Электронная онлайн библиотека

 
 История Древнего Востока

Государство Западное Чжоу: политическая история


Чжоусці, по мнению ряда исследователей, в архаическую эпоху разговаривали тибето-бирманский язык. Они жили в бассейне реки Вэй еще за неолита и поддерживали с окопами тесные, хотя и не всегда дружеские связи, поэтому небезосновательно считали себя наследниками шанского культуры. Чжоусці, в частности, позаимствовали в шанцев их календарь и письменность, технику бронзоливарництва и фортификационного строительства, оружие и много черт быта.

Чжоуська государство было политически более зрелой за шанську.і Своего царя чжоусці уже обожали - считали родственником верховного божества (Неба) и называли "сыном Неба" (Тянь-цзы). Они создали систему мифов и легенд, которые наделяли царя и его родню сверхъестественной силой. "Эту мистическую силу, - отмечает китаїст В. В. Малявин, - в Китае называли где. Благодаря владыке, уверяла китайская традиция, прорастает зерно и вызревают плоды, исчезают вредные влияния в мире и живет счастливо народ. И, наоборот, неурожай или вражеское нашествие, язва или междоусобица - все это признаки немощи обладателя, и за все это он должен отвечать". Чтобы противопоставить царя простым смертным, было разработано архисложный дворовый ритуал, жертвой которого стал, в первую очередь, сам властелин.

В. В. Малявіи так описывает силу всевозможных условностей, с которыми сверяли каждый свой шаг и каждый жест властелин и его окружение в Китае: "Власть в Китае была прежде всего делом символической: обладатель был тайной, которую скрывала стена города и дворца. Никто не мог обратиться к нему напрямую, даже в третьем лице... Даже бросить взгляд на государственного обладателя было бы непростительным (а теоретически, на счастье, и невозможным) наглостью. Разумеется, никто не имел права давать обладателю советы, его приближенным разрешалось лишь намекать на действия, которые предстояло выполнить... Чиновники при дворе имели мыть руки пять раз на день, а перед аудиенцией у царя "очистить себя строгим постом, не ходить на женскую половину, вымыть волосы и тело". Даже писец, который стряхивал во время аудиенции пыль из своих книг, строго за это преследовалось. Что же до самого обладателя, то его жизнь было регламентировано до мельчайших деталей". Все это очень напоминало дворовый ритуал в Древнем Єгипті.

Государство Западное Чжоу не могла похвастаться своей внутренней стабильностью. В ней то и дело вспыхивали разрушительные народные восстания против чжоуських обладателей. Если чжоусці и вправду были тибето-бирманцами, то они могли выглядеть в глазах китайцев оккупантами, в таком случае причина бурление политических страстей в стране лежит, как говорится, на поверхности. Особенно грозное народное восстание вспыхнуло в середине IX в. до н. э., в царствование Ли-вана - редкого самодура (по оценке Сыма Цяня). Ли-вана мучил страх за свою жизнь, поэтому он так упорно вымарывал крамолу в государстве, что его подчиненные боялись даже рта открыть, при встрече лишь обменивались взглядом. Повстанцы убили этого тирана и вырезали весь его род. Уцелел лишь наследник трона, потому что некоторое царедворець отдал вместо него на растерзание осатанілому толпы собственного сына. Власть в стране захватили двое вельмож, которые провозгласили себя регентами чудом спасенного несовершеннолетнего царевича. Когда царевич подрос, он назвался Сюань-ваном и под этим именем занял царский трон. Сюань-ван тщетно пытался отвадить от Китая кочевников, которые совершали опустошительные нападения на страну, а 822 г. до н. э. даже ограбили чжоуську столицу. Кочевников использовали также, сводя свои счеты с ваном, удельные князья. В 770 г. до н. э. чжоусці, не выдержав их натиска, оставили свою столицу - м. Хао и в районе нынешнего Лояна создали свое карликовое царство. Вскоре в Китае возник ряд других удельных княжеств. Китай перестал существовать как единое государство и вступил в длительный период политических смут и братоубийственных войн.



Назад