Электронная онлайн библиотека

 
 История учений о государстве и праве

3. Проблемы и перспективы украинского общества


Украина переживает тяжелые времена становления нового общества, о котором давно мечтал народ. Этот процесс сознательно тормозится определенными политическими силами в стране и за ее пределами. Он будет длительным и болезненным, но это муки рождения, и надо надеяться, что он завершится формированием всех признаков демократического государства.

Среди важнейших специфических черт новых демократий исследователи, в частности Д. Растоу, С.Гантінгтон, называют наличие пережитков тоталитарной эпохи, под которыми понимают коррупцию, протекционизм, искажения цен, внешний долг, неэффективные государственные предприятия, нарушен торговый баланс, фискальную нестабильность. Поэтому предпосылкой перехода к демократии является преодоление указанных явлений, воспитание новой системы общественно-политических ценностей.

Особенностью переходных обществ является также разочарование в существующем политическом устройстве и скептичность населения, что приводит к кризису легитимности политических институтов.

Также особая роль духовной свободы в постсоветских странах обусловлена спецификой мышления их граждан, которая сложилась под влиянием длительного исторического развития. Так, недостаточно развиты чувства индивидуальной ответственности и инициативы российский политолог и геополитик І.Пантін выводит еще по менталитету имперской эпохи, где ведущей ценностью был не индивид, а сообщество. Такой коллективизм способствовал поиску правды не в идеалах свободы, не культуре, а в народной жизни. Это в свою очередь породило неспособность отдельного человека к культурной автономии, нетерпимость к инакомыслию. В политической сфере это означало пренебрежение интересами меньшинства, которая должна была уступить воле большинства.

В этот же период на территории Российской империи приходят в столкновение идеалы демократии, что имел отчетливо народный, даже плебейский характер, и либерализмом, который утверждал идеалы прежде всего духовной независимости и получил распространение среди элиты.

Следующим этапом формирования специфики мышления граждан современных постсоветских государств, что во многом является определяющим, справедливо считается в период 1917-1991гг. Именно в это время была воспитана одна из основных черт постсоветского мышления - склонность к государственному патернализму. Это явление исследовали украинские политологи О.Проценко и В.Чепинога. Они считают его причиной социальной апатии и аполитичности общества. Это объясняется следующим образом: «Внешние (декларативные) институциональные факторы патернализма снимаются, оставаясь составляющей мышления и частных расчетов граждан». В результате, массы находятся в крайне дискомфортному положении: продолжают рассчитывать на помощь, в то время как ожидания решения индивидуальных проблем на государственном уровне оказываются призрачными.

Длительное преобладание советской коммунистической идеологии, что создала клише кулак, буржуй и другое, обусловило также такую особенность современного украинского мировоззрения, как враждебное отношение индивидов к частной собственности, предпринимательской инициативы. Это и сейчас существенно влияет на отношение рядовых граждан к различным видам экономической деятельности.

Окончательно утвердились упомянутые особенности политического мышления в течение лет независимости. Основными факторами этого этапа стали нестабильность политической ситуации, законодательстве, разнообразные денежные махинации, орошения капитала с криминальными структурами. Они окончательно дискредитируют честную предпринимательскую деятельность и получение прибыли. Кроме того, высокий уровень риска потери капиталовложений уменьшает количество желающих проявить собственную инициативу, а не ждать дотаций от государства. Как следствие, граждане Украины и других постсоветских государств продолжают воспринимать предпринимательскую инициативу и получения прибыли в духе коммунистической идеологии.

Это утверждение подтверждают социологические данные. А.Гальчинський, ссылаясь на исследования 2000 года, совершенное Украинским институтом социальных исследований и Центром «Социальный мониторинг», сообщает, что 42% населения Украины считает, что богатство имеет криминальный характер, а поэтому следует наказать людей, обладающих значительным состоянием. Зато, продолжает исследователь, подобные исследования 80-х годов в США дали такой результат: 62% опрошенных считают, что появление новых миллионеров в стране происходит благодаря их таланту и упорному труду.

Много неудач экономических реформ можно объяснить отсутствием у индивидов определенного опыта и знаний в области экономики. В частности, приватизация не сделала из людей владельцев, поскольку они не знали своих прав на пользование этим имуществом, не понимали механизмов акционерных вкладов, не имели элементарных знаний и навыков пользования доходами. Это дало возможность обогатиться только отдельным узким группам людей.

К сказанному следует добавить еще одну черту, сложившуюся государственной политикой новых независимых государств. Это отсутствие осознания преемственности политического развития. Ее можно объяснить следующим образом: движения вперед мешает убеждению народов посткоммунистических стран, что при коммунизме не было создано ничего полезного или достойного сохранения. Коммунизм настолько глубоко проник во все сферы человеческой жизни, что отношение подавляющего большинства населения к развитию страны после распада этой системы может быть сформулирован как начало с нуля и необходимость строить на пустом месте.

Отсутствие осознания наследственности усиливает противоречия навздогінної модернизации. В сознании возникают образы постоянной отсталости. Задача трансформации предстают как однополярно ориентированные (единственная цель догнать Запад), что грозит сформировать ситуацию ограниченного плюрализма. Она предопределяет пренебрежительное отношение к историческому прошлому. Любые воспоминания о прошлом воспринимаются как антиреформаторство, угроза демократии. Наиболее ярко это проявляется в отрицании достижений тоталитарной эпохи.

Такое убеждение вполне ошибочно. Много задач модернизации советской системы были решены: общество было урбанізовано, обеспечено общую грамотность населения, построены дороги и автомобильные трассы.

В результате возражения определенного этапа своего исторического прошлого, стремление восстановить исходные контуры своей государственной идентичности и воссоединиться с внешним миром неизбежно ведет к конфликту, потому что образ «того государства» не совпадает с требованиями современности. Это приводит к тяжелой кризиса коллективной самоидентификации посткоммунистических наций. То есть, стоит осознать, что критика коммунистического режима не всегда имеет положительные результаты, как любой односторонний взгляд на вещи.

І.Пантін состояние отсутствия осознания исторического прошлого считает виной некоторых либеральных реформаторов, которые так увлеклись борьбой с коммунизмом, что пренебрегают наследственностью в развитии общественного сознания и лишают граждан понимание исторической составляющей свободы. Автор утверждает: «Если не учитывать этого прошлого, относясь к нему, понятно, критически осмысленно, то реформы, обречены на неудачу».

Необходимость приоритета духовно-идеологической составляющей политической системы для свободы в переходных обществах можно доказать на основе исторических фактов советской действительности. Толчком к началу «перестройки» стали изменения именно в духовной сфере. Ведь фактором, ускорившим процессы демократизации стала провозглашена М.С. Горбачев во второй половине 80-х годов «политика нового мышления». Этот курс был связан с постепенным размыванием образа врага в советском менталитете, что одновременно способствовало изменениям в политических установках многих советских граждан на демократические ценности в их общечеловеческом аспекте.

Наконец, следует отметить, что необходимость политической свободы в духовной сфере для постсоциалистических стран обусловливается уже упомянутым ограничением свободы за счет демократии в переходных политических системах проявляется больше всего. Для доказательства этого утверждения вернемся к уже рассмотренных направлений ограничения свободы в условиях западноевропейских либеральных демократий и сравним предварительные выводы с украинской действительностью.

Прежде всего, на развитие демократии негативно влияет слишком формальное ее понимания. Относительно украинской политической теории и практики, это утверждение можно доказать следующими аргументами. Во-первых, восприятие украинской демократии чаще всего заключается в институциональной фиксации. Иными словами, достижение демократии ассоциируется с расширением механизмов и институтов, наличие или отсутствие которых должно свидетельствовать о демократичности или недемократичности политической системы. Большинство из них уже давно стали действительностью, но не способствовали расширению свободы и прав человека.

Для примера, достаточно вспомнить признание украинской Конституции 1996 года ли не самой демократичной в мире. Однако, она не способствовала решению задач политической эффективности и стабильности, а, наоборот, стала предметом постоянных споров, изменений и реформ, препятствующих функционированию политической системы.

Другой иллюстрацией второстепенности формальных признаков демократии является наличие огромного количества разнообразных партий, которые теоретически свидетельствуют о политический плюрализм и представление интересов многих групп населения. Зато, фактически они выражают атомізованість, отсутствие реальных альтернатив для выбора через нечеткость идеологической позиции подавляющего большинства политических сил, что усиливает недоверие, апатию и абсентеизм граждан.

Также угрожающей является тенденция использования формального трактовки демократии для официальной и полуофициальной пропаганды. