Электронная онлайн библиотека

 
 Религиоведение

8.1. Понятие религиозного сознания и ее структура


Из материала предыдущих тем достаточно однозначно вытекает то, что корни религии уходят в определенные состояния, представление и содержание сознания. Вне сферы собственно человеческого бытия, обозначенного осознанием и разумностью, мы нигде не сталкиваемся с явлениями, которые хотя бы отдаленно напоминали религию. Понятие религиозного опыта, из которого вырастают религии, предусматривает расслоение действительности на обычную и выше, однако последнюю - высшее, священную, единственно истинную действительность может фиксировать лишь человеческое сознание, а для чувственного прямого восприятия она или не является доступной, или же возникает необычным, непостижимой. Таким образом, сознание - это исходная основа религии. Религиозное сознаниеэто совокупность образов, представлений, чувств и переживаний, которые имеют своим предметом священное, выше и истинное бытие (или же чудесное) и такие, которые направлены к указанных предметов.

Изучая предыдущие темы, мы неоднократно убеждались в сложности религии; эта сложность распространяется и на религиозное сознание, что выражается, в частности, в ее структуре. Под структурой религиозного сознания понимают устойчивую совокупность необходимых элементов ее содержания вместе с определенными стабильными связями между ними. В смысле религиозного сознания и ее предметном направлении выделяются прежде всего особые сроки, подавляющая часть которых присуща именно религиозной мировосприятию и за его пределами может почти нигде не использоваться. Все религиозные термины можно условно разделить на: а) те, что касаются проявлений священного в реальном, физическом мире (“откровения”, “чудо”, “икона”, “храм”, “реликвия”, “священник” и т.п.); б) те, которые выражают саму сущность священного, истинного, первого бытия (“Божество”, “дух”, “Троица”, “всемогущество”, “Создатель” и др.); в) те, обозначающих черты связи земного и священного (“причастность”, “благодать”, “созидание”, “откровение”; “определение”, “кара”, “страх божий”, “грех”, “литургия” и др.). В том случае, когда речь идет не о сроках (то есть - не о языке), а о неких другие носители религиозного сознания, такие, как “образы” (изображения, иконы), религиозные действия (ритуалы), реликвии (священные предметы), здания или специально обозначенные места, их религиозное значение, а также особые свойства и функции все равно передается словами. Итак, в религиозном сознании решающее место принадлежит религиозной терминологии. Кроме нее в структуре религиозного сознания выделяют: а) ее уровне и - б) ее состояния.

Религиозная терминология может возникать достаточно ощутимым симптомом того, которого уровня достигает религиозное сознание в ее конкретных носителей. Как и в духовной жизни общества в религиозном сознании проводят различие прежде всего между ее обыденным и теоретическим уровнями. Обыденный уровень религиозного сознания формируется в процессе повседневной жизни по мере приобщения человека к жизни религиозных общин, в определенных религиозных и культурно-исторических традиций, к участию в религиозных обрядах и представлениях. Как правило, на уровне будничной религиозного сознания не выделяют и не формулируют каких фундаментальных мировоззренческих проблем, а, главное, даже в случае обращения к ним для их осмысления и обоснования не привлекаются точные сроки, логично и фактологически взвешенные аргументы, глубокие знания исходных положений религиозных источников, исторических традиций, религиозных события и др. Через это в будничной религиозном сознании фигурируют верования, образы, представления, стереотипы, ситуативные примеры, настроения, иллюзии, определенные психологические установки и даже определенные предрассудки. Характерной особенностью их функционирования является непосредственность их принятия, их слияние с жизненными действиями и ситуациями, консервативное к ним отношение. Через это религиозные представления обычного сознания часто возникают жесткими, застывшими, такими, что иногда даже не подлежат обсуждению. Их трудно изменить, но если возникает ситуация их очевидного расхождения с действительностью, они так же ситуативно могут отбрасываться (вспомним, как отметались религиозные убеждения во время введения советского образа жизни).

Для обыденного уровня религиозного сознания характерны:

  • наглядно-образная форма представления ее содержания;
  • слияние ее содержания с определенными ситуациями жизни, переживаниями, эмоциями, привычками и обычаями.

Религиозный человек, если она находится на обыденном уровне религиозного сознания, довольно упрямо может придерживаться именно такого способа действий (или жизни), но при этом часто она не может объяснить, почему это должно быть именно так.

На теоретическом уровне религиозное сознание представлена прежде всего богословскими исследованиями (которые на сегодняшний день есть достаточно подробный и разветвленными). Здесь фигурируют не только и не столько образы и представления, сколько догматы (неизменные, неоспоримые положения), идеиположение священных текстов, факты религиозной или церковной истории, взвешенная терминология, точно устоявшиеся способы обработки религиозных священных текстов (в христианстве такие способы называются правилами экзегетики - толкование Священного Писания). На теоретическом уровне религиозного сознания используются умственные или логические доказательства, аргументация со ссылками на точно фиксированные факты, формируются убеждения, доводятся и обосновываются определенные принципы веры, ее преимущества над знанием и человеческой мудростью. Средоточием теоретического уровня религиозного сознания в большинстве случаев в развитых религиях встает богословие (на греческом языке - теология). Богословие - это теоретическая составляющая религии. Ее основная задача заключается в согласовании между собой самых первых религиозных заповедей и догматов, в их благоустройстве, прояснении и в определенной степени - обосновании. Однако теология не ставит и не может ставить под малейшее сомнение их содержание, неоспоримое истинность и значимость.

Следует обратить внимание и на то, что на теоретическом уровне также могут быть разные ступени проникновение в глубины религиозных догматов, образов и представлений Первый степень можно назвать уровнем религиозной богословской осведомленности (знания о религиозной культовой практики, ведущих догматов и их связей между собой и др.), а второй - концептуальным уровнем, когда ведущие религиозные положения являются полными глубокого смысла, что его нельзя отделить от жизненных ситуаций и положений Святых писаний. Например, в заявлениях некоторых теологов (таких, как М.Маймонід - 1135-1204 гг.) ветхозаветные пророки подаются как выдающиеся философы, а каждое их утверждения рассматривается таким, что содержит элементы высших божественных истин. На концептуальном уровне специально разрабатываются, осмысливаются и обосновываются идейные основы определенной религии, систематизируются ее догматы, разрабатывается система аргументов относительно ее преимуществ, приходится целесообразность определенных праздников, культовых действий, обрядов. Здесь также проводятся исследования, упорядочение и систематизация фактов церковной истории, комментируется агіографія (жизненные истории святых и праведников определенной религии).

Следует сказать, что оба уровне религиозного сознания связаны между собой, то есть они не существуют отдельно друг от друга. Более того, на обоих этих уровнях ведущими источниками религиозности остаются не умственные построения, а чувства, прозрівання, озарение. Поэтому в структуре религиозного сознания, как уже было сказано, решающую роль играют религиозные чувства, характерной особенностью которых является прямое принятия определенных положений или слияния с их содержанием. На первом плане здесь стоит чувство причастности человека к священному (или просто чувство священного). Религиозные чувства и эмоции разделяют на побудительные, положительные и отрицательные, ограничительные. Побудительные чувства - благочестие, страх Божий, вдохновение. Положительные чувства - это любовь, надежда, радость, торжество, увлечения. Отрицательные религиозные чувства - это отвращение, ужас, раскаяние, гнев, смирение.

Единство религиозных чувств выражается в ведущих религиозных состояниях, среди которых на первом плане находятся:

  • важнейший для религиозного отношения к действительности состояние веры; религиозная вера предполагает синтез почти всех возможных человеческих чувств - любви, надежды, страха, гнева, радости, подъема и др.;
  • осяяня (озарение) - восприятие самых первых и важных для жизни истин в мгновенном поимке, которое напоминает вспышка света;
  • прозрівання - это озарение, направлено или на мгновенное схватывания основ чего, или на будущее;
  • видение - такие психологические состояния религиозного человека, в которых она вступает в прямой контакт с высшими силами или существами; при том все это происходит в ясном состоянии восприятия, хотя и противоречит привычному течению событий;
  • экстаз (или транс) - выход за пределы привычного состояния сознания, что сопровождается существенной интенсификацией (сгущением, концентрацией) ощущений, переживаний, эмоций; как правило, в экстазе человек достигает каких невозможных за обычай открытий, истин; экстаз сопровождается ощущением надповноти и надцілісності переживаний и прозрівань;
  • экзальтация - такое повышен чувствительно, остро эмоциональное отношение к явлениям религии, ее содержания или обрядов, которое предусматривает чрезвычайное подъем, обострение чувств, потерю адекватного восприятия реальной действительности; экзальтация как правило сопровождается нервным возбуждением как положительного, так и отрицательного направления;
  • фанатизм (религиозный) - состояние полного, достоверного и слепого настаивание на однозначности религиозных требований и догматов, которых человек придерживается.

Остановимся специально на очерчивании феномена веры, поскольку он является решающим для религиозного сознания. Когда речь идет о вере как состояние человеческого сознания, то следует отметить, что вне верой невозможно нормальное функционирование сознания вообще. Вера выражает прямое, непосредственное принятие чего в качестве оправданного, неоспоримого или истинного. Вера есть там, где существует прямое внутрижиттєве отношение. Если же мы от чего требуем дополнительных умственных или иным подкреплений, гарантий, доводок, то скорее всего мы не верим. Все такого рода подкрепление порождаются не верой, а сомнения, что является состоянием, противоположным вере. Если вера характеризуется полнотой принятия, то сомнение есть там, где нам как раз полноты не хватает. Через это вера предполагает существование в нашем сознании так называемого “дефицита информации”: она вступает в свои права тогда, когда наши знания на чем останавливаются или обрываются, и ситуация принимается как завершена, удлиненная в будущее без изменений или дополнений. Еще самые первые христианские мыслители справедливо отмечали, что без веры невозможна человеческая жизнедеятельность: когда мы бросаем в землю семена, мы верим в то, что они пойдут в рост, когда идем к врачу - верим его знаниям и мастерству, когда отдаем ребенка на обучение - верим учитель. То же самое происходит и в человеческих рассуждениях: когда мы мысленно направляем мнение в определенном направлении, мы никогда не знаем всего, всех тех обстоятельств, которые касаются предмета нашего рассуждения. Однако мы верим, что рассуждения оправдано. Когда мы нечто осмысливаем, мы привлекаем в такое осмысление целый массив знаний, которые мы не получали сами: мы верим ученым, исследователям, так же, как и в жизненных поступках - другим людям.

Однако религиозная вера не является простой жизненной верой, поскольку она касается важнейшего для человека - его жизни и смерти, ее нравственности и смысла его жизни. Через это исследователи различают, прежде всего, веру религиозную и нерелігійну, а, во-вторых, веру частичную (в некое конкретное утверждение или некоему конкретному человеку) и веру стратегическую, общую веру в человечество, в справедливость и др.). Следует понять, что вера не является невежеством и не предусматривает отказа от знания. Более того, нельзя верить, не зная, во что же мы верим, то есть, нельзя быть христианином, ничего не зная о Христе, или буддистом, не ведая того, кто есть Будда. Однако вера так же не является знанием: знания касаются предмета веры а не состояния веры. Но ради того, чтобы появилась вера, эти знания должны быть либо неполными, или в чем принципиально невозможными. В апостольских посланиях христианская вера подается как “обличення (предоставление лицо) вещей невидимых”. Религиозная вера подразумевает то, что основное, самое первое и самое важное для человека не может быть приобретенным ею через знания, но только через веру. Фактически это значит, что человек должен в первых вопросах жизни действовать от себя, а не за некими проверенными и подтвержденными алгоритмами, изобретенным через опыт или науку. Далее это значит, что то, что касается хода природных - материально-физических вещей, не исчерпывает и не покрывает собой человеческого назначения и человеческого образа пребывания в мире. Священные религиозные тексты должны наставить человека на осмысление того, почему именно это так. В них самые первые силы и основы мира подаются, как правило, как позаматеріальні, такие, что не подлежат обычном наблюдению. Итак, стратегическая вера - это вера, которая направлена на самые основы человеческого бытия, а религиозный характер показывает, что речь идет о несколько, принципиально позаматеріальне, но прежде всего по сути.

Вера, как уже было сказано, предполагает единство элемента знания, осведомленности с чувствами (надеждой, чувством священного). Но, кроме того, она включает в себя и волевой элемент: умение держать внимание и внутреннюю сосредоточенность на предмете веры, умение верующего человека быть внутренне непоколебимой. До определенной степени вера предполагает и единство чувства и воли с убеждением. Убеждения отличаются от веры тем, что их можно и даже нужно доказывать, опирать на определенные принципы, руководящие указания. По содержанию убеждение - это совокупность оправданных принципов, касающихся опыта согласований определенных знаний и рассуждений с реальным состоянием дел. Вера же в этом смысле стоит выше опыта, потому что принципиально выходит за его пределы. Вера, как и разум, предусматривает и предполагает существование человеческой свободы. Поэтому, по большому счету, прав был Климент Александрийский, когда говорил о том, что ума боится лишь слабая вера. Он же утверждал, что, если вера не нуждалась бы ума, то лучшими верующими были бы животные.



Назад