предметов, используемых в обрядності святилищ. Поскольку элементы обрядности буддизма были практически во всех святилищах, указ коснулся, по сути, каждого из них. Так, в феврале 1871 г. были конфискованы земельные владения буддийских храмов и, следовательно, серьезно подорвано их материальная база. Во владение государства передавались и земли святилищ, но удар был не очень ощутимым, поскольку одновременно было принято решение о государственные ассигнации на потребности крупных святилищ. В мае 1871 г. был отменен систему приписки прихожан к буддийских храмов, и этим покончено-но с остатками влияния храмов как органов контроля за населением.

К провідницької деятельности, которой руководила создана под эгидой ведомства религиозного образования Академия великого учения народа с синтоистскими и буддийскими священнослужителями, привлекались актеры, профессиональные рассказчики, чиновники местных органов власти и просто образованные люди. Необходимость широкой пропаганды императорской системы заставила правительство забыть о провозглашен им принцип разграничения буддизма и синто. Как и в прошлые времена, буддийские священники начали участвовать в обрядах синтоистских святилищ вместе со священнослужителями синто. На местах они начали захватывать руководство движением "Образование народа", оттеснять синтоистов, которые не имели ни влияния на население, ни опыта пропагандистской деятельности. Со временем в выступлениях пропагандистов великого учения больше внимания уделялось вопросам, связанным с общественной жизнью и политикой, что не были причастны к религии. Снова оказалась слабость синтоїс-теоретической догматики.

Прилучивши разнообразные группы к движения "Образование народа", правительство усилило контроль над религией вообще. Капиталистический путь развития Японии уже в первые 30-40 лет обнаружил свои преимущества: одержав победу в русско-японской войне 1904-1905 гг., Япония показала миру свою силу и влияние. Победа в этой войне вызвала в стране мощную волну национализма, что опирался на искусственное возрождение синтоизма. Он стал официальной государственной идеологией, следовательно, и нормой морали, и кодексом чести. На синтоистские принципы опирались императоры, которые возродили и усилили культ богини Аматерасу: не только в главных храмах, но и в каждом домашнем алтаре японца (камідан) отныне должно быть изображение богини, которая превратилась в символ японского национализма. Синтоистские нормы лежали в основе патриотизма и преданности императору (не отечеству, а лицу) японских самураев, из рядов которых во время второй мировой войны набирались кадры самоубийц - камикадзе. Официально японская пропаганда в своих националистических претензиях опиралась на древние синтоистские мифы о сотворении мира, о том, что большая Япония призвана создать Большую Азию, и реализовать принцип "восемь углов под одной крышей", то есть объединение мира под властью Японии и японского императора, поломка богини Аматерасу. Разгром Японии во второй мировой войне означал упадок синтоизма как государственной идеологии, которая воспитала милитаризм и национализм, культ императора великой Японии. Синтоизм не исчез, но характер его очень изменился. Культ богини Аматерасу стал частным делом японского императора и лиц, которые его окружали, а следовательно, государственный смысл ее постепенно исчез. Резко упало и значение культа аристократических порядков, генеалогических линий, патриотических традиций самурайства. Фактически потеряла свое значение в новых условиях послевоенной Японии религия синто: лишена государственной опеки, она пережила глубокий кризис. Перед синтоистским духовенством остро встал вопрос о дальнейшей судьбе синто. Синтоистским священнослужителям важно было смириться с мыслью о том, что отныне синто может существовать лишь как одна из религиозных организаций наряду с другими религиями. С февраля 1946 г. высшие представители синтоистского духовенства создали Ассоциации синтоистских святилищ (Дзиндзя хонте), в которую вошли также несколько общественных организаций синтоистского направления. Эта ассоциация объединила более 78 тыс. святилищ.

Важную роль в попытках возродить в любой форме идеологию государственного синто, играли меры, рассчитанные на сохранение в народе представлений о императора как о голову синтоистского культа. Достичь этого было уже не очень трудно из причин сохранения обрядности императора синто, которая хоть и была объявлена частным делом императора отправлялась в строгом соответствии с довоенным законодательством о обряды и церемонии императорского двора.

В послевоенный период Дзиндзя хонте сделали первые попытки сформулировать освоены принципы синто в новых условиях, сложившихся в результате отделения синто от государства. Такие принципы были изложены в принятом 1956 г. документе "Главные черты жизни, полной уважения к Ками". Рядом с призывами к верующих "чувствовать благодарность за благоговение перед Ками и благодеяние предков, быть прилежными в сохранении обрядов, искренне отправлять их и радоваться чистоте души", в документах подчеркивалась необходимость "объединиться в гармоничном осознании свободы императора, молиться за процветание государства". Таким образом, синто снова был уподоблен императору и государственной власти.

В современной Японии синто сталкивается с теми же проблемами, что их вынуждены решать и другие религиозные школы и направления. Это в первую очередь - необходимость приспособления к изменяющихся условий жизни. Наиболее эффективным средством решения данной задачи в Японии, как и во многих других развитых странах капитализма, стал религиозный модернизм. За наших дней проповедь уникального характера синто, требования восстановить его прежние привилегии отражают стремление японских политиков.



Назад