Электронная онлайн библиотека

 
 История Древнего Востока

Религиозно - политическая реформа Аменхотепа IV (Эхнатона)


Еще при жизни фараона Аменхотепа III стал его 17-летний сын Аменхотеп IV, матерью (Эхнатона) которого была царица Тия, дочь провинциального жреца, к тому же с примесью нубийского крови в жилах. Тия хорошо разбиралась в политике, была умной и волевой женщиной и всячески помогала своему мужу в вершенні государственных дел. Аменхотепа IV, своего сына, она женила с красивой и умной Нефертити, имя которой означает "Прекрасная пришла".

Родовид Нефертити выяснить не удалось. Некоторые исследователи считают ее мітаннійською принцессой, другие - дочкой Аменхотепа III от одной из его 317-ты штатных женщин, то есть сводной сестрой Аменхотепа IV. Скорее всего, Нефертити не была принцессой крови, ведь ее младшая сестра при царском дворе не имела почетных титулов. Аменхотеп IV сначала пылко любил Нефертити, которая родила ему шестерых детей (все - дочери), однако в конце концов влюбился в свою наложницу Кию, придворный титул которой ("любимая царица") был рангом ниже титула Нефертити ("великая царица"). Он даже сделал Кию своей співправителькою, однако впоследствии почему так разгневался на нее, что велел уничтожить на всех памятниках ее имя, то есть придумал для нее кару, которую набожный египтянин не пожелал бы и своему злейшему врагу (потеря имени, в представлении египтян, лишала надежды на посмертное возрождения).

Аменхотеп IV не был создан для царского трона. Поэт-романтик, убежденный пацифист, юный фараон не всегда согласовывал свои благородные намерения с возможностями их воплощения в жизнь, ему не хватало трезвого расчета, того политического чутья, без которого реформатор неизбежно становится прожектером.

Аменхотеп IV решил осчастливить свой народ радикальной ломкой идеологии. Он начал с того, что противопоставил столичном культа Амона также солнечный, но уже провинциальный культ Ра-Горахте, что его издавна почитали жители Гелиополя и Мемфиса. Для Ра-Горахте он построил в Фивах отдельный храм. Конечно, фіванське жречество не было в восторге от этого нововведения, фараону пришлось утолять его крутыми методами. В конце концов фараон-реформатор решил действовать напролом. Он провозгласил единым вселенским божеством солнечный диск Атон, а себя - Антоновым сыном и першосвящеником. Ошеломленных египтян поучали, что только фараон должен молиться Атону, своей небесной подобию, им же выпало счастье адресовать свои молитвы фараону. Фараон построил близ нынешней Амарны новую столицу, которую назвал Лхетатон ("Горизонт Атона"), и изменил свое имя на Эхнатон ("Угодный Атону")*.

Что представлял собой культ Атона? Он очень отличался от традиционных египетских культов. Во-первых, Атон не имел иконографии, потому что, в отличие от Амона, был виден. Во-вторых, несмотря на всю очевидность колоссального значения солнечного света и тепла в жизни природы, он не оброс мифами. В-третьих, храмы Атона были общедоступны. Итак, это был универсальный культ, который лучше служил идеологическим запросам Египетской империи, чем традиционные египетские культы, чужие и непонятные иностранцам.

Вокруг беспрецедентной солнцепоклонницькой реформы Эхнатона и до сих пор не утихают споры. В основном египтологи видят в ней хорошо продуманную политическую акцию, направленную на понижение статуса столичного жречества и родовой аристократии и возрождения в стране политического режима суток Строителей пирамид. При этом ее трактуют не как борьбу между "прогрессивными" и "консервативными" силами в обществе, а как банальную чистку административного аппарата, замену старых чиновников новыми, более послушными, без покушения на политическую систему. Те ученые, которые считают Эхнатона не египтянином, усматривают в сонцепоклонницькій реформе влияние иностранных религий. Некоторые из них ищут объяснения причин реформы в экстравагантности характера молодого фараона. Другие считают Эхнатона религиозным фанатиком, которому вздумалось форсировать становления в Єгипті монотеизма. Есть даже попытки отождествить Эхнатона с библейским Моисеем, рожденным от брака египтянина и еврейки.

Религиозно-политическая реформа Эхнатона не получила в обществе должной поддержки. Фараон не сумел убедить народ, что настала пора отречься от языческой религии, которая стала образом жизни египтян. Фараон явно поспешил уничтожить очень популярный в стране культ Озириса, который обещал нуждающимся и угнетенным царство справедливости хотя бы на том свете. Сонцепоклонницька реформа не сняла социальное напряжение в обществе, наоборот, усилила ее, принеся народа новые экономические бремена (строительство столицы и храмов Атону обернулось для египтян новыми налогами и принудительными работами), развязала руки чиновникам для массовых служебных злоупотреблений. За 17 лет мирного царствования фараона-реформатора упал и международный престиж Египта, через что культ Атона стал для патриотически настроенных египтян символом унижения их государства. Поэтому сонцепоклонницька реформа не прижилась на египетском почве. Когда 41-летний фараон навсегда почил от земных забот, народ, вероятно, облегченно вздохнул, а новые хозяева, которые "не имели ни авторитета их предшественника, ни его фанатизма и воли, ни самого желания продолжать его дело", принялись вводить общественную жизнь в привычное русло. Так, Ехнатонів зять Сменхкар, который царствовал совсем недолго и умер молодым при загадочных обстоятельствах, возобновил общегосударственный культ Амона. Затем царская власть досталась шести или девятилетнем зятю Эхнатона Тутанхатону, который, разумеется, стал игрушкой в руках великодосвідчено-гофіванського жречества. Тутанхатон ("Живой образ Атона") ликвидировал общегосударственный культ Атона, переименовал себя на Тутанхамона и перебрался из Ахетатона в Мемфис*. Последний шаг в направлении ликвидации реформы сделал Ехнатонів военачальник Хоремхеб, который ради укрепления своей власти женился на младшей сестре Нефертити и назвал "отцом своих родителей" Тутмоса III. Хоремхеб викляв Эхнатона, назвал его преступником, расправился с Его сторонниками. Он велел жителям Ахетатона выселиться из этого города и превратил его в каменоломню. Итак, в конце царствования XVIII династии жизни в Єгипті, настроено фараоном-еретиком, вошло в привычное русло.

В настоящее время существует ее иную трактовку солнцепоклонницькой реформы Эхнатона. Отдельные египтологи не считают фараона-реформатора ни чудаком, ни романтиком, ни безграничным владолюбцем, ни недругом аристократов и столичного жречества. Он, по их мнению, имел свои религиозные предпочтения и достаточную власть, чтобы предоставить им официального статуса. Звеличуванням культа Атона фараон не подрывал религиозную ортодоксию, ведь ее в Єгипті не существовало. Реформаторская деятельность Эхнатона была полностью безопасной для фиванской аристократии и жречества, поэтому они не препятствовали фараону радоваться своими нововведениями. После смерти Эхнатона никаких реакционных сдвигов в Єгипті не произошло, а произошло постепенное возвращение к традиционной религиозной жизни.



Назад