Электронная онлайн библиотека

 
 Религиоведение

Третья, завершающая Люблинская уния 1569 г.


Польша, Русь (Украина и Белоруссия) и Литва образуют единое государство с польским королем во главе. Литва отказывается от оккупированных ею земель в пользу Польши и полностью теряет собственные органы власти.

На Украине закріпачують крестьян, попов гонят на барщину, им нет доступа к образованию, православные храмы сдаются в аренду кабатчикам. Усиливаются два страшных для православия процессы: с одной стороны, массовые переходы шляхты, духовенства и верующих в католическую веру, а с другой - примитивизация, культурный упадок тех, кто остался православным. Украина оскудевает, теряет знать, некатоликам запрещается заниматься торговлей, их не включают в ремесленных цехов, школы полонізуються. Восстание казаков и крестьян тонут в крови. Самыми известными из них было восстание 1591 - 1596 гг., жестоко подавлено. Между тем, когда крестьянство усиливало выступления против польских феодалов, украинская богатая верхушка, исходя из своих интересов, в течение жизни одного-двух поколений почти перешла на сторону польского магнатства, усвоив его язык, веру и обычаи. Измена украинской верхушки, позже - принятия унии, с одной стороны, облегчили польским панам процесс закрепощения местного населения, а с другой - крайне обострили социальные, национальные и религиозные противоречия в Речи Посполитой.

Идея унии православной церкви с Римом горячо поддерживалась королевски-магнатським правительством, именно она рассматривалась как средство идеологического обоснования той экспансионистской политики, проводимой им как средство ассимиляции, ополячивания православного населения Речи Посполитой. Поскольку Флорентийская уния не имела здесь успеха, было признано необходимым провести новое "согласование церковное", согласно которым украинское и белорусское население, подчиненный "апостольской столицы", было бы отчужденное от православной церкви, постепенно ополячене и окатоличене.

Трагическая ситуация на Украине конца XVI в. поставила проблему выбора и перед православным духовенством: 1) продолжать неравную борьбу, зная, что это несет гибель духовенству и неизбежно окатоличивания и полонизацию народа; 2) принять римо-католическую веру, что вызовет кровавый раскол, в результате которого часть народа погибнет, а другая будет полонізована; 3) пойти на унию с Римом, чтобы сохранить обряд и национальную самобытность, изменив зависимость от константинопольского патриарха на зависимость от папы римского.

Принятие идеи унии частью православного духовенства объяснялось и некоторыми другими, прозаичнее обстоятельствами. Уже в течение века, несмотря на церковные каноны, злоупотребляя правом патроната назначать кандидатов на архиерейские кафедры, игуменов монастырей и даже священников приходских храмов, польские правители раздавали церковные награды, время продавали высокие церковные должности. Вследствие этого чрезвычайно снижался духовный уровень иерархии, которая больше беспокоилась о свои собственные интересы, а не интересы своего народа; это подрывало ее связь с народными массами. Понятно, что эти характеристики не касаются всех представителей православного духовенства на Украине того времени, но все же значительная часть его погрязла в разврате. Эти иерархи именно благодаря унии рассчитывали добиться равноправия с польскими феодалами, добиться высоких государственных и церковных должностей и званий. Свое согласие на признание власти лапы римского они связывают не с убежденностью в истине догматов католической церкви, не с религиозно-идейным мотивам. Православные иерархи объясняют это неудовольствием распоряжениями патриархов, сложным положением церкви на Востоке. Особенно подчеркивается обеспокоенность тем, что епископы оставили кафедры и деревни и поместья, которые находились в их собственности; чтобы митрополиту и епископам были данные места в сенате и сейме Речи Посполитой и, вообще, чтобы они были уравнены в правах с католическими епископами.

Переходя под власть Рима и стремясь найти поддержку со стороны короля и правительства, епископы будто избегали глубокого недовольства остального православного духовенства, братств, православного шляхетства и всего народа.

Подготовка православной церкви в Польше к унии с Римом проводилась в обстановке секретности, что ее придерживались как епископы, так и правительство. Уже 24 июня 1590 г. четыре епископа - Луцкий, Львовский, Пинский и Холмский - подписали и скрепили своими печатями грамоту о согласии принять унію. ее заключения в Бресте было так же засекречено, как и предыдущая их совещание в Белзе. В этой первой грамоте об унии высказанное только желание признать власть папы при условии, что он сохранит на веки незыблемыми церемонии и все священнодействия Восточной церкви, то есть службу Божью и весь церковный порядок. Кроме того, епископы, что подписали грамоту, просили, чтобы король своими грамотами обеспечил им вольности и утвердил артикулы, которые они ему представят (Жукович П. Сеймовая борьба православного западно-украинского дворянства с церковной унией (до 1609 г.). - СПб, 1901. - С . 95-96). Передать эту грамоту было поручено епископу Луцком Кириллу (Терлецкому), который хорошо знал латинского епископа Луцкого Бернарда Мацієв-ского. Позднее вопрос об унии не обсуждался на очередном собрании, а на тайных, "покутних собраниях" (то есть "по углам"). В послании венского духовенства к новогрудского воеводы Феодора названы четыре "покутних соборы": Сокаль-ский, Красноставський, Кобринский, Брестский, что произошли 1594-1595 гг.

В декабре 1594 г. в Сокале было разработано десять условий принятия унии, так называемые "сокальські артикулы", только три из них касались церковных вопросов. Относительно веры в них ничего не говорилось. Уполномоченный Сокальского съезда Терлецкий и другие сторонники унии в 1595 г. на совещаниях вместе с представителями католического духовенства произвели "Соглашение духовенства латинского и русского, при посредничестве Кирилла Терлецкого (), епископа Луцкого, с ведома его королевской милости и господ-се-наторів". В этом соглашении, по настоянию представителей католической иерархии, уполномоченный православных епископов должен был дать обещание представить совместные догматические вопросы на рассмотрение папы. Митрополит М. Рогоза и епископы Владимирович-мирский, Луцкий, Пинский вместе с Кобринским архимандритом Тонной подписали 1 июня 1595 г. подробные артикулы унии папе и королю. 12 июня митрополит и епископы подписали послание папе, выразив тем самым согласие принять унию.

