Электронная онлайн библиотека

 
 Этнополитическая карта мира 21 века

Восточная Европа


 

Эстония

Сегодня Эстония - самая развитая из прибалтийских государств, реальный претендент на вступление в Европейский Союз.

В современных условиях это государство эстонского этноса, однако с весьма значительным процентом русскоязычного населения, преимущественно того, которое в рамках имперской колонизационной политики Советской России было переселенное для усиления контроля за национальными окраинами. Напряженность отношений с неестонським населением после определенного пика теперь спала настолько, что в самой Эстонии уже мало ощущается. Последовательная национально-языковая политика привела к тому, что русскоязычное население начинает растворяться в эстонском среде, изучая эстонский язык, перенимая культуру. В северо-восточной части страны с центром в городе Нарва, где компактно проживает русскоязычное население, часть которого можно считать на этой территории коренным, положение несколько сложнее. Но то, что экономическая ситуация в Эстонии несравненно лучше, чем в России, уневажнює все аргументы сторонников присоединения к России. Очевидно, в будущем их позиция станет еще слабее.

С эстонской стороны выдвигаются претензии на часть Псковской области, которая до 1940 г. была в составе Эстонии. Ныне эти претензии уравновешивают сепарацию российского населения. В будущем же их значение будет расти, тем более, что претензии имеют под собой реальные юридические основания. И эстонцы очень настойчивы. Население же спорных территорий, учитывая положительный опыт проживания в Эстонии русскоязычного населения, не будет особенно возражать против замены российских нищеты на эстонское благополучия. Однако, с точки зрения стратегических интересов Эстонии, эти претензии совсем отпадут, если Эстония будет иметь дело не с Москвой, а с Санкт-Петербургом. Прогнозируемое (см. Россия) етнодержавне образования Северная Русь станет для Эстонии важным партнером и союзником, и значительно ослабит Москву, которая еще долго будет восприниматься негативно народами бывшей Российской империи. Поэтому территориальные претензии к Северной Руси (а именно туда должны были бы отойти спорные территории) были бы неуместными.
Итак, территориальные границы Эстонии прогнозируются неизменными.

Латвия

Прибалтийское государство, в котором на современном этапе проблема русскоязычного населения стоит наиболее остро. Причиной этому - его большая доля (более 40%) среди всего населения страны. Но практически все оно состоит из послевоенных переселенцев, то есть некоренным, кроме того, проживает не компактно, а розселене по всей стране. Поэтому для любых сепараций нет никаких оснований. Возможно обострение ситуации в стране в результате выступлений русскоязычного населения (требования предоставления гражданства, избирательного права и т.п.) может привести лишь к некоторой нестабильности, но отнюдь не к территориальных изменений. Дальнейшее ослабление России в результате конфликтов со своими регионами и национальными республиками уменьшит ее влияние на русскоязычное население Латвии, и таким образом эта проблема будет решена.
Итак, территориальные пределы страны, очевидно, останутся неизменными.

Литва

Прибалтийское государство со значительным историческим опытом государственности и большим национальным самосознанием населения. Литва не только активно выступала за независимость от бывшего СССР, но и существенно поддерживал национально-освободительные движения других народов. Проблема русскоязычного населения (вследствие его незначительной доли) на сегодня почти отсутствует. Однако существует другая национальная проблема Литвы - значительная часть польского населения, проживающего на этой территории еще со времен средневековья. Хотя оно в основном рассеянный по всей стране, в юго-восточных районах поляки живут компактно. Кроме того, эти районы вместе с литовской столицей Вильнюсом в период между мировыми войнами входили в состав Польши. Поэтому здесь есть определенная почва для сепарационных движений. Но в таком развитии событий не заинтересованы ни Литва, ни Польша. К тому же, относительно мирное сосуществование поляков и литовцев в течение многих веков делает сепарацию литовских поляков маловероятной.
Прогнозируется присоединения к Литвы Калининградской области Российской Федерации.

Калининградская область Российской Федерации

Исторически коренными этносами на этой территории были балтийские народности, и прежде всего пруссаки, которые практически полностью ассимилированы соседними народами - немцами, литовцами, поляками. Этнически близким к прусов современным народом можно считать литовцев. Начиная со времен средневековья, эти земли находились под властью многих государственных образований.

После Второй мировой войны эти земли были отторгнуты от Германии и отошли к Советскому Союзу, получив название Калининградской области. В этот период кардинально изменился национальный состав региона. Местное немецкое i литовское население почти все было вытеснено. Подавляющее большинство образовали переселенцы из разных регионов бывшего СССР, языком общения является русский. Итак, почти все население этой территории не является коренным.

В наше время Калининградская область - российский регион, хотя там присутствует ощущение отделенности от "Большой" России. На это влияет пестрота населения, а также то, что этот регион, собственно, никогда и не был русским. А с обострением ситуации в России и последующим распадом Калининградская область останется полностью обособленной территорией.

