Электронная онлайн библиотека

 
 Политология (теория и история политической науки)

Современные концепции политических элит


Знания о политическую элиту существенно углубляет ознакомления с ее разнообразными концепциями, так или иначе связанными с двумя указанными подходами. Концепции элиты Г. Моски, В. Парето и Г. Михельса принадлежат к так называемой макіавелліспгської школы в понимании политических элит, основные теоретические положения которой заключаются в следующем. Речь идет прежде всего о признании элитарности любого общества, его разделения на привилегированную владарюючу творческое меньшинство и пассивную, нетворческой большинство. Такое разделение закономерно вытекает из природы человека и общества. Элита наделена особыми социальными, психологическими, интеллектуальным, моральным и другими чертами. Принадлежность к ней связана Прежде всего с природными задатками, образованием и воспитанием.

Элита является более или менее сплоченной группой, объединенной не только общностью профессионального статуса и социального положения, а. и элитарной самосознанием, восприятием себя особым слоем, призванной управлять обществом. Массы более или менее широко признают право элиты на политическое руководство, что означает ее легитимность.

За относительной сплоченности в среде элиты идет постоянная борьба между различными его типами: старой и новой элитой, элитой и контрелітою, «львами» и «лисами» и др. Формирование и смена элит происходят в ходе борьбы за власть. И за всех изменений элит их отношения с остальной частью общества, Как отношения господства и подчинения, остаются неизменными.

Современные концепции элит многообразные. Особую группу среди^них составляют основанные на ценностном подходе концепции демократического элитизма, или (в контексте теории демократии) элитарной демократии. Дело в том, что теория демократии как правление народа и теория элит как правление незначительного Меньшинства противоречат друг другу. Основоположники теории элит Г. Моска, В. Парето и Г. Михельс роз* в'язували это противоречие в пользу теории элиты, ставя под сомнение возможность демократии. В то же время в политологии сложился целый направление, представители которого пытаются доказать совместимость демократии и элитизма. К этому направлению относятся, в частности, концепции конкурирующих элит И. ІЇІум-петера, открытости элиты Г. Лассуела, подвижных элит Н. Боб-био, равных возможностей К. Манхейма, вертикальной демократии Дж. Сартори. Рассмотрим некоторые из них.

Исходя из того, что демократия как прямое правление народа невозможна и нецелесообразна, американский экономист Йозеф Шумпетер (1883-1950) предложил создать новую, более реалистичную теорию демократии, которая бы основывалась на признании того, что демократический метод - «это такое институциональное устройство принятия политических решений, в котором индивиды приобретают власть решать путем конкурентной борьбы за голоса избирателей»4. Суть демократии, по его мнению, заключается в получении власти элитами путем конкуренции. Правящая элита необходима для любого общества, в том числе и для демократического, отличительная черта которого - конкуренция элит за позиции властей, а также открытость элиты для обновления талантливыми, способными, высоконравственными представителями народа. Значение электората ограничивается участием в обновлении и изменении элиты. Контроль избирателей за элитами проявляется только в форме отказа во время переизбрания. Концепция конкурирующих элит И. Шумпетера заменяет формулу демократии «правление народа» на более реалистичную - «правления, одобрено народом».

По мнению Дж. Сартори, демократия не только не отрицает элиту, а, наоборот, предполагает ее. Демократия имеет горизонтальный и вертикальный измерения. В горизонтальном измерении она основывается на принципе равенства и означает правление народа. В вертикальном измерении демократия признает равенство как равенство возможностей, основывается на принципе свободы и означает власть множественных конкурирующих меньшинств, или поліархію (от греч. poly - много и arche - власть).

Существуют многочисленные критерии для выделения контролирующих в системе вертикальной демократии меньшинств (два из них - первостепенной важности). Первый критерий - альтимет-ричний (от лат. altus - высота и греч. metreo - измеряю; альтиметр - высотомер): контролирующая группа является такой потому, что располагается (по вертикальным разрезом строения обществ) «наверху». По этому критерию властвует тот, кто находится выше, независимо от того, благодаря чему он там оказался. Второй критерий - меритократический (от лат. то-ritus - достойный и греч. kratos - власть; меритократия - власть наиболее достойных, заслуженных): критерий заслуги. Согласно им лицо не потому оказывается выше, наделенный властью, а наоборот: она наделена властью и находится выше потому, что заслуживает этого.

Критерий заслуги, пов'язуваний с ценностными параметрами элиты, считает Дж. Сартори, создает ценностную сопротивления для представительной демократии. Нужно восстановить паретівське понимание элит как лучших, потому что в антиелітистів слово «элита» приобрело негативный оттенок. С этой целью Дж. Сартори предложил референтную теорию элит и два сжатых взаимодополняющих определение демократии: «демократия должна представлять собой (а) селективную (основанную на выборности, отборе, подборе. - С.Ш.) поліархію и (б) поліархію за основой достоинств (заслуг)»5.

Еще одну группу концепций элиты составляют концепции множественности (плюрализма) элит. Авторы этих концепций отрицают существование элиты как единой привилегированной и в отношении сплоченной группы и доказывают наличие многих элит: политической, экономической, научной, художественной, религиозной и др. Влияние каждой из них ограничен специфической для нее сферы деятельности. Ни одна из элит не способна доминировать во всех сферах общественной жизни. Множественность элит определяется общественным разделением труда и многообразием социальной структуры общества. Каждая из многих базисных социальных групп - этнических, демографических, профессиональных, региональных и других - формирует свою собственную элиту, которая отражает ее интересы, защищает ее ценности и в то же время активно влияет на развитие группы.

С помощью разнообразных демократических средств (выборов, референдумов, средств массовой информации и т.п.) базисные группы контролируют элиты. Таким образом ограничивается или и вовсе предваряется действие открытого Г. Міхельсом «железного закона олигархических тенденций» и обеспечивается содержание элит под влиянием масс. Различия между элитой и массой достаточно условны. Они основываются главным образом на неодинаковой заинтересованности в принятии решений. В демократическом государстве граждане могут свободно входить в состав элиты, причем доступ туда открывают не только богатство и высокий социальный статус, а, прежде всего, личные способности, знания, активность и т.д.

В современном демократическом обществе, утверждают сторонники концепции множественности элит, власть рассредоточена между разнообразными общественными группами и институтами, которые путем прямого участия или давления могут влиять на принятие политических решений в своих интересах. При таких условиях главными субъектами политики является не элиты, а группы интересов. К тому же существует конкуренция элит, которая отражает экономическую и политическую конкуренцию в обществе. Конкуренция элит также делает возможной подотчетность элит массам, предотвращает формирование единой господствующей элитарной группы.

Очевидно, что концепции множественности элит имеют целью смягчить восприятия жесткости разделения общества на элиту и массы, его антидемократизм. Однако они во многом идеализируют действительность, затушовуючи вопрос о том, кто же является, так сказать, хозяином в государстве. Существует принципиальное различие между влиянием в обществе политической элиты, который основывается на правовых нормах и силе государственного принуждения и связан с распределением ресурсов и ценностей, и, скажем, интеллектуальной элиты, которая пользуется средствами идейного влияния и зависит от политической элиты. Кроме того, и разнообразных привилегий больше всего имеет именно политическая элита, потому что устанавливает их она сама для себя. Немного от нее достается представителям других элит, в том числе экономической и интеллектуальной, которые материально и идейно обеспечивают ее господства.

Идея множественности элит достаточно распространена в общественной и особенно индивидуальном сознании. Связано это с тем, что человеку трудно дается восприятия элиты вне ее самой, но импонирует осознание собственной принадлежности к элите. Этим объясняется, в частности, то, что о своей принадлежности к элите общества нередко заявляют функционеры многочисленных молодежных и женских общественных организаций, руководители и активисты небольших политических партий, журналисты, преподаватели высшей школы, ученые, бизнесмены и т.д. Есть даже «элита рабочего класса», «крестьянский элита», «студенческая элита» и др. Однако эти претензии на элитарность находятся вне теории политических элит и политологии в целом.

Противоположной концепции множественности элит за своим характером и направленностью является ліволіберальна концепция элиты американского социолога Чарлза Райта Миллса (1916 - 1962). Еще в 50-е годы в своей работе «Владарююча элита» на основе функционального подхода к элиты он доказывал, что она является не результатом интеллектуального, психологического и морального преобладание, а следствием занятия командных позиций в общественной иерархии. Именно занятия ключевых позиций в экономике, политике, военных и других институтах обеспечивает людям власть и таким образом конституирует владарюючу элиту. Ученый утверждал, что в современных обществах, какими бы демократическими были их конституции, фактически властвует элита. Даже в США, где отсутствуют традиции феодальной аристократической иерархии, обеспечена относительная равенство экономических и социальных условий жизни граждан, царит демократическая идеология, социальное развитие привел к непосредственному усиление власти элиты.