Уния, которая готовилась в тайне от народа, подверглась решительному осуждению еще до ее провозглашения. Вслед за князем Островским Константином епископ Львовский Гедеон 1 июля 1595 г. записал в городской книге свой официальный протест против унии: "Постановление о ней составлена вопреки правилам и обычаям нашей православной веры, нашим правилам и вольностей, без ведома и разрешения патриархов, наших духовных руководителей, без совещаний духовного собора, а также без воли светских состояний, как знатных старо-житних состояний, так и простых людей православной веры, без согласия которых мы ничего делать не желаем" (Малишевский И. Западная Русь в борьбе за веру и народность. - СПб, и 892. - С. 197). Пример епископа Гедеона последовал и епископ Перемышльский М.Копистенський, который в своем заявлении настоятельно требует передать вопрос об унии на рассмотрение собора с участием всего духовенства, шляхетства и братств.

Однако король Сигизмунд III, опасаясь, что православные могут разрушить унию, не соглашался на созыва собора. Он 14 сентября 1595 г. сообщил своим подданным об объединении православных в Речи Посполитой с римской церковью универсалом и через два дня отправил епископов Ипатия и Кирилла в Рим. В то же время Сигизмунд обратился к папе с просьбой разрешить созвать в Польше съезд русских униатов и православных для привлечения последних к римской веры. Король приводил также политические мотивы в отношении унии. В частности, выразил опасения, что через "схизматиков" (то есть православных) могут передаваться туркам правительственные тайны. Если на Руси униаты объединятся с апостольским престолом, то это легко может привести в унию и великое княжество Московское, где миллионы христианских душ зараженные "греческой схизмой", поскольку и у одних, и у других одна богослужебная речь, и разговорная речь обоих народов мало чем отличается.

В декабре 1595 г. епископы, посланные в Рим польским королем на аудиенцию у папы Климента VIII, в присутствии кардиналов подали ему просьбу епископов православной церкви в Речи Посполитой принять их в объединение с римской церковью. Оба епископы прочитали и подписали Символ веры ("філіок-ве"), признали догмат о верховную власть папы, постановления западных соборов, включая Флорентийский и Тридентский, чем превысили данные им полномочия, полностью приняв католическую веру. Папской буллой униатской церкви обеспечивалось сохранение восточных обрядов, "если эти обряды и церемонии не противоречат истине и учению католической веры и не препятствуют общению с Римской церковью", право священников на брак, разрешение киевским митрополитам назначать епископов своих областей. В память об этом событии было высечено медаль: с одной стороны изображен портрет папы, а с другой - папа на троне, что благословляет стоящего на коленях униатского посла. Письмами о заключения унии, датированными 7 февраля 1596 г., папа через послов Сигизмунда III просил его и католических иерархов помочь унии, а митрополиту М.Рогозі приказал созвать собор епископов своей области для такого же исповедания веры, которое продемонстрировали в Риме Ипатий и Кирилл Терлецкий. Православные воспользовались разрешением короля и приглашению митрополита на собор, чтобы он стал собором и православной церкви.

Члены второго, униатского собора не допускали и мысли о возможности проведения общего собора вместе с многочисленными защитниками православия, убежденными противниками унии. Униатский синод в составе митрополита, пяти епископов и трех архимандритов под руководством трех католических епископов - папских легатов и трех королевских послов выполнил волю папы римского: его участники совершили исповедование святой (т.е. римо-католической веры) и отдали послушенство" папе Клименту VIII и его наследникам. Акт об этом с печатями был вручен папским послам, а 8 октября 1596 г. об этом было выдано соборную грамоту.

Постановления двух соборов - униатского и православного, которые происходили одновременно в Бресте 6-10 октября 1596 г., были представлены королю Сигизмунду III, но утверждены именно решением униатского собора, как и предсказывали защитники православной церкви. Так православия в Речи Посполитой фактически оказались вне закона. Все права, что с давних давен принадлежали православной церкви, передавались теперь униатской; для православных клира и мирян в королевски-магнатские Польши наступили тяжелые времена.

Уния 1596 г. - очень сложное и противоречивое явление в истории нашего народа, а потому и не удивительно, что и в современных публикациях авторы по-разному, порой с противоположных позиций, оценивают ее последствия. Рассматривая суть религиозного аспекта этого союза, следует отметить, что униатская церковь признала основные догматы католицизма и власть папы римского, сохранив лишь православную обрядность. Это было продиктовано необходимостью считаться с негативным отношением православных в католичество, проявить определенную гибкость, чтобы добиться подчинения православной церкви Ватикана.

Вероучение униатства базируется на общих для христианской религии положениях о веру в божественную троицу и в неопровержимую истинность Библии. В отличие от православной церкви, которая признает "восхождение" духа святого только от Бога-отца, католическая считает, что святой дух исходит от Бога-отца и Бога-сына. Важной основой католицизма есть учение о главенство папы римского, который считается наместником Христа на Земле, о непогрешимости папы в вопросах веры и морали. Православная церковь признает учение об аде и рае, а католическая церковь признает существование еще и чистилища. Есть определенные отличия в сфере обрядности: у католиков таинство крещения осуществляется обливанием новорожденного, у православных - погружением его в купель. В католической церкви таинство миропомазания (конфірмація) осуществляется в 7-8 лет, у православных - непосредственно перед крещением. Католики причащаются только пресным хлебом, православные - заквашеним. В католической церкви существует закон о целибат (безбрачие), православная же церковь позволяет белому духовенству жениться.

Заключив унию с-епископами православной церкви, Ватикан потребовал от униатского духовенства придерживаться только главных положений католицизма: безусловного признания главен-ства пали над униатской церковью, а в части вероисповедания - признание, что святой дух исходит от Бога-отца и Бога-сына, признание культа девы Марии. По обрядности, то для привлечения верующих униатской церкви разрешено придерживаться старой православной практики богослужения и осуществления религиозных таинств причастия, крещения, покаяния, миропомазания и т.д. Важное значение имел разрешение униатской церкви совершать богослужения на славянском и русском языках, что способствовало более тесному контакту священников с верующими. Большое значение имел также разрешение уніатському духовенству жениться, что укрепляло их связь с верующими.

В политическом плане, как мы уже отметили, заключения унии, то есть союза православной церкви с Римом, поддерживали прежде всего польские короли и шляхта. Вытеснением исконной веры жителей Западной Украины - православие католицизмом, оплотом которого была Польша, они стремились углубить процессы ополячивания украинцев.

Унию поддерживала также значительная часть украинских феодалов, которая ополячилася, латинізувалася, отреклась от веры и языка своего народа. Поэтому перед ними не стоял так остро национальный вопрос, что при тех обстоятельствах было тесно связано с вопросами религиозными и политическими. Значительно более важным для них было лучше "вписаться" в ряды польской шляхты, приобрести равных прав по участию в государственных институтах.

Униатское духовенство так и не вступило равных прав с католическим, а рядовые верующие как были, так и остались крепостными. Положение украинского населения, которое не желало переходить в унию, становилось все невыносимее, особенно в Литве, на Волыни и в Галичине. Униаты и католики не допускали православных к участию в городском самоуправлении, ограничивали их права заниматься ремеслами и торговлей, заставляли переходить в униатство.

Значительную роль в борьбе против унии сыграли братства. Они создавались, несмотря на притеснения со стороны католиков и униатов. Рядом с львовским и венским братства возникли в Перемышле, Слуцке, Минске, Могилеве и других городах. Они еще до Брестской унии представляли собой органы обновление церковного устройства и в своих стремлениях к очищению и подъема уровня религиозной жизни и церковных отношений очень скоро оказались в напряженных отношениях с епископами. (Грушевский М.С. Очерк истории украинского народа. - К., 1990. - С.1). Эти отношения усугублялись еще и тем, что константинопольские и другие патриархи решительно переходили на сторону братств, именно в них видя черты будущей украинской православной церкви. Патриархи увольняют братства из-под власти епископов, предоставляя им право подчинение непосредственно патриарху, предоставляют широкие права надзора за церковной жизнью и вообще способствуют братском движению. Но эти вмешательства патриархов и их поддержка братств вызывают только огромное недовольство епископов, и среди них возникает мысль вообще выйти из-под власти патриархов.

Вместо захваченных униатами церквей и монастырю создаются другие, которые приобретают особо важного культурного и национального значения. Движение охватывает все большие массы населения, выходит на улицы, где порой возникают вооруженные столкновения; наиболее известный эпизод - убийство во время уличного движения в 1623 г. полоцкого униатского архиепископа Иосафата Кунце-вича. Оно привело том, что на полоцке епархию было предназначено православного епископа Мелетия Смотрицкого, к которому перешла сразу большое количество приходов. Это не на шутку обеспокоило Й.Кунцевича, и он начал мстить православным. В конце концов, возник острый конфликт с населением м.Вітебська, что привело к убийству униатского архиепископа. Но эти события не прекратили широкой антиуниатской и антикатолицької борьбы. Вскоре вспыхивают один за одним восстание против национального, социального и религиозного угнетения: Т.Трясила в 1630 г., Сулимы в 1635 г., П.Павлюка и Д.Гури в 1637 г., Я.Ост-рянина и К.Скидана в 1638 г. На них королевское правительство ответил жестокими репрессиями.

Следовательно, как отмечает известный историк Украины М.с.грушевский, вопрос о сохранении православной церкви приобретает значение всенародной, национальной дела и на длительное время оказывает украинском культурном жизни, которое оживилась благодаря этому движению, сильно выраженного религиозного, собственно, віросповідального характера (Грушевский М.С. Очерк истории украинского народа. - С. 150).

Надежду православных отстоять свою церковь и "лечить" унию в законодательный способ благодаря сеймовому законодательству не осуществились. Правда, после долгих бесплодных усилий православной шляхте на сейме 1607 г. удалось при благоприятном стечении обстоятельств достичь законодательного признания своей церкви. Имея против себя враждебно настроенный движение польской шляхты, так называемых рокошан сейм не осмелился открыто отклонить требования православных, однако, очень скоро он бесцеремонно нарушил утвержденный им же закон, продолжая назначать униатских кандидатов на православные кафедры. Православной церкви грозило прекращения иерархии, а с ним полный упадок. Положение осложнялось и тем, что успехам на сеймах 1607 - 1609, pp. достигнутым православными, грозило забвения через чрезвычайно быстрое и широкое спольщення православной шляхты и магнатов.

Подъем культурной жизни в Польше во второй половине XVI - начале XVII в. имело большую притягательную силу для высших слоев украинского общества. Оживление католической церкви в Польше, что наступило в конце XVI в. после Реформации, вызвано в основном иезуитами, которые распространили свои общины и школы в украинских и белорусских землях, также получило большого влияния. "Православный, украинский образовательный и культурный движение опаздывал; стремление пойти по современным польским движением пришло слишком поздно, чтобы удовлетворить потребности высших состояний украинского и белорусского) общества в образовании и культурной жизни..." (Грушевский М.С. Очерк истории украинского народа. - С. 150).

