Электронная онлайн библиотека

 
 История Древнего Востока

Причины катастрофы


Почему первая империя давности с ее безграничными материальными

ресурсами, безупречной военной организацией внезапно и бесславно канула в небытие? Чтобы ответить на этот вопрос, следует рассмотреть внутреннее развитие Ассирии с того зловещего момента, когда она окончательно стала великой военной державой.

На первый взгляд, перманентные войны были мощным стимулом для процветания ассирийского экономики. Благодаря им государственная казна всегда была доверху наполнена. Ассирийцы получили возможность заимствовать хозяйственный опыт других народов Передней Азии. Они, в частности, научились выращивать хлопчатник, одомашнили верблюда, освоили производство цветных изразцы для облицовочных работ, а главное - научились дешево, качественно и в большом количестве производить железо, даже закалять сталь, секрет производства которой впоследствии стал известен также арабам ("дамасская сталь"). Ассирийцы пригонили в свою страну большие стада скота. Интенсивное дорожное строительство, которое предопределялось в основном военными нуждами, способствовало развитию ассирийского торговли. Однако ассирийская экономика была слишком военизированной, развивалась однобоко, что сдерживало ее рост. Войны наносили огромный ущерб хозяйству. Разорение соседних народов неизбежно било рикошетом по экономике Ассирии. Наконец, возможность для многих ассирийцев разбогатеть на войне не способствовала их трудовой активности, делала ассири йское общество в значительной мере

паразитическим.

Система общественных отношений также чувствовала на себе влияние военного Молоха. Войны, как правило, делали бедных беднее, богатых богаче, способствовали развитию рабовладения. Впрочем, социальный статус ассирийских рабов был довольно своеобразным. Наплыв военной добычи делал ненужным чрезмерное использование рабского труда. Поэтому рабам в Ассирии жилось полегче, чем в других странах Передней Азии. Ассирийский раб, в частности, мог завести семью, вести собственное хозяйство, заключать договоры от своего имени, держать рабов, выступать в суде, викуплятися на волю. Понятное дело, это не означало, что рабский судьба его полностью устраивала, как и тех обедневших общинников, которые попадали в цепкие руки ростовщиков. Поэтому, хотя классовые отношения в ассирійському обществе были развиты сравнительно слабо, хотя в нем еще сохранялись намного сильнее, чем в Єгипті или Вавилоне, рудименты первобытно-родовых традиций (домашнее рабство, кровная месть и т.п.), оно не отличалось особой стабильностью и заховувало в себе угрозу социального взрыва.

Военизированное общество нуждалось сильной централизованной власти. Ассирийские цари немало делали для того, чтобы стать полными власть имущими. Они неоднократно меняли свою столицу, чтобы не зависеть от влиятельной городского совета Смирят. Этому городу была отведена почетная роль культового центра и царского некрополя. Однако осуществлять независимую политику они не могли, потому что царь Ассирии можно было стать только путем "божественного избрания", то есть в зависимости от решения оракула, следовательно - от расстановки политических сил в государстве. Крупнейшие города имели статус самоуправних, конфликтовали с царской администрацией. Политическая жизнь в Ассирии не отмечалось особой стабильностью, его лихорадило от противоборства политических группировок, заговоров и интриг в высших эшелонах власти. Царедворцы пытались воздействовать на царя также через его гарем, особенно через основную его женщину, которую в Ассирии, кстати, почему не называли царицей. Одним словом, центральная власть в империи была недостаточно мощным, чтобы обеспечить в тех условиях надлежащий порядок в обществе, контроль над огромной территорией.

Родовой знати в Новоассирійському царстве уже не было, на смену ей пришла знать служебная, то есть особенно склонна к политических интриг. Благосостояние чиновников в значительной мере зависел от царских щедрот. Чиновники выполняли не только административные, но и военные функции, потому что этого требовала система управления колониями.

Управлению колониями государство уделяло особое внимание. Здесь, на первый взгляд, все было продуманно и взвешенно. Отдельные завоеванные территории стали обычными провинциями Ассирии, ими руководили специальные чиновники. Города Восточного Средиземноморья и другие близкие соседи находились в вассальной зависимости от Ассирии и платили ей тяжелую, то есть ежегодный, дань. Мидия, Елам, Урарту, Лидия, северо аравийские княжества, способные постоять за себя, были обложены легкой, то есть эпизодической, данью. Египетского и Вавилон формально считались автономными, однако также контролировались ассирійськими чиновниками. Итак, о своих многочисленных колоний Ассирия демонстрировала определенную гибкость. Однако никакие политические ухищрения не могли привить населению колоний любовь и уважение к угнетающей их государства-хищника. Ассирию отовсюду окружала ненависть обиженных ею народов, которые постепенно преодолевали в себе страх перед зверствами ассирийского военщины.

"Большая Ассирия" была лоскутной империи, что в условиях отсутствия прочных экономических связей между областями угрожало ее развалом. Великое переселение народов, начатое Тіглатпаласаром III, в конце концов привело к тому, что ассирийцы растворились среди новопоселенців. Ассири йское войско быстро утратило свою этническую основу, превратилось в аморфную массу, не перегруженную патриотическими чувствами, склонную только к грабежу. Ассирийцы не могли долго держать в секрете свое оружие и военную тактику. И то, и другое, быстрее, чем им хотелось бы, стало достоянием вражеских армий стран. Более того, отдельные народы начали применять против них более удачную тактику ведения боя. В частности, скифские лучники, имея стрелы с лучшими баллистическими данным, впервые начали вести боевые действия на расстоянии.

Таким образом, Ассирия заранее подписала себе смертный приговор, сориентировав свою международную политику на порабощения переднеазиатских народов, став государством-паразитом.



Назад