Электронная онлайн библиотека

 
 История Древнего Востока

Финикия и Сирия в i тыс. до н. э.


Расцвет древней восточно средиземноморской цивилизации пришелся на i тыс. до н. э., причем он был обусловлен не столько вступлением этого региона в век железа (переход к железного производства происходил там вяло), сколько благоприятной международной обстановкой: Египетского на то время обветшал, ему уже было не до контроля за своим бывшим вассалом, Ассирия же в начале i тыс. до н. э. еще не была готова установить там свое владычество.

Финикийцы, которые в своей хозяйственной деятельности предпочитали посреднической торговли, хоть до персидского завоевания еще не имели своей монетной системы, построили самый мощный на те времена торгово-военный флот. С его помощью они монополизировали всю средиземноморскую торговлю, сохранив при этом тесные экономические связи с Єгиптом. Финикийские мореплаватели осваивали водные просторы не только с целью торговли, но и для пиратства, которое тогда было атрибутом морской торговли (это хорошо отразил Гете в своем "Фаусте"):

В открытом море дерзок взгляд, Молчи закон, царит восторг... Никто не спросит: "Чье богатство? Где взят и какой ценой?" Война, торговля и пиратство - Три вида сущности одной.

Однако даже морского разбоя оказалось мало для алчного финикийского купечества - оно не остановилось перед похищением людей с целью продажи их в рабство. О финикийских людоловів ходила недобрая слава в Передней Азии, о чем свидетельствуют, например, такие строки бессмертной Гомеровской "Одиссеи":

Умелый в обманах явился ко мне некий фінікієць, Хитрый мошенник, что беды не одной уже натворил человеку. Словом облесним он уговорил меня поехать вместе В Финикии, где у него и дома были, и имения... В Ливию он взял меня с кораблем мореплавательной, поносить Советуя с ним и мне свой груз переправить вместе, Сам же за большую цену продать меня намеревался.

Филистимляне, древние евреи и арамеї потеснили финикийцев на их территории, что привело к ее перенаселенности. Осложнения демографической ситуации, а также стремление местного купечества закрепиться на основных путях морской торговли повлекли интенсивную финикийскую колонизацию. Основан финикийцами колонии и фактории нередко становились городами, элитным прослойкой в которых, конечно, были финикийцы, а рабочей силой - туземне населения. Отдельные колонии, прежде всего Карфаген, сами прибегали к колониальной экспансии.

8

Самые древние финикийские колонии появились в XII в. до н. э. на Кипре и в Северной Африке. В X в. до н. э. колониальная экспансия финикийцев достигла Пиренейского полуострова, чуть позже - далекой Англии и західноафри-каннского побережья. Прекратил финикийскую колонизацию в середине II в. до н. э. Рим, который уничтожил ее тогдашнего инициатора - Карфагенскую государство.

Познакомимся с основной фінікійською колонией - Карфагеном, который превратился в одну из самых могущественных государств Средиземноморья.

Карфаген ("новый город") основала в конце IX в. до н. э. группа оппозиционных тірському царь аристократов, возглавляемых сестрой царя - Еліссою (эта энергичная женщина стала царицей Карфагена). Население раннего Карфагена занималось в основном посреднической торговлей, чуть - ремеслами и совсем мало - земледелием. Постепенно Карфаген стал одним из ведущих торговых центров Средиземноморья, оставив далеко позади в этом отношении свою метрополию - Tip. К середине VII в. до н. э. он настолько окреп, что сам стал на путь колониальной экспансии, установив свой протекторат над северо-африканскими колониями Финикии. Его имперские замашки натолкнулись на решительное сопротивление греков.

До середины V в. до н. э. завершилось формирование Карфагенської государства - большой и не наймогугнішої в Западном Средиземноморье. Преодолевая ожесточенное сопротивление туземного населения и греков, она покорила территорию современного Туниса и Алжира, населенную пвнічноафриканськими племенами, небольшую часть Атлантического побережья севернее Геркулесовых столбов, юго-западные области Испании, часть Болгарских островов и Сардинии, финикийские города на западе Сицилии, острова между Сицилией и Африкой. Ядром этого государства стал Карфаген, в котором проживало около 200 тыс. горожан, и подчинена ему хора - близлежащие территории, поделены на территориально-административные области. Отношения завоеванных территорий с Карфагеном были неодинаковыми. Те из них, что находились ближе к метрополии, находились в большей зависимости. В целом же колонии Карфагена были в той или иной степени самоуправними.