Рассмотрим несколько прогнозных вариантов будущего Калининградской области после распада Российской Федерации.

1. Останется в составе собственно России - Московии (государства с центром в Москве).
Основные факторы, способствующие этому варианту:
а) большинство населения области - русскоязычное; б) на территории области дислоцированы части Балтийского флота и достаточно мощный потенциал других войск.

Факторы против такого варианта:
а) отсутствие прямого сухопутного (а с отделением Северной Руси - и морского) связи с Россией; б) территория Калининградской области исторически не русская земля; в) даже среди прибывшего русскоязычного населения нет однородности: русские, белорусы, украинцы и другие народы бывшего СССР; г) большая разница в ментальности, восприятии мира, быту между собственно населением Московии и эмигрантским населением области; еще большая разница в интересах населения области; чувствует себя значительно более европейским и, безусловно, стремится в Европу.

Следовательно, то, что область останется в составе ослабленной Московского государства, как историческими, так и за прагматичными факторами имеет явно недостаточно оснований.

2. Присоединится к новому етнодержавного образования Северная Русь.
Этот вариант маловероятен в основном через те же факторы, что и в предыдущем варианте, разве что сюда можно отнести то, что в будущем Балтийский флот будет контролироваться собственно Северной Русью, европейская направленность которой будет значительно большей, чем Московии. Однако ни сама область особенно стремиться к Северной Руси, ни Северная Русь еще не будет иметь достаточно сил, чтобы ее удержать (основной будет проблема автономии от Москвы), ни Европу этот вариант не устроит. Поэтому объединение области с Северной Русью маловероятно.

3. Присоединится к Германии или Польши.
Что касается Германии, то такой вариант абсолютно маловероятен через том, что особое значение для стабильности в послевоенной Европе имеет нерасширения границ Германии. Такой вариант был бы катастрофой для Польши, ведь тогда на очереди было бы присоединение к Германии Южной Пруссии, которая теперь в составе Польши. Вариант присоединения к Польше исключается тем, что, кроме отсутствия этнических и исторических оснований, однозначно негативной будет реакция Германии, влияния которой в Европе будет вполне достаточно для того, чтобы помешать этому.

4. Область станет независимой.
Этот вариант предусматривает создание "эмигрантской" государства вроде США, Канады или Австралии. Однако в этой части мира среди старых народов преимущественно однонаціональних государств образования такого государства совсем нелогично. Даже азиатские русские Сибири и Дальнего Востока, которые также будут стремиться государственности, проживают на своих землях по крайней мере несколько веков, а "калининградцы" - это эмигранты первого-второго поколений, которые имеют корни в других землях. Они не осознают себя определенным сообществом, которая хотя бы отдаленно напоминала этническую. И никакого стремления к самостоятельности это население не проявляет. Оно привыкло быть регионом, неважно даже чьим. Да и для Европы, особенно большинства соседних стран, этот вариант неприемлем. Ведь регион, который случайно получил независимость, не сможет ее удержать. Останется реальная возможность в любое время присоединиться к одной из соседних государств, что создало бы в регионе значительную нестабильность, особенно учитывая, что наиболее вероятным было бы присоединение к Германии.
Следовательно, этот вариант развития ситуации также маловероятен.

5. Присоединение к Литвы.
Именно Литва, имея определенные исторические основания, долю (хотя и небольшой) своего этнического населения в области и выражая определенные претензии на эту территорию, в будущем имеет самые реальные основания для включения современной Калининградской области до своего состава. К тому же этот вариант вполне приемлем для всех сторон, которые неким образом будут иметь отношение к территориальной проблемы области. В частности:

  • для России. Среди стран Балтии Россия имеет самые лучшие отношения именно с Литвой, заявляя, что, кроме вопроса о НАТО, проблем между ними нет. К тому же в Литве эффективно решается вопрос с русскоязычным населением, которое вследствие относительной малочисельності не несет значительной угрозы для Литвы, поэтому становится полноправной частью литовской общества. Это дает почву для решения проблемы уже с "калінінградцями", которые пополнят процент русскоязычного населения страны. Отсутствие значительных геополитических амбиций (например, таких, которые есть в Германии или хотя бы в Польше), а также демократические традиции дают основание России надеяться на сохранение достаточно тесных связей с населением теперешней области. Следовательно, для России присоединение области к Литвы выгоднее всего среди других вариантов (конечно, в начале этого процесса она активно ему противодействовать, однако для Москвы основным конкурентом в этом будет не Вильнюс, а Санкт-Петербург);
  • для Германии. При условии невозможности присоединения к себе, присоединение области к европейской демократической Литвы больше всего будет устраивать Германию. Тогда влияние Германии на свою бывшую территорию будет наибольшим. Кроме того, эта территория не будет принадлежать конкурентам Германии - России или Польши;
  • для Польши. Польша ли не больше всех заинтересована в таком варианте. Ведь тогда бы полностью стабилизировалась ситуация с бывшими немецкими землями в составе Польши. И традиционно добрые польско-литовские отношения дают основания на значительный польское влияние в регионе. Польшу здесь, безусловно, поддержат давние союзники - Англия и Франция, да и Европа в целом. Ведь именно этот вариант гарантирует стабильность в регионе. Особенно благоприятен он также Украины и Беларуси, выходцы из которых составляют значительную часть населения области. Ведь между украинским, белорусским и литовским народами исторически сложились очень дружеские связи, а бывшее совместное пребывание в СССР, совместная борьба за независимость еще более улучшили взаимопонимания.