Воспитываясь в польских и иностранных католических, в основном иезуитских школах, связанные с польскими благородными их семейными и брачными узами, привлеченные польским государственным и культурной жизнью, представители украинских магнатов и благородных родов в конце XVI - начале XVII в. массово принимают католицизм и становятся поляками. Сыновей ревностных поборников православной веры 1590 г. видим в 1620-1630 pp. уже ревностными католиками, далекими от любых украинских национальных интересов. М.смотрицкий в своем "Треносі"

1610 г. спел настоящую надгробную песню украинской аристократии, перечислив бесконечный ряд магнатских и благородных украинских родов, которые лишились своей национальности и национальной религии.

Без магнатов-братчиков и покровителей, при легализованному преобладании католиков, мещанские братства оказались безсильними в защите православной церкви и национальных интересов. И вот в таком критическом положении сторонники православия обращаются за помощью к новой силы, вызванной к жизни социальными и экономическими процессами, - казачества. Они закрывают глаза на мало ей симпатичный социальный характер этой силы, и, видя в ней только оппозиционную силу, но совместную по национальности и вероисповеданию, ищут у нее поддержки.

Еще от времени Брестского собора возник антикатолицький казацкое движение под руководством Северина Наливайко, а затем гетмана Петра Сагайдачного. Это движение имело большое положительное значение для всей Юго-Западной Руси. Из Львова и Свободно центр борьбы за старую религию переносится в Киев. При поддержке казачества киевское духовенство и мещанство дают отпор униатской иерархии. Киевская лавра, древний Печерский монастырь благодаря новым деятелям из Галиции, таким как Плетенецкий, Копистен-ский и др., превращается в крупный центр церковно-национальной деятельности. Наряду с ними в 1615 г. учреждается братство? к которому и записывается казацкий гетман Петр Сагайдачный со всем войском запорожским, и оно быстро занимает место в культурной и религиозной жизни украинского народа.

Под защитой казацкого войска в 1620 г. восстанавливается православная иерархия и держится пока правительство не был вынужден признать ее существование. Восстановление православной иерархии было осуществлено патриархом Иерусалимским Феофаном в 1620-1621 гг. и имело важное значение для православной церкви. С кончиной епископа Перемышльского Михаила в 1610 г. православная церковь осталась с одним архиереем - епископом Львовским Еретиков-мією (Тісаровським). После его смерти правительство Сигизмунда III сразу же провозгласил бы православную церковь лишенной епископа, то есть несуществующей. Вот почему патриарх Феофан назначил в Киеве епископа, которого "православные оценили как великий дар провидения Божьего, спасительный дар Святого Духа".

Правительство Речи Посполитой только в 1632 г., после смерти главного инициатора унии польского короля Сигизмунда III, нуждаясь в помощи со стороны казаков, в "Статьях успокоения граждан Короны и Великого княжества Литовского народа, греческой религии" признал за православными права на Киевскую митрополию и четыре епархии: Львовскую, Луцке, Перемышльскую и Мстиславскую. Именно тогда король Владислав IV пожалел утвердительные грамоты Венском, Львовском, Люблинском, Минском и другим братствам. На избирательном сейме в ноябре 1632 г. православные послы выбрали Киево-Печерского архимандрита Петра (Могилу), выдающегося деятеля украинской культуры, митрополитом. С именем этого человека связана основания Киево-Могилянской академии, которая на протяжении XVII-XVIII вв. была выше украинской школой, о которой знали в Европе. Петр Могила занимался писателями и художниками, способствовал развитию книгопечатания.

Однако за 36 лет своего существования Брестская уния укрепила на Украине польскую шляхту, усилила процесс денационализации части украинской шляхты, которая, учась в иезуитских школах и коллегиях, переходила в латинство, облегчая себе доступ к занятия выгодных должностей. Так сыновья одного из вдохновителей и усердного проводника унии на Украине и в Литве - Ипатия (Потия), пользуясь благосклонностью папы Климента VIII до отца их, получили образование в латинских школах и стали католиками, а не униатами. Не только дети Ипатия выбрали такой путь. Это было характерно, как мы уже отмечали, для определенной части украинской шляхты.

В значительной степени, особенно вначале, уния внедрялась и поддерживалась путем давления, насилия со стороны католических властей, а также польских и спольщених украинских помещиков, униатских епископов и духовенства. Поэтому сельско-казацкие восстания против социального и национального угнетения, против попыток уничтожить православную церковь проходили под лозунгом борьбы за казацкие вольности и защиту православной веры. Когда казаки, которые находились в Пруссии, узнали, что существует замысел "привести всех их с греческой веры в унию", они заявили: "Все мы, сколько нас ни есть в польском войске в Прусах, для защиты нашей святой веры готовы пролить нашу кровь..." (Орловский П.И., протоиерей. Киевский Церковный Собор, 1629/Др. Киев. Духовной Академии, 1905. - Август. - С.651). Итак, униатские планы короля не осуществились: собор, который был созван для решения этого вопроса, не состоялся. Православную веру было сохранено "благодаря вмешательству казаков и протестові киевских мирян".

Борьба против унии не прекращалась. Безрезультатные восстания 1637*1638 гг. укрепили в широких народных массах на Украине осознание необходимости единения с единоверными и единокровными народами, что имело большое значение для успешного проведения освободительной войны 1648-1654 гг. Развертыванию народно-освободительной борьбы на Правобережной Украине, подъему национального сознания народных масс способствовала также все возрастающая роль Киева.

В разосланных в мае 1648 г. воззваниях гетмана Богдана Хмельницкого тоже звучал призыв к тем, кому "милая вера благочестивая, поляками в унию обратная", бороться против унии, сплачиваться вокруг народного вождя "на добрых конях, с исправной оружием безотлагательно и встать мужественно и безбоязненно; при всемогущий помощи Божией, против своих грабителей, угнетателей и супостатов". (Беднов В. Православная Церковь в Польше и Лит-ное по Сборникам законов. - Екатеринослав, 1908. - С.298 - 299). Уния для Б.хмельницкого, который хорошо понимал ее конечную цель, разделял нетерпимое отношение к ней значительной части украинского народа, была предательством веры и народа, его свободы и святыни ради спокойствия и выгод вероотступников.

Освободительная война 1648-1654 гг. нанесла весьма ощутимый удар по унии - униатская церковная организация фактически распалась. Она медленно восстанавливалась только на тех украинских землях, которые остались под властью феодальной Польши. Так, согласно Андрусовскому договору 1667 г., Правобережная Украина, кроме Киева, перешла под власть Польши, которая обязалась не ограничивать "латинского-русскую" религию. Только на Галичине, на Волыни и Подолии польская власть была относительно прочной, однако и здесь уния не приобретает широкое распространение к концу XVII в. Например, Перемышльская епархия переходит к унии в 1692 г., Львовская - в 1700 г., Луцк - в 1702 г. В 1720 г. униатская церковь в Польше имела в своем составе также Холмске, Полоцке и Пинской епархии.

Униатский собор в Замостье в 1720 г. отменил немало православных обрядов, узаконил латинские нововведения, принял решение об издании богослужебных книг, исправленных в уніатському духе. Позже появляется распоряжение униатским священникам перенимать внешние черты латинских ксендзов.

На единственную в то время в Речи Посполитой православную кафедру в Могилев-на-Днестре из Киева прибыл епископ Георгий (Конисский), где его и помощников постигли большие трудности, связанные с заботами по сбору православной паствы. Через два года в Переяславе был поставлен викарием (заместителем) Киевского митрополита епископ Гервасий (Лінцевський), который занимался судьбой православия на Правобережной Украине. Он назначил в 1768 г. в разные места Правобережной Украины "духовных правителей" и поручил им заведование церковными делами. Благодаря деятельности Гервасія и его помощников двадцать три деканаты (благочиния), то есть тысяча приходов, вернулись к православию.

В 1772 г. настало время первого раздела Польши и прихода в Галичину Австрии, а с ней - другого государственного уклада и несколько иного отношения к католицизму и унии. Австрия начала с того, что безграничная шляхетская произвол была втиснута в жестокие рамки австрийских законов - Австрии нужны были покой и регулярные денежные поступления в государственную казну; было ликвидировано значительную часть польских костелов и монастырей, а их земли конфискованы. На основе конфискованных земель создан так называемый религиозный фонд; греко-католическая церковь получила равные права с римо-католической; униатское духовенство получило не только реальное правовое, но и материальное обеспечение в виде ежемесячной платы из религиозного фонда. Греко-католическому духовенству было открыто реальный доступ к высшему образованию во Львове, Вене, Инсбруке и Риме. Во Львове был открыт греко-католическую семинарию, которая гарантировала студентам-богословам полное материальное обеспечение, что умотивлювало получения образования способной бідняцькою молодежью.

Понятно, что никакого благотворительности со стороны австрийских властей здесь не было; был трезвый политический расчет на ослабление польского влияния в Галиции, в частности противопоставление ему местного населения и униатского духовенства. Воплощался в жизнь известный принцип Макиавелли "разделяй и властвуй", но в данном случае его реализация была выигрышная для украинцев: создались благоприятные условия для национального возрождения. Следует признать, что значительная часть проблем национального возрождения упала на плечи греко-католического духовенства. Как признавалось на Львовском (1946 г.) соборе в XIX ст. "наша униатская церковь медленно сбросила с себя польское духовное порабощение и именно она возродила наш народ национально".

В связи с этим нужно вернуться к вопросу оценки унии. Да, действительно, заключения унии было принято негативно значительной частью населения Украины, которая видела в нем попытку идеологического и религиозного обоснования политики полонизации и католичення, введенных правительством Речи Посполитой. Однако суть унии как союз православия и католицизма не оставалась неизменной. Это объяснялось как переменами в социально-политической жизни, так и сугубо религиозными факторами, а также непростым положением униатского духовенства. Последнее находилось между двумя основными силами, интересы которых и следовало учитывать в своей деятельности: это польская и спольщена украинская шляхта, которая пыталась использовать унию в своих политических и корыстных целях; с Другой стороны, это украинский народ, угнетенный чужими и своими вельможами. Униатское духовенство должно было заигрывать с первыми для того, чтобы обеспечить свое материальное и политическое благополучие, и в то же время, беспокоиться о том, чтобы укрепить или хотя бы не потерять своего влияния на широкие массы, хорошо понимая, что духовенство без паствы существовать не может. Понимание этого в конечном счете приводит к определенной эволюции самого униатства. Уніатському духовенству приходилось больше внимания уделять решению вопросов, касающихся судьбы украинского народа, сохранения национальной самобытности, национальной культуры, языка и т.д. Постановка этих вопросов, а тем более попытка их решения со стороны греко-католического духовенства не входила в планы польской шляхты.

Автор считает, что в истории этой религиозной конфессии следует выделить не только негативные аспекты, но и с положительной стороны освещать ее функционирования. Следует признать и то, что уния с Римом дала возможность сохранить в условиях латинизации и полонизации восточный обряд. Насколько важным это было, показали более поздние события, в частности так называемая Пинска уния 1921 г., когда польское католическое духовенство с целью полонизации православных навязывало им римо-католический обряд и делало все возможное, чтобы отвлечь их от униатства, где обрядность в значительной мере предотвращала полонизации. Ведь обряд - это не просто форма вероисповедания, практический проявление религиозного сознания, а исторически сложившаяся и освящена традицией органическое единство вероучения и культуры данного народа, проявление и фактор его духовности.