И в социально-экономическом, и в политическом отношении Карфаген больше отвечал античным, чем старосхідним стандартам. В государстве широко использовался труд рабов, к которым примыкали группы зависимых производителей. Хотя иногда в Карфагене ненадолго устанавливалась монархия, в основном он был республикой. Власть в государстве формально принадлежала народному собранию, однако реально ею руководили олигархические совета, в состав которых входили патриции. Поэтому, в отличие от финикийских городов-государств, Карфаген был полисом античного типа.

На последнем этапе своего исторического развития, от середины V в. до н. э. до середины II в. до н. э., Карфагенская государство пыталось

отвоевать у греков Сицилию, а в 60-х годах III в. до н. э. вступила в смертельный поединок с Римом. По словам Бертольда Брехта, с римской военной мощью "великий Карфаген вел три войны. После первой (264-241) он еще оставался большим государством, после второй (218-201) он еще существовал, после третьей (149-146) канул в небытие".

Отношения между колониями и метрополиями были, конечно, не самыми теплыми, поскольку колонии стремились развиваться самостоятельно, а метрополии это никак не устраивало. Однако общность торговых интересов, потребность в коллективной обороне от посягательств других морских держав, принадлежность к одной религиозной общины побудили как первых, так и вторых в разумных компромиссов.

Кстати, свои морские разведки финикийский купечество осуществляло в строжайшей тайне от потенциальных конкурентов, поэтому в источниках они не отражены. В частности, карфагенці добывали сырье для производства знаменитого пурпуровой возле Канарских (Пурпурных) островов и тех, кто знал об их местоположении, убивали или вырывали им языка и оставляли на острове. Аборигены островов до сих пор общаются между собой с помощью свиста, причем такого громкого, что его слышно за несколько километров.

Основным предметом финикийского экспорта была пурпурная краска, которая имела много оттенков - от ярко-красного до темно-фиолетового. Ею финикийские мастера красили свой текстиль, тонкие египетские полотна, а позже - и китайский шелк. Ткань, окрашенная финикийским пурпуром, долго не линяла и не обжигала; она стоила очень дорого, поэтому шла почти исключительно на пошив царского наряды и храмовых завес. Пурпур финикийцы производили из моллюсков, колонии которых были в Средиземном море, в том числе около финикийского побережья. Немалую выгоду они имели также от торговли стеклом, производство которого наладили в VII в. до н. э., после более чем тысячелетней стеклянной монополии египтян, с ид вот эти. Стекольное производство в С'щоні особенно расцвело уже в римскую эпоху, когда сідонці научились выдувать стекло, а в средневековые времена оно стало матерью знаменитой венецианской стеклянной мануфактуры. Финикийцы также прославились своей техникой бронзового литья и резьбой по слоновой кости.

Исторические источники не сообщают о общественные отношения в финикийских городах-государствах. Очевидно, самые тяжелые физические работы у финикийцев выполняли рабы-иностранцы, потому что следов существования в них долгового рабства не обнаружено. Но где они принимали рабов, если ни с кем не воевали? Вероятнее всего, довольствовались купленными рабами и похищенными иностранцами.

Политический строй финикийских городов-государств был монархическим. Цари пользовались немалой властью, однако далеко не авторитарной. К Эллинистической эпохи финикийцы своих правителей не боготворили. Городские общины заставляли царей учитывать их мнение при решении внутріполітичних вопросов, но внешняя государственная политика оставалась прерогативой царской власти. Такой политический дуализм, видимо, объяснялось сосуществованием двух экономических секторов: царского и общинного.

В конце II тыс. до н. э. политическое лидерство в Финикии взял на себя богатейший Tip, цари которого распространили свою власть и на Сидон. Тиро-Сідонське царство достигло расцвета в Хет. до н. э., за царя Ахирама (Хирама). Он выторговал у еврейского царя Соломона холмистую территорию возле Ливанской прибрежной равнины - Галилею, усилил финикийский влияние на отдельные княжества Кипра, перестроил Tip, соорудив на скалистом островке Новый Tip. Пресную воду сначала сюда доставляли с материка, однако впоследствии удалось обнаружить и местный источник.

Финикийцы ни с кем не воевали. Они, очевидно, считали, что присваивать чужое путем торгового обмана надежнее и безопаснее, чем с помощью военного разбоя.

Постепенно финикийский купечество стало теснить в государственном аппарате родовую аристократию и, в конечном счете, превратилось в владетельных князьков. Вследствие усиления олигархических тенденций царская власть в Тиро-Сідонському царстве упала. Из пяти ближайших преемников Ахирама трое ушли в другой мир не без помощи царедворцев. Поэтому создать сильное централизованное государство финикийцам не удалось.

Финикийцы, как и остальные народов Восточного Средиземноморья, жили в окружении сильных соседей. им удавалось лишь на короткий срок сбросить с себя иноземное иго. В III-II тыс. до н. э., как уже упоминалось, Финикия была египетской вотчиной. Потом, когда Египетского обветшал, она попала в крепкие объятия Ассирии. Впрочем, ассирийцы относились к финикийских городов-государств по сравнению толерантно, потому что имели в них выгодного торгового партнера, к тому же не могли обойтись без финикийского флота. Островные города Tip и Арвад делали вид, что их вполне устраивает пребывания на ассирийском под опекой и исправно платили дань, поэтому из финикийских городов лишь неугомонный Сидон стал жертвой ассирийского гнева. После гибели Ассирии Финикия попала под жесткий контроль Халдейского царства. На этот раз из финикийских городов легким испугом отделался лишь Tip, однако он потерял свое лидерство. Облегченно вздохнули финикийцы после образования в середине i тыс. до н. э. Персидской империи. За нового соотношения сил на международной арене финикийцы еще раз показали себя тертым калачом в политике. Они сами напросились платить персам дань - и тронуты таким рвением персы оставили их в покое, даже добавили им территории (от Ісської залива на севере до Аскалона на юге) и позволили создать федерацию Tipa, Сидона и Арвада. Финикийский купечество, верная своим традициям, сразу же взяла на себя международную торговлю персов, даже стало чеканить свою серебряную монету. Отношения между финикийцами и персами омрачались в середине ГУ в. до н. э., когда сідонці, которых опять подвело политическое чутье, досрочно восстали против персидского владычества, и персы, возмущению не было предела, сравняли Сидон с землей. Однако сідонці не были бы сідонцями, когда бы они и в этот раз не подняли родной город из пепла и руин.

В Елліністичну сутки Финикия вошла в состав Сирийской государства Селевкидов, а в 63 г. до н. э. стала римской провинцией. Финикийцы в конце концов растворились среди сирійськоі людности.

По континентальной Сирии, то в ней политическое лидерство в i тыс. до н. э. принадлежало Дамаске, который усилился с приходом туда в конце II тыс. до н. э. арамейских племен. Дамаск осуществил ряд территориальных завоеваний на юге и сперва успешно сопротивлялся ассирійській экспансии в Восточное Средиземноморье. В частности, во второй половине IX в. до н. э. дамасский обладатель Бенхадад III захватил израильские земли в Зайорданні и сделал своим данником Иудею. Ему удалось также создать военный союз швнічносирійських княжеств против Хаматського царства в бассейне реки Оронто. Итак, ненадолго все Восточное Средиземноморье, за исключением финикийских городов-государств, стало подвластной территории дамасского царя. Однако Дамаск взвалил на свои плечи явно непосильную ношу. Возглавляемый им военный союз вскоре распался - и ассирийцы уже в конце IX в. до н. э. дали ясно понять, кто должен стать настоящим властителем страны Ханаан. В 732 г. до н. э. они разрушили Дамаське царство и ввели его в состав своей империи. В конце VII в. до н. э. сирийские земли вошли в состав Халдейского царства. Пережила Сирия и персидское завоевания, а после гибели Персидского государства стала составной частью эллинистической государства Селевкидов.

Уровнем своего хозяйственного развития Сирия уступала финикийским городам-государствам. Для широкомасштабного земледелия ЕЕ земли были непригодны, поэтому ее арамейское население занималось преимущественно кочевым скотоводством и посреднической торговлей. Арамеї познакомили местную аморейсько-хурритську людность с верблюдами, без которых трудно даже представить себе караванную торговлю в полупустыни. Жители Дамаска, который лежал на древних караванных путях, перепродавали Тиру приобретенную ими в соседей-степняков белую шерстяную ткань, ловкие дамасские кузнецы производили на продажу непревзойденную холодное оружие с каппадокийского железа.

О системе общественных отношений в Дамасском царстве источники, к сожалению, молчат.



Назад