Итак, прогнозируется, что наиболее вероятным вариантом будущего Калининградской области является ее присоединения к Литвы.

Беларусь

Новая независимая, преимущественно однонаціональна государство, которое охватывает большинство своих исторических этнических земель. Часть территории Беларуси (Берестейщина) являются историческими украинскими землями. Однако, учитывая большую заинтересованность Украины в независимости Беларуси, традиционно дружественные отношения между народами, общие геополитические интересы, вопрос об эту территорию Украина не будет ставить (реально претензии на нее могут выдвигаться только в случае потери Беларусью независимости), а Беларусь обеспечит возможность тесных всесторонних связей берестейців с Украиной. С другой стороны, значительная часть этнических белорусских земель находится в составе России (Смоленщина). Национально ориентированные политические силы Беларуси выдвигают обоснованные претензии на эти территории. Однако проблемы русифікованості Беларуси и почти полная зрусифікованість Смоленщины делает маловероятной реализацию этих претензий, даже несмотря на прогнозируемый распад Российской Федерации. Сильные связи Смоленщины с Москвой и слабость Беларуси не дает оснований надеяться, что на время крупнейшей нестабильности в России (а именно тогда могут быть территориальные изменения) ситуация на Смоленщине кардинально изменится.

На часть этнических белорусских земель, находящихся теперь в составе Польши, а также небольшую часть таких земель в составе Украины претензии, очевидно, выдвигаться не будут, поскольку для Беларуси особенно важны дружеские отношения с этими странами, и геополитическая позиция Беларуси значительно слабее. Следовательно, изменения границ страны за счет отключения или присоединения территорий практически исключаются.

Особенностью нынешней ситуации в Беларуси является то, что на момент провозглашения независимости страны в 1991 году народ был не совсем готов к этому. Основная причина - последствия многовековой русификации, притеснения белорусского языка, культуры. С другой стороны, с точки зрения материального обеспечения населения Белоруссия в бывшем СССР была в привилегированном положении. Это вызвало среди населения ностальгию по бывшей империи. Следствием стали события, которые могут поставить под сомнение будущую независимость Беларуси (договор с Россией о новом союзе, возвращение бывшей советской символики). Однако развитие процессов на постсоветском пространстве показывает, что Россия и Беларусь - совершенно разные государства, движущихся в совершенно разных направлениях. Несмотря на официальное отсутствие границ, эти государства стали еще более разобщенными вследствие различных режимов, внутренней политики, геополитических позиций. А пропаганда объединения является всего лишь демагогией для населения обеих стран. Значительное улучшение ситуации в соседних, ориентированных на Европу Польше и Литве на фоне дальнейшего ухудшения в России, очевидно, в недалеком будущем приведет к переориентации белорусского народа. А с дальнейшим усилением центробежных тенденций в России тема белорусско-российской интеграции совсем исчезнет.

Итак, Беларусь останется независимым государством в нынешних территориальных границах и с настоящей столицей, а с победой в стране демократических сил станет настоящей европейской национальным государством, общепризнанной названием которой станет ее аутентичная название на белорусском языке - Беларусь.

Украина

Для нас прогнозировать развитие ситуации в Украине, с одной стороны, довольно легко, а с другой - чрезвычайно сложно. Живя в этой стране, авторский коллектив повседневно чувствует внутриукраинские этнические, политические и экономические процессы. Однако, как украинцам, нам очень сложно остаться беспристрастными и сделать реальный прогноз, то есть прогнозировать не то, что нам хотелось бы, а то, что действительно скорее всего. Поэтому во время рассмотрения Украины мы пытались особенно жестко отвергать любое личную трактовку развития ситуации, а учитывать только согласованное мнение всего коллектива, исходя из неукоснительного соблюдения методики и концептуальных основ прогноза.

Следовательно, Украина принадлежит к типу 1 и, соответственно, прогнозирования будет осуществляться за этим типом. Первая возможность изменения нынешних границ Украины - сепарация национальных меньшинств с целью формирования собственных государственных образований или присоединения к соседних государств. Претендентами на это могут быть русский, польский, венгерский, румынский, крымско-татарский и гагаузский меньшинства. Остальные - либо незначительные по численности, или ассимилированы, или рассеяны по всей стране, и поэтому не способны стать самостоятельными источниками сепарации.