Введения унии вызвало пробуждение национального сознания украинцев. Довольно скоро под давлением обстоятельств и представители униатского духовенства пришли к выводу, что эта церковь должна стать одной из значительных сил, направленных против денационализации и полонизации украинского народа. Поэтому польские власти начали преследовать и униатов, очень скоро они убедились, что "уния им не выгодна", потому что не оправдывает возложенных на нее надежд (Деяния собора греко-католической церкви во Львове. 8-10 марта 1946. - Львов, 1946. - С.107).

После введения унии украинское духовенство открыло так называемые униатские школы, действовавших в Галиции до 1939 г. Польские щовіністи стремились их латинізувати, полонизировать, но при первой же возможности эти школы снова украинизировались, всегда оставаясь центрами украинской духовности, способствовали сохранению русского языка как одного из важнейших национальных признаков. Такую школу в свое время закончил Иван Франко.

Формальное выравнивания с католическим духовенством открыло для украинского духовенства возможность получать среднее и высшее образование. Польский клир делал все возможное, чтобы не доггускати этого, но полностью предотвратить интеллектуализации униатов уже не мог, и позже греко-католики достаточно эффективно воспользовались этой возможностью. Польские, римские, а позднее австрийские и собственные духовные заведения готовили не только священников: из них выходила и церковная и светская интеллигенция, которая делала свой посильный вклад в дело национального украинского возрождения и создания государства.

Заметим, что в униатства были и довольно острые противоречия с украинской народной культурой. В 1879 г. униатские церковные власти исключили из Львовской семинарии нескольких учеников только за то, что они разговаривали на улице с И.франком. В 1890 г. униатский митрополит С.Сембратович в письме к редактору журнала "Колокольчик" требовал не печатать произведения И.франко или "разве только с начальными буквами подавать, а не полным именем его" (Правда об унии. - Киев, 1981. - СИП).

Как складывалась судьба унии в период разделов Речи Посполитой? Так, в результате второго раздела Польши в 1793 г. и третьего - в 1795 г. в России были переданы Правобережная Украина, Западная Волынь и вся Белоруссия. В ответ на призыв епископа Виктора, предназначенного архиепископом Минским, Ізяславським и Брацславським, началось массовое воссоединения с православной церковью, переход униатов в православие.

За период правления императоров Павла и Александра процесс воссоединения униатов с православной церковью несколько замедлился Этим воспользовалось католическое духовенство и польские помещики для обращения униатов в латинство. В то же время в уніатстві возникает стремление сохранить восточные обряды и церковнославянский язык в богослужении, выйти из-под власти католического духовенства. В конце XVIII в. униатская церковь состояла из четырех епархий: Брестской, епископ которой Иосиф (Булгак) с 1817 г. был униатским митрополитом, Венской, Полоцкой и Луцкой Руководила униатской церковью, как и раньше, римо-католиць-ка коллегия, которая имела униатский департамент. Членом этого департамента был протоиерей Иосиф Семашко, который стал одним из выдающихся деятелей воссоединения західноруських униатов. Глубокое убеждение в истинности православия восточной церкви, любовь к Родине привели его к непреодолимого желания служить делу объединения. В 1829 г. Иосиф Семашко стал епископом Мсти-славским, а в 1833 г. - правящим епископом Литовским и Брестским.

В яростной ту 1834 г. на совещании епископов во главе с митрополитом уузалєко проводить одинаковые богослужения в униатских храмах, и обеспечивать священников обеих епархий православными служебниками и книгами молитвенных песнопений, напечатанными в Москве, установить в храмах иконостасы, а в алтарях - престолы. Для проведения этих работ и приобретение церковной атрибутики и священных облачінь коллегия оказывала помощь самым бедным приходам. Епископы приняли решение всячески возрождать восточные богослужебные обряды, по возможности отказываться от униатских обычаев. Решено было без заверения точного знания и преданности этим определением и обрядам никого из духовных лиц не наставлять на приходе, а monitored не утверждать. (Чистович И. Пятидесятилетие (1839-1889) воссоединения с Православной Церковью западно-русских униатов. - СПб, 1889. - С.23).

В марте 1838 г. епископ Иосиф Семашко был назначен главой Греко-униатской коллегии. Еще в декабре 1837 г. он подал записку о необходимости воссоединения униатской церкви с русской православной церковью. В результате его деятельности Греко-униатская коллегия перешла в подчинение Священного Синода.

12 февраля 1839 г., в Воскресенье православия, в Полоцке епископ Литовский Иосиф, его викарий епископ Брестский Антоний, епископ Оршанский Василий и другие высшие представители униатского духовенства подписали соборное постановление о воссоединении униатской церкви с православной. Священный Синод на заседаниях 6 и 13 марта принял "епископов, свяшенстве и духовную паству Греко-униатской церкви принять в общение с православной и к неделимого состав Всероссийской церкви". Греко-униатская коллегия была названа Белорусско-Литовской. Председателем ее стал архиепископ Литовский Иосиф, которого было возведено в сан архиепископа.

30 марта 1839 г. в Синодальном храме воссоединились запад-норуські униаты с православной церковью. Таким был конец Брестской унии в Белоруссии, Литве, на Волыни и Подолии. После ликвидации унии в белорусско-литовских епархиях Брестская уния в пределах России осталась только на Холмщине, где духовенство и верующий простой народ, находясь в полной зависимости от польских помещиков, подвергались усиленному спольщенню и окатоличиванию. Церковный обряд и сами храмы имели следы значительной латинизации. Униатское духовенство, которое прибыло на Холмщи-ну из Галиции, начало постепенное очищение богослужебного обряда от сторонних дополнений и изменений, способствуя его возвращению к восточного церковного Устава.

В 1875 г. духовенство и верующий народ, греко-уніатг* Холищини воссоединились с русской православной церквей шим православным епископом Холмской епархии стал неутомимый труженик воссоединения холмских униатов Маркал (По-пель). После этого Брестская уния осталась только в Галичине, которая после первого раздела Польши в 1772 г. отошла от Австро-Венгрии. Здесь еще долго сохранялся "корень унии", который дал свои ростки и за границу.

Уния в Галичине распространилась в конце XVII - начале XVIII в. в результате деятельности епископов Перемышльского Иннокентия и Львовского Иосифа. Они добивались торжества унии в галицких землях, которые целое столетие после провозглашения ЕЕ в Бресте хранили веру своих православных предков. Так, на уніатському соборе 1720 г. в Замостье были открыты широкие возможности для изменений богослужебного обряда в духе латинства, исправлений в католическом духе служебника, требника и всех богослужебных книг. Воспитанный в Риме наследник Ипатия (Потия) митрополит Иосиф (Рутский) превратил монашеские обители по католическому образцу в базиліанський орден. Галичину заполонили польские монахи, которые принесли с собой католические обычаи и полонизацию.

Движению за очистку богослужебного обряда от латинских наслоений способствовало национальное возрождение украинского населения Галичины в середине XIX в. под влиянием Маркияна Шашкевича и его сподвижников, а также 1848 г. В ответ на это и на переход, при содействии священника Иоанна Нумовича, прихожан с.Гнилички в православие, на Львовском Синоде 1891 г. были утверждены все униатские изменения в богослужении, сделана попытка вопреки всем папским обещаниям узаконить в церковных обычаях целибат униатского духовенства.

Вторая польская оккупация Галичины в 1919-1939 гг. пыталась подавить любое проявление православия, которое сохранилось после распада Австро-Венгрии. Значительно усилилось политическое и экономическое давление на украинское население. Экстремистская политика польского буржуазного правительства, поселения на украинских землях подверженных Польши, ликвидация школ, "нумерует кляузус" против украинцев в университетах, предоставление работы только тем, кто свою метрику крещения передал в костела - все это характеризовало жизни украинского населения Галичины. Ради справедливости следует сказать, что в настоящее время преследованиям подвергались также и представители униатского духовенства и сама феко-католическая церковь.

По Рижскому договору 1921 г. Польша получила кроме Галиции большие пространства западноукраинских земель с православным населением - около 4 миллионов человек (1200 епархий). Возникла опасность, что в условиях единого государства и для эффективного противостояния процессам латинизации и спольщення произойдет сближение греко-католиков с православными - как в религиозном, так и на национально-освободительном почве. Поэтому, с целью недопущения этого, и началось наступление польских шовинистов на обе церкви. Сначала поляки отлучили православных Польши от Московского патриархата путем предоставления статуса автокефальной православной церкви, который был признан Константинопольским патриархом. Одновременно началось разрушение православной церкви: 400 храмов было закрыто, их имущество ликвидирован, 140 церквей сожжено и разрушено, верующих же пытались обратить в католицизм. Польский епископат в ответ на жалобы и протесты верующих молчал.

Следующей акцией, которая имела целью блокировать возможный союз украинцев-православных и греко-католиков, была так называемая Пинска уния. Она проводилась после 1921 г. в виде ежегодных совещаний иезуитов в Пинске, где обсуждался ход непосредственного обращения православных Западной Украины и Западной Белоруссии в взамен-польский веру. Духовные и светские владыки новой Польши сполна учли опыт Брестской унии и на этот раз избрали другой путь. Прежде всего - никакой прямой унии православной церкви с Римом, как это было в Бресте, и сделали греко-католическую церковь равноправной в формальном плане перед Римом с польским костелом. Не могло быть и речи о сохранении восточного обряда, потому что именно спасение обряда дало возможность греко-католикам в значительной мере сохранить свою самобытность, а позже вести борьбу за национальное возрождение. Греко-католическая церковь мешала в проведении великодержавной политики польским щовіністам, а потому атаки на нее не прекращались. Невольно подтверждают это и материалы Львовского собора: "С акцией уничтожение православной Церкви шла в Польше одновременно акция на ослабление и уничтожение греко-католической церкви" (Деяния собора гре-ко-католической церкви во Львове. 8-10 марта 1946 г. - Львов, 1946. - С.88).

Однако, несмотря на притеснения, церковь уже сама имела силы готовить себе духовенство - кроме польских духовных заведений разрасталась сеть украинских гимназий и издательств, велась борьба с полонизацией народного образования, за открытие украинских школ. Восстанавливались, реформировались и создавались новые политические, миссионерские и культурно-просветительские структуры, охватывающие большинство украинского населения.

В то же время, известны примеры нападок униатских церковников на отдельных писателей. В 1935 г. униатский журнал "Католическая акция" опубликовал список "запрещенных книг", в который было включено более 100 названий произведений украинской, русской и мировой классики. Так, среди имен авторов, произведения которых было объявлено "злыми" или "сомнительными", можно встретить такие известные имена: Є.Гребінка, О.кобылянська, М.коцюбинский, Л.Мартович, Панас Мирный, Леся Украинка, Т.Шевченко, В.Короленко, М.Лесков, Л.Толстой, А.Чехов и много других (Католическая акция. - Львов, 1935. - №3).

До 1946 года в Западной Украине было 3 тысячи греко-католических и 250 православных приходов. На конец 80-х годов Русская православная церковь имела здесь 3156 приходов, Украинская греко-католическая церковь была в подполье и за рубежом. Во время перестройки, во время гласности, демократизации и восстановление исторической справедливости стало несомненным, что откладывать легализации УГКЦ (УКЦ) дальше не получится. Однако власти, по бюрократической привычке, прибегли к тактике затягивания, отказов, в результате чего потеряли контроль над этим процессом. Началось брожение в массах, захват церквей, и т.д. Избежать этого можно было бы, если бы легализацию церкви власти начали с того, с чего начиналась ее ликвидация - с иерархии, церковной собственности, собора... Теперь же это приходится делать под давлением "снизу", а люди, понимая это, стараются, чтобы этот давление был постоянным и неослабевающим.

Никакие документы, даже принятые на уніатському соборе, не могут отвлечь население от религии, если в них есть влечение к ней.

Четыре десятилетия греко-католическая церковь на западноукраинских землях находилась на нелегальном положении, и ее верующие и духовенство сполна познали, чего стоит тогда была "конституционная свобода" и что остается от прав человека, если решения идеологических проблем переводится на репрессивный государственный аппарат. Чтобы все это стало уроком для следующих поколений, оно должно войти в историю, создание которой следует начинать уже сейчас, по горячим следам. А изучать и осмысливать есть что: глубокая конспирация, подпольная' подготовка и рукоположения духовенства, ночные, тайные как на заре христианства богослужения, нападения "неизвестных" на священников, предупреждение, задержания, обыски, штрафы, аресты, разнообразные провокации и т.п.

Вопрос возрождения, восстановления статуса греко-католической церкви в Украине связывалось с общим процессом возрождения национальной культуры, языка, самосознания украинского народа, необходимость решения религиозных вопросов была поддержана довольно значительными политическими силами нашего государства.

С 1985 года устанавливаются демократические, гуманные отношения между государством и церковью.

Начиная с 1987 г., движение за восстановление греко-католической церкви приобрел организованного характера. Создан "Комитет защиты Украинской католической церкви" обратился к государственных органов власти, зарубежных религиозных центров, в частности Ватикана, международных организаций, требуя признания существующей Украинской католической церкви на территории западных областей Украины. Все это, конечно, позволило поставить вопрос о легализации греко-католической церкви и ее регистрации. 30 ноября 1989 г. Совет по делам религии при Совете Министров УССР сделала заявление о регистрации религиозных общин греко-католиков. С апреля по июль 1991 Г - греко-католическая церковь вообще и отдельные церковные структуры, в частности, были зарегистрированы как юридические лица. Каждая епархия, деканат, приход или учебно-духовные заведения церкви были юридически оформлены. Таким образом, Украинская греко-католическая церковь была окончательно полностью легализована и публично признана. Главой греко-католической церкви стал Блаженнейший Мирослав - Иван кардинал Любачивский, который до 1991 г. находился в Риме.

С первых дней своего существования все усилия церкви были направлены на укрепление духовной жизни, своей внутренней структуры, установления соответствующей администрации в епархиях в пределах Украины, налаживание связей с греко - католической церковью в диаспоре.

Сегодня Украинская греко-католическая церковь имеет 11 епископов, три епархии (Львовскую, Ивано-Франковске и Мукачевскую) и более 5 миллионов верующих. Общины греко-католиков в Киеве, Одессе, Николаеве, Донецке, Виннице, Житомире, Луцке и т. д.

Восстанавливается структура традиционных монашеских орденов греко-католической церкви. Среди них мужские ордена - василиане, пастырское служение несли редемптористы, студиты; женские - василианки, йосафатки, святого Викентия (бельгийки), Пресвятой Семьи, сестры - этих службы-низменные. Все ордена имеют общее назначение - проводить как можно более широкую миссионерскую деятельность среди населения. Однако они отличаются определенными функциональными особенностями. Например, монахини ордена св. Викентия в основном работают сестрами милосердия, нянями; йосафатки занимаются религиозным воспитанием детей; монахини ордена Пресвятой Семьи обслуживают больных и престарелых; пастырское служение несли редемптористы, студиты активно занимаются миссионерской деятельностью и подготовкой кадров для церкви.

Особое внимание со стороны руководителей греко - католической церкви уделялось и в дальнейшем будет уделяться семинариям, вопросам подготовки будущих священников. С этой целью семинаристов отправляют за границу на обучение. Для дальнейшей организации епархий и административного объединения епархиального духовенства владыки восстановили деканаты - ячейки объединения клира. Катех-ітичні курсы - не только для священников и монахинь, а особенно для светских людей - обеспечили педагогическими пособиями и методологическими разработками для евангелизации детей и молодежи. Организация миссий, которые происходят преимущественно во время Великого Поста, стала наиболее эффективным средством для духовного возрождения в приходах. Действуют греко-католические семинарии: львовская, ивано-франковская, мукачевский и василианская духовная семинария, где в общей сложности обучается около 600 семинаристов. Основано издательство, выходят газеты и журналы.

Украинская греко-католическая церковь неоднократно предлагала государству свои услуги с конкретными проектами для преодоления различных аспектов социальной и морального кризиса в Украине.

Как отметил Генеральный викарий Львовской архиепархии Украинской греко-католической церкви отец Иван Дацко, "без осмотра или финансовая ситуация Украины будет улучшаться, или нет, для нас является ясным, что Церковь не может отступить от своего социального задачи. Хотя наши замечательные литургические обряды вдохновляют и дают людям надежду, Церкви необходимо использовать все средства, чтобы предотвратить моральном, социальном и экономическом упадка".

Возрождая довоенные традиции своего социального служения, греко - католическая церковь уже осуществила ряд инициатив. Первая из них - возобновление деятельности в Львове небольшой Народной лечебницы имени Андрея Шептицкого, которую митрополит основал в 1903 году. Церковь полностью взяла на себя содержание созданного в Львове греко-католического лицея, где обучается около 240 учеников.

Важную роль в жизни Украинской греко-католической церкви сыграл Синод епископов Украинской греко-католической церкви, который состоялся в мае 1992 р.Це был первый синод после многих десятилетий, во время которого епископы из Украины и диаспоры встретились и выработали план деятельности церкви в новых условиях Украины. Церковь имеет большое количество мирянских организаций. В начале 1995 года в Украине действовало 3079 греко-католических приходов, 76 монастырей из почти 1300 монахами, 9 духовных учебных заведений, в которых обучалось около полторы тысячи слушателей.



Назад