Электронная онлайн библиотека

 
 История Древнего Востока

Япония перед вторжением этнических протояпонців


Самым распространенным и самым многочисленным этносом Японии эпохи позднего дзьомону считаются айны, в которых некоторые ученые усматривают прямых потомков автохтонных праяпонців, что жили на этих землях еще с времен палеолита. Некоторые считают айнов пришельцями, прародиной которых называют то Юго-Восточную Азию, то Южная Сибирь, то Северную Маньчжурию. Жили айны в центре и на севере острова Хонсю, Хоккайдо и Курилах, но не подлежит сомнению факт спорадической присутствии айнов на всех землях архипелага. Родственные связи айнської языка до конца не выяснены. С антропологической точки зрения часть ученых относит их к уникального расового типа, который сочетает в себе признаки всех четырех больших рас, другие считают их представителями северной ветви большого австралоїдної расы (с уменьшенной пигментацией). Некоторые вообще видит в айнах побочную ветвь европеидов.

Причины таких расхождений заключаются в действительно необычной антропологічній телосложению айнов, параметры которой не подпадают под хрестоматийные признаки больших человеческих рас. Айны - народ относительно высоких людей с темной желтоватой кожей, прямым волнистыми волосами (очень черным и жестким), чрезвычайно развитым вторичным и третичным волосяным покровом, а также большими глазами прямого, совсем не монголоидного, разреза. У них маленький, но широкий нос, толстые губы, широкий рот и удлиненные доліхоцефальні головы.

Айны занимались морским и озерным рыболовством, охотой на птицу и зверей (преимущественно оленей и медведей), собирательством и морским зверобойным промыслом. Полеводство айны знали, однако его роль оставалась довольно скромной, поскольку богатые живность островные леса и окружающие воды обеспечивали айнам относительно стабильный жизненный уровень даже на стадии преобладание присваивающего типов хозяйствования. Землю обрабатывали примитивным плугом с сучкуватого ствола, мотыгой из оленьих рогов, а урожай собирали заостренной раковиной вместо серпа.

Особой воинственностью и кровожадностью айны не отличались, хотя и "грешили" каннибализмом, однако в случае агрессии против них становились "зело жестокими" и "проявляли большую храбрость в бою", поэтому японцы писали о них, что "один (воин) эмиссии (так они именовали айнов) равна ста (воинам-японцам)". На войне они использовали отравленные копья и стрелы, доспехи из сплетенных нитей, тканей и деревянных брусков и ужасные боевые посохи (секібо). Когда же победить в битве айны не могли, а спастись бегством не было возможности, они делали себе пере - перерезали живот (кончали жизнь самоубийством). Вместе с тем айны оставались людьми размеренные и неспішними, не любили много говорить и ценили мастеров "лаконичных речей". Соседи говорили, что они "намного вежливее от других народов, а кроме того постоянные, прямодушні, чеснотливі и ласковые. Говорят тихо, не перебивают друг друга... Старых людей имеют в большом почете". Больше всего айны ценили родственные связи, дружбе, правдивость и щедрость, а жесточайшее наказывали за ложь и воинственность, особенно если они угрожали мирном уклада жизни.

Основой социальной структуры айнов выступала большая патриархальная семья, состоявшая из родственных нуклеарних семей с элементами полигамии, однако статус женщины в обществе оставался достаточно высоким. Несколько семей объединялись в племена, из которых складывались племена и даже аморфные племенные союзы. Культовое жизни айнов включало чествования астральных божеств, духов природы и своеобразные элементы фетишизма и тотемизма. Почитали змею, орла, касатку, богов моря и гор, подземного мира, рек и долин, однако господствующими считались два культы: богини огня и солнца (охранника тепла, света и домашнего очага) и "сына бога гор" -- тотемного медведя. Отдельно в айнов существовал институт шаманов, но только на принципах суеверия, а не официально признанного культа. Шаманы считались нечистыми, их не допускали на официальные праздники и использовали только для решения практических бытовых нужд (лечение больных, гадания о будущем, изготовление приворотного зелья, наведение порчи на врага и т.п.).

Южнее от айнов (Центрально-Западный Хонсю) за насел позднего дзьомону жили ідзумо, или кудзо - маньчжуро-корейского (тунгусо-маньчжурского) или аустро-незійського происхождения, которые тоже знали примитивное земледелие (гречка, каштаны, просо), хотя рыболовство, охота и собирательство им, конечно, тоже не были чужими. Ідзумо отличались воинственностью, направленной против северных соседей - айнов, веселым нравом и склонностью к мистике. В их религии царили тайные ритуалы (которые очень напоминали шаманские камлания). Это породило среди соседей ідзумо веру в их враждебность и даже коварство.

Потребности экстенсивного перелогового земледелия и не менее экстенсивного собирательства требовали от ідзумо постоянно расширять свой земельный фонд, что в условиях крайнего дефицита пригодных для полеводства земель вызывало постоянные войны между ними и айнами. В этих кровавых схватках воинственные ідзумо, как правило, брали верх над тихими и мирными айнами, что позволило им постепенно вытеснить айнов с Центрального Хонсю. Зато южных соседей - племена кумасо (хаято) - ідзумо опасались, а потому старались их лишний раз не раздражать.

Достоверной информации о социальную организацию ідзумо современная наука не обладает, однако известно, что элементы определенной протидержавної централизации они уже имели.

Среди этносов, которые жили на островах архипелага во времена позднего дзьомону, были и кумасо - сообщество малайско-полинезийского происхождения. Ареал их расселения охватывал острова Кюсю, Сикоку и, возможно, частично южную окраину Хонсю. Экономической базой кумасо, как и ідзумо, уже стало вирубно-огневое земледелие, при сохранении весомой роли присваивая форм хозяйствования.

По отзывам соседей, это были воинственны, дикие и кровожадные племена мужественным, решительным и ловких людей, что пришли на острова с юга, отвоевали себе "место под солнцем" и рьяно защищали свои земли от любых врагов. Однако новых завоеваний кумасо не вершили, довольствуясь уже добытым. Возможно, дальнейшей военно-территориальной экспансии кумасо помешала чрезвычайная анархичность их внутренней социальной структуры, поскольку, несмотря на чувство этнической общности, кумасо жили отдельными родоплеменными группами, которые враждовали между собой не меньше, чем с инородцами, через свою естественную мятежность.

Еще одним этносом Японии эпохи позднего дзьомону были примитивные рыбаки ама, населявших восточное побережье север Хонсю, Кюсю и Сикоку. Некоторые ученые считают их этническими родственниками полинезийцев Океании, другие - "морскими цыганами Юго-Восточной Азии". Однако источники свидетельствуют, что ама похожие на кумасо. Это дает основания настаивать на их аустронезійському происхождении. Хозяйственная жизнь этноса включало рыболовство, океанический промысел и собирательство, а мифологические представления превозносили Солнце, которое принес людям герой-мореплаватель, пользуясь кораблем-птицей, что может летать по небу и ходить водами океана. Именно поэтому изображения диковинных птиц-лодок часто случаются на ритуальных и бытовых предметах, обнаруженных археологами.

В конце эпохи дземон (середина i тыс. до н. э.) Япония существенно отставала в развитии технологий, экономики и социальных структур от своих ближайших соседей (Корея, Китай) и жила почти изолированно от внешнего мира своими собственными проблемами. Главной причиной такого положения была отсутствие етногосподарської и политического единства. Страна еще не вышла за пределы каменного века, ее полеводство оставалось маловрожайним и крайне примитивным, а государственных институтов не существовало вообще. "Страна Восходящего Солнца" стояла на пороге активного создания государства, когда во второй половине i тыс. до н. э. на островах из появились "людиямато", или народ вадзін, - этнические протояпонці.



Назад