Рассмотрим упомянутые варианты поочередно.

1. Отдельные поселения россиян на современной территории Украины начали возникать достаточно давно, однако не зависимо от причин, побудивших к переселению, это была частичная колонизация уже заселенных украинцами земель с использованием доминирующего положения русских и подчиненности украинцев в русском государстве. Поэтому даже в древних компактных поселениях (например, русских староверов) россияне никак не могут претендовать на статус коренного народа в Украине. Долговременно россияне не играли особой роли в этнических процессах в стране, относительно быстро ассимилируясь. Ситуация коренным образом изменилась после уничтожения института гетманства и превращение Украины в обычную составляющую Российской империи. Собственно, тогда и началось активное переселение россиян на украинские просторы. Особенно массовым процесс переселения россиян был после образования СССР, где велась откровенная политика поощрения миграций на национальные окраины. В Украину, через большие богатства, а также понятность языка, россияне мигрировали охотнее, чем в другие земли. Этот процесс более коснулся восточных и южных территорий, где еще до 1917 г. проживал значительный процент россиян. В наше время русское меньшинство в Украине самая многочисленная и играет большую роль в этнической ситуации, особенно в юго-восточных областях. Однако ни в одной из областей Украины, кроме Крыма, который в советские времена был подвергнут форсированной изменению этнического состава, россияне не составляют даже относительного большинства. Кроме того, на протяжении всей истории они были тем пластом, на который опиралась асиміляційна политика России, а не в сепараційною силой. Привыкнув быть твердой опорой государства, чувствуя отсутствие укорененности на украинских землях, россияне в целом склонны поддерживать любое государство, в том числе и украинский, лишь бы она гарантировала им нормальные условия проживания. Да и настоящая, а тем более прогнозируемая ситуация в России отнюдь не способствует присоединению к ней территорий со значительной долей россиян. А творить нечто самостоятельное на территории Украины русские не способны вследствие значительной розчиненості в украинской среде, отсутствия в украинских россиян сепараційного мышления (они представляют себе только объединение, но никак не обособления); и такое образование консолидировало бы украинцев (которые при обычных условиях к такой консолидации мало склонны), и украинская большинство быстро восстановила бы над ним свой суверенитет. Поэтому реально украинские россияне не могут претендовать на украинские земли.

Несколько сложнее ситуация с Крымом, в котором россияне и полностью русифицированных украинцы составляют абсолютное большинство i котором предоставлена политическая автономия. Однако геополитическая ситуация складывается так, что Россия может все меньше влиять на события в Крыму, тем более - с претензией на его присоединения. Для Европы принципиально важным является нерасширения территории России. Сейчас эта еще имперское государство не в состоянии удержать и своих территорий, а не то что претендовать на чужие (такие претензии используются различными политическими силами в России фактически только для внутриполитических целей - чтобы улучшить свои позиции в борьбе за власть). Выделение Крыма как независимого государственного образования русского этноса (точнее, россий ськомовного населения) практически невозможно по причине отсутствия достаточной внешней поддержки и большой угрозы потери этнической основы такого образования или даже его присоединение к Турции. Оно с российского может быстро превратиться в крымско-татарское, поскольку не будет возможности противостоять интенсивной миграции крымских татар, а особенно турок, которые без достаточных оснований называют себя крымскими татарами, - а таких в Турции несколько миллионов. Поэтому для русскоязычного населения Крыма пребывания в составе Украины - безусловно, самый оптимальный выход. Кроме того, значительная часть этого населения через определенное время может реукраїнізуватися (восстановить свою украинскость).

Итак, русское меньшинство объективно не может вызвать такой сепарации, которая привела бы к отторжению украинских земель, однако определенная ее часть существенно способствует возникновению и обострению противоречий между собственно украинскими землями.

2. Поляки появлялись на украинских землях, которые были в составе Речи Посполитой, в результате этнической политики польской власти, которая заключалась в увеличении доли поляков в приграничных захваченных территориях, а также в результате поселения поляков, как доминирующего этноса этого государства, в крупных городах Галичины. Следовательно, они не имеют никаких оснований для того, чтобы считаться коренным народом на территории Украины. После включении Западной Украины в состав СССР новым оккупантам надо было резко изменить этническую ситуацию в свою пользу. Поэтому большинство поляков было переселено в Польшу. На их место в села, в результате так называемой операции "Висла", было переселено часть украинцев с их этнических земель, оставшихся в составе Польши, а в города - россиян и другие этнические группы СССР, которые использовались для укрепления советской власти в национальных окраинах. Поэтому претензии крайних националистов в Польше на некоторые украинские территории не имеют никаких не только исторических, но и этнических оснований и используются разве что для дешевой популярности и противодействия налаживанию украинско-польских отношений, в которых Польша заинтересована не меньше, чем Украина.

3. Венгерское меньшинство на территории Украины сосредоточена преимущественно на Закарпатье, к тому же в приграничных с Венгрией районах. В отличие от большинства других, ее территория расселения довольно компактная, она живет на нынешних землях много веков, поэтому ее можно считать коренной. Присоединение этих территорий к Венгрии маловероятно, поскольку, с одной стороны, оно было бы возможным разве что за очень большой нестабильности в Украине, что вряд ли возможно, с другой - Европа не желает изменения границ между уже существующими государствами. Да и при условии продолжения демократических процессов в Украине венгры будут (и уже имеют) практически неограниченные возможности для контактов со своей этнической государством. Кроме того, существование венгерского меньшинства способствует развитию контактов между Украиной и Венгрией, что выгодно обоим государствам.

4. Румынский меньшинство проживает компактно на территориях, которые некоторое время находились в составе Румынии (преимущественно в Северной Буковине). Однако считать их здесь коренными вряд ли можно. Ведь румыны расселены ячейками и полосами среди украинского населения, которое проживает здесь с незапамятных времен. Этот типичный способ колонизации румынами земель вокруг их этнической территории, учитывая большое влияние шовинистической идеологии, стал главным основанием для претензий на так называемую "Великую Румынию". Однако, учитывая современные европейские реалии, а также этнические проблемы в самой Румынии, сегодня такие претензии не имеют шансов на успех. Относительно существующих претензий Румынии на украинскую территорию в Черном море (остров Змеиный и черноморский шельф), то они отражают преимущественно борьбу за ресурсы и стратегическую позицию в море. Эта проблема уже теперь решается с сохранением за Украиной этих территорий.

5. Этнической основой крымских татар были татаро-монгольские племена, которые вторглись на украинские земли в XIII веке и осели преимущественно в причерноморских степях и Крыма, асимілювавши часть (преимущественно неукраинскую) местного населения. Некоторое время они имели независимое государство, которая потом стала вассалом Турции. После захвата в XVIII ст. Россией Причерноморья и Крыма крымских татар, как и остальных народов Российской империи, было подвергнуто интенсивной русификации. Однако они сохранились как этнос вследствие значительной культурной, языковой, религиозной отличия от славян, несмотря на относительную малочисленность. Переломной вехой в истории крымских татар стало их выселения из Крыма коммунистическим режимом по обвинению в сотрудничестве с немцами. В наше время продолжается процесс возвращения крымских татар в Крым, где они активно борются за свои национальные права. Вследствие особенностей этнической ситуации в Крыму (определенное противостояние русского большинства украинской и крымско-татарском меньшинствам) крымские татары сегодня действуют преимущественно как союзники украинцев, выступая за укрепление украинской власти. Однако они уже почти не скрывают, что в перспективе надеются на собственное независимое етнодержавне образования, которое должно включать всю территорию Крыма. А основным стратегическим союзником они видят не Украину, а Турцию. Такие перспективы нельзя считать ни исторически и этнически обоснованными, ни достаточно реальными в связи с определенными обстоятельствами, о которых речь пойдет ниже.

Исторически коренным населением Крыма можно считать скифское племя тавров, которое, вероятно, влилось в славянские племена тиверцев и уличей, что были одними из тех славянских племен, образовавших украинский этнос. На протяжении всей истории Крыму крымские татары никогда, даже во времена Крымского ханства, не составляли большинства на этом полуострове. Такой большинством вплоть до советских времен были украинцы (хотя в целом население Крыма была полиэтническим). Крымских татар можно считать лишь одним из коренных этносов Крыма, ведь они сформировались в Крыму и за пределами Крыма в них нет этнических территорий. Однако они пришли как колонисты на уже заселенные земли, на которых и в дальнейшем никогда не составляли большинства.

Численность крымских татар на территории бывшего СССР недостаточна для того, чтобы они стали хотя бы относительным большинством в Крыму даже при условии сохранения высокого уровня их естественного прироста. Однако в Крым возвращаются далеко не все крымские татары. Некоторые из них растворились среди близких по языку тюркских народов Узбекистана и Казахстана. Претензии же нескольких миллионов жителей Турции на переселение в Крым на основании того, что кто то из их предков в давние или более поздние времена некоторое время проживал на его территории, можно воспринимать лишь как угрозы турецкой экспансии, подобной той, которую турки уже продемонстрировали на Кипре, и которой европейское сообщество больше ни в коем случае не допустит.

На сегодня крымские татары составляют лишь незначительную долю населения Крыма. Их переселение воспринимается жителями полуострова преимущественно враждебно, несмотря на существование государственной программы их возвращения. Кроме того, средств, которые необходимы для репатриации депортированных, заинтересованные страны и политические силы (в частности Турция) не имеют, а незаинтересованные - не дадут.

Геополитические позиции Турции в качестве единой внешней силы, что может активно способствовать крымским татарам, все больше слабеют. Она уже не важна для НАТО как южный форпост у границ СССР. Глубокая внутренняя идеологическая и политическая кризиса, война с курдами, напряженность в отношениях с Грецией медленно, но неуклонно ведут к общей кризиса в этой стране, последствия которого прогнозируются как катастрофические. А без внешней поддержки крымские татары не могут претендовать на формирование етнодержавного образования, на которое не имеют достаточных этнических оснований.

Следовательно, вероятность сепарации крымских татар вплоть до независимого етнодержавного образования невелика. Углубление кризиса в России и Турции (вплоть до распада этих полиэтнических образований); перенос основных этнических противоречий в Крыму с украинско-российских на русско-татарские; возможность активного переселения в Крым этнических украинцев; обострение проблем экономики и правопорядка на полуострове - все это будет вести к тому, что Крым, скорее всего, потеряет свой автономный статус. Ведь со временем станет понятно, что этот статус нужен лишь крымско-татарском меньшинстве. А крымские татары будут иметь широкую культурную автономию на правах коренного наличии малочисленного народа, однако без каких-либо политической автономии.

6. Коренным негосударственным народом на территории Украины есть еще гагаузы. Этот малочисленный этнос проживает преимущественно в южной части Одесской области близ границы с Молдовой. В молдавской части Гагаузии после распада СССР было образовано Гагаузский республику, которая претендовала на независимость. Однако это образование было сформировано не столько гагаузами, сколько россиянами как средство давления на Молдову. Отсутствие достаточной внутренней поддержки и слабая внешняя (вызванная, в частности, и незацікавленістю Украины) привели к быстрому исчезновению этого образования. Этот негативный опыт указывает на отсутствие у гагаузов достаточной социальной и политической структуры для создания государства. Кроме того, на территории Украины гагаузов полностью удовлетворяет культурная автономия, о чем свидетельствует отсутствие их сепарационных движений. Со временем возможна и политическая автономия гагаузов. Однако такую автономию, которая не несет практически никакой угрозы для Украины, было бы очень негативно воспринято в соседней Молдове, для которой это было бы нежелательным прецедентом. Поэтому для сохранения региональной стабильности при условии хороших украинско-молдавских отношений идею такой автономии вряд ли будет реализовано.

Следовательно, изменение территориальных границ Украины в результате сепарации этнических меньшинств маловероятна. Сегодня часто рассматривается и другая возможность изменения нынешних границ Украины, связанная с якобы вероятным внутренним конфликтом внутри украинской нации, вызванным региональным сепаратизмом, клановым характером политических элит, противоречием Восток - Запад, малоуживаністю украинского языка на востоке и юге. Это могло бы создать для молодого украинского государства весьма опасную ситуацию. Однако, как показывает опыт других стран мира, идеологическая, региональная, клановая борьба, даже вооруженная, в однонаціональній государству не приводят к ее распаду, а преимущественно к экономического упадка и безвластие. В худшем случае этим могут воспользоваться соседние государства (если они, конечно, сами не находятся в подобном положении) и присоединить к себе определенные территории. А в лучшем случае - после выхода из кризиса очищенная от старых структур государство начинает интенсивно развиваться. Кроме того, различия между разными регионами Украины несравнимо меньше, чем в других подобных по размерам преимущественно однонаціональних государствах, в частности Франции или Италии. Эту однородность украинского народа отмечал еще М. Грушевский, объясняя ее частыми миграциями населения в пределах Украины, вызванными внешними факторами. К тому же ситуация с украинским языком в Украине намного лучше, чем было, например, с финском языке в Финляндии во время шведского господства над этой страной, а сейчас полное доминирование финского языка на территории Финляндии является неоспоримым фактом. Даже у народов, которые еще не имеют своих независимых государств (шотландцы, валлийцы, бретонцы) и которые "забыли" свои языка значительно больше, чем украинцы, идут интенсивные процессы возрождения национальных языков, что, без сомнения, будет иметь позитивное завершение. По своей ментальности русскоязычный украинец значительно ближе к русскоязычного украинца, чем к россиянина. Экономические интересы еще больше объединяют различные регионы Украины (прежде всего, через интересы их элит) и отделяют их от других государств. Итак, вариант изменения территориальных границ Украины разделением ее на регионы вследствие противоречий между ними не имеет никаких оснований.

Третья возможность изменения нынешних границ Украины уже касается увеличение ее размеров - присоединение этнически украинских земель преимущественно в Польше, России, Беларуси, Румынии (Мароморщина) и Словакии (Лемковщина).

Возможность присоединения этих земель к Украине надо рассматривать, прежде всего, в ракурсе вероятности политической, экономической или этнической нестабильности в этих странах и активности украинского меньшинства на этих территориях. Довольно значительной нестабильности в Польше, Румынии и Словакии не прогнозируется, поскольку, пережив кризис в начале 90-х годов, одни в большей, другие - в несколько меньшей степени переживают подъем. Кроме того, территориальные претензии к соседям теперь не выгодны самой Украине (как и Венгрии и Германии, которые также имеют основания на аналогичные претензии на территории этих стран). Ведь все большее значение для каждой из европейских стран набирают общеевропейские интересы, которым, безусловно, очень противоречат любые территориальные проблемы внутри Европы. Чем менее вероятны такие проблемы в определенной стране, тем выше ее шансы стать полноценным и активным членом европейского сообщества. Следовательно, даже несмотря на возрождение украинской культуры на этнических украинских землях, которые теперь принадлежат другим государствам, возможность их присоединения Украины к маловероятна. Взаимно приемлемым был бы вариант их культурной автономии с обеспечением возможности всесторонних интенсивных связей с Украиной. Этот вариант наиболее вероятный i самый оптимальный как относительно западных соседей Украины, так и Беларуси, где на Берестейщине и в других приграничных с Украиной районах проживает украинское население. Однако в Беларуси это возможно лишь после преодоления последствий ассимиляционной политики России и возрождения прежде всего самой белорусского языка и культуры. Иногда рассматривают даже вариант объединения Украины с Беларусью (конечно, без России). Однако превращение Украины в новейшую империю отнюдь не соответствует ни современным тенденциям в мире, ни интересам самой Украины, не говоря уже про другие европейские государства. Важность для Украины соответствовать европейским нормам и интересам не дает оснований прогнозировать также присоединения к ней молдавского Приднестровья (см. Молдова). Значительно сложнее, чем с другими соседями, ситуация с Россией, где прогнозируется значительная нестабильность, что, вероятнее всего, приведет к распаду этой страны. Наличие этнически украинских земель в нынешних Курской, Белгородской (Северная Слобожанщина) и Ростовской (Восточный Донбасс) областях России и на Кубани дает реальные основания рассматривать возможность их присоединения к Украине. По Кубани, то уже был исторический прецедент (1917-1918 годы), когда она отказалась присоединиться к Украине, создав собственное государство. Вероятно, там формируется собственный этнос на основе украинского, частично российского и некоторых кавказских народов. Поэтому приєднаня ее до Украины маловероятно. Скорее всего, будет создано собственное етнодержавне образования, что будет иметь самые всесторонние связи с Украиной и будет ее важным юго-восточным союзником. Такой вариант полностью устроил бы и страны Европы, которые (прежде всего Франция и Германия) были бы категорически против увеличения территории Украины, ведь тогда Украина могла бы претендовать на роль европейской сверхдержавы. Да и для самой Украины значительно удобнее не граничить с нестабильным Кавказским регионом, а мать перед ним надежного союзника. По Северной Слобожанщины и Восточного Донбасса, то вероятность их присоединения к Украине значительно больше (особенно Слобожанщины, которая имеет мощный центр притяжения в Украине - город Харьков). Однако асиміляційна политика вступила в этих землях наибольшего размаха и, как следствие, наибольших результатов. Сейчас там почти нет даже проявлений культурного возрождения украинцев. Хотя вариант присоединения этих земель в Украину мог бы быть воспринят Європою благосклоннее, чем, например, Кубани, ведь речь шла бы о ослабление России (то есть того, что должно остаться от нее, - собственно Московии), которая еще долго будет восприниматься Європою как угроза стабильности. Однако большие страны Европы, опасаясь роста влияния Украины, и здесь не были бы на ее стороне. Вероятность присоединения Украины к этих территорий зависит от скорости распада России. Чем быстрее будет происходить этот процесс, тем меньше такая вероятность. Ведь за короткое время Украина еще не сможет окрепнуть настолько, чтобы быть способной на это как политически, так и экономически. Поэтому хотя вероятность присоединения Северной Слобожанщины и Восточного Донбасса в Украину мы считаем достаточно большой, все же, на наш взгляд, она меньше 50%.

Рассмотрев все варианты и возможности изменения территории Украины, можно сделать вывод, что, скорее всего, Украина останется в современных границах.

Молдова

В настоящее время Молдова - лишь часть бывшего Молдавского княжества, которое включало и большую территорию на запад от Прута в современной Румынии. В древние времена на территории Молдовы проживали племена даков и славян. Однако пребывание в составе Римской империи повлияло на состав населения, будущую молдавскую культуру и, особенно, язык. По территории современной Молдовы проходили многие кочевых племен, также повлияв на этнические процессы в стране. Уже за Молдавского княжества начался процесс формирования молдавской нации. Единство языка и значительное влияние латинской культуры очень сближает молдаван с румынами. Эти этносы подобные и по ментальности. Однако существование в них отдельных государственных образований в средневековье, а также то, что долгое время молдавская Бессарабия входила в состав России, а затем СССР, резко усилило ощущение уединенности молдаван от румын. Поэтому теперь их все же можно считать разными народами. В Республике Молдова можно прогнозировать три варианта территориальных изменений.

1. Возможно объединение с Румынией.
Для оценки вероятности этого варианта рассмотрим эволюцию стремление молдовы к такому объединению со времени провозглашения независимости Молдовы. Здесь можно выделить несколько этапов:
а) с самого начала независимости страны проблема объединения ставилась на официальном уровне и, возможно, привела бы к референдума, если бы не приднестровская проблема;
б) объединительные стремление вызвали резкое сопротивление в приднестровской части населения страны, который с помощью Москвы превратился в открытую войну, которая отодвинула этот вопрос на второй план;
в) после прекращения вооруженных столкновений и образования так называемой Приднестровской Республики, вопрос об объединении уже не стоял, потому что это означало бы новую войну и, возможно, полное отключение Приднестровья и других районов с немолдавським населением (гагаузы). Поэтому Кишинев приступил к строительству собственного государства;
г) развитие собственной экономики (отделенной как Румынии, так и от России) привел к образованию собственной политической и экономической элиты, которой уже стало совсем невыгодным объединения с Румынией; г) развитие политической ситуации (в частности последние выборы) показал, что среди населения Молдовы большинство благосклонна до тех политических организаций, которые негативно относятся к объединению; д) на сегодняшний день Румыния и Молдова имеют различные интересы: первая всеми силами пытается вступить в НАТО, последняя, напротив, ориентируется на Восток. Это свидетельствует, что страны имеют свои собственные цели и внешнеполитические стратегии и серьезно об объединении уже не говорят;
е) очевидно, и в будущем в Молдове значительная часть населения будет категорически против объединения. Против такого объединения будут и все без исключения соседних с Румынией страны. Поэтому со стороны Европы объединения будет рассматриваться как территориальная экспансия, что для Румынии - как будущего члена НАТО и европейского сообщества - совершенно недопустимо;
есть) Молдова находит свое особое место в Европе, как связной i посредник между двумя крупными европейскими государствами - Украиной и Румынией, и это место полностью удовлетворяет ее и всю европейское сообщество.

Итак, объединения Румынии и Молдовы, о котором много говорилось в начале 90-х годов, маловероятно.

2. Возможна сепарация районов с немолдавським населением (Приднестровье, Гагаузия). Приднестровье (районы Молдовы к востоку от реки Днестр) - исторически украинские земли. На основе молдавских сел в советские времена здесь было создано Молдавский Автономную Социалистическую Республику в составе УССР, что дало основание присоединить в 1940 г. в СССР и відторгнуту от Румынии молдавский Бессарабию, с которой и было объединено Приднестровья. После этого Приднестровье активно заселялся молдавским и русскоязычным населением. Таким образом, на этих землях сформировался специфический состав населения, что и способствовало в начале 90-х годов - под влиянием стремление Молдовы к объединению с Румынией - возникновение сильного сепараційного движения, который перерос в настоящую войну.

На сегодня существует никем не признанная Республика с центром в городе Тирасполе, что фактически является независимым, однако международное сообщество считает ее частью Молдовы. Дальнейшее существование и преобразования Приднестровья в действительно независимое государство считаем маловероятным, поскольку:
а) значительный процент населения Приднестровья составляют молдаване;
б) изолированная экономика республики находится в катастрофическом состоянии (значительно худшем, чем в Молдове);
в) после поражения в Молдове националистической идеологии и выдвижение на первый план социально ориентированной либеральной идеологии в Приднестровье даже немолдавське населения уже не возражает против возвращения в состав Молдовы;
г) все страны, которые имеют влияние на ситуацию (даже Россия), теперь заинтересованы в полном разрешении конфликта на пользу Кишинева (с сохранением целостности Молдовы).

Еще одно национальное меньшинство Молдовы - гагаузы, проживающих в южных районах страны с центром в городе Комрат. После 1991 г. здесь также были проявления сепарации, но они не имели такого успеха, как в Приднестровье, потому что:
а) численность гагаузов очень незначительна;
б) гагаузы полностью зависимы от Кишинева, прежде всего экономически;
в) сепарацию инициировала Россия с помощью русскоязычного населения этих районов, а влияние самих гагаузов на этот процесс был незначительным.

Любые серьезные проявления сепаратизма в последнее время не наблюдалось. Следовательно, дальнейшая сепарация, которая могла бы привести к отключению этих районов, маловероятна.

3. Присоединение к Молдовы бывших молдавских земель в Румынии с центром в Яссах. Этот вариант возможен только при значительной нестабильности в Румынии, что не предусматривается. Кроме того, население Западной Молдовы считает себя румынами. Румыния становится неотъемлемой частью европейского сообщества, что усиливает ее стабильность, а геополитическая значимость Молдовы значительно меньше, чем Румынии.

Так что, вероятнее всего, территориальные пределы Молдовы останутся неизменными.



Назад