Систему политической власти в США P. Миллс подавал как пирамиду, что состоит из трех уровней. Нижний уровень составляет масса пассивного, фактически бесправного населения. Средний отражает групповые интересы. На верхнем уровне принимаются важнейшие политические решения. Именно верхний уровень власти занимает правящая элита, которая, по сути, не допускает остальное население к определению реальной политики. Возможности влияния масс на элиту с помощью выборов и других демократических институтов весьма ограничены.

Стержневыми институтами современного американского общества Г. Миллс считал крупные корпорации, политическую исполнительную власть и армию. В соответствии владарюючу элиту он не ограничивал политической элитой, которая непосредственно принимает важнейшие государственные решения, а включал в нее также руководителей крупных корпораций, высших офицеров и интеллектуалов, которые их поддерживают.

Вопреки утверждениям о множественности элит владарююча элита в Г. Миллса выступает как единственная, в отношении сплоченная группа. Эта сплоченность предопределяется общей заинтересованностью ее представителей в сохранении своего привилегированного положения, стабильности существующей общественной системы, а также близостью их социального статуса, образовательного и культурного уровня, круга интересов и духовных ценностей, стиля жизни, личными и семейными связями. Между элитой и массами существует глубокое различие. Выходцы из народа могут войти в элиту, только заняв высокие посты в общественной иерархии. Однако на это у них очень мало реальных шансов.

Нетрудно догадаться, что в западной политологии ліволібе-ральна концепция элиты подвергается острой критике, особенно в отношении утверждений о закрытости владарюючої элиты, наличие в ее среде личных и семейных связей, непосредственное вхождение в нее руководителей крупных корпораций и т.д. Однако именно здесь указанная концепция ли не в наибольшей степени соответствует действительности, потому что даже в найдем -

кратичнішому обществе политическая элита остается относительно замкнутой и наиболее привилегированной господствующей группой, поддерживаемой бизнесом.

Хотя марксизм отрицает правомерность самого понятия политической элиты, утверждая о политическое господство экономически доминирующего класса, косвенно он содержит своеобразную концепцию политической элиты, которая в политологии получила название партократичної. Речь идет о авангардную партию рабочего класса. В соответствии с ленинским учением о партию нового типа эта партия призвана возглавить рабочий класс в его борьбе за победу социалистической революции и построение социализма и коммунизма.

Важнейшим признаком, что предопределяет руководящую роль политической партии, является то, что она выступает носителем - революционной коммунистической идеологии. Именно вооруженность этой «единственно верной» идеологией определяет передовые качестве членов партии и служит гарантией успешного руководства ею обществом. Еще одним признаком партии нового типа является происхождение ее членов из неимущих слоев общества, прежде всего из среды рабочего класса и беднейшего крестьянства. Рабоче-крестьянское происхождение выступает важнейшим условием способности к восприятию коммунистической идеологии.

Политическое руководство обществом со стороны авангардной партии рабочего класса имеет всеобъемлющий характер - охватывает экономику, политику, культуру, решение кадровых вопросов, воспитание человека и т.д. Для осуществления такого руководства партия должна быть тесно сплоченной и иметь жесткую иерархическую структуру, по которой фактическая власть концентрируется в руках высшего руководства.

Партократична концепция элиты была реально воплощена в социалистических странах. Хотя она создавалась под лозунгами возражения социального неравенства и любой элитарности, всеобъемлющий характер партийного руководства, сращивание партийного и государственного аппарата на практике привели к формированию в этих странах коммунистической партийно-государственной элиты, которая монопольно сосредоточила в своих руках всю полноту государственной власти, материальные, финансовые, человеческие, идеологические ресурсы, создала для себя целую систему социальных льгот и привилегий.

Одним из первых на это обратил внимание югославский политический деятель и политолог Милован Джілас (1911-1995). В своей работе «Новый класс» (1957) он обосновал концепцию правящей партийной бюрократии как нового класса, который сформировался в СССР и других странах социализма. Этот класс состоит из тех, кто наделен монополией административной власти и пользуется особыми привилегиями и экономическими преимуществами. Истоки нового класса коренятся в партии особенного, большевистского типа. Его могущество опирается на феномен коллективной собственности, заключается в монополии партийной бюрократии на распределение национального дохода, регламентирование доходов населения, определение направлений хозяйственного развития и распоряжения национализированным имуществом. В связи с этим Г. Джілас ввел понятие «партийная государство», суть которой заключается в особом виде политического господства, когда власть фактически незаконно сконцентрирована в руках партийных комитетов и тайной полиции.

Позже, уже в годы так называемой перестройки феномен політбюрократії или номенклатуры в СССР был описан российским исследователем М. Восленським.



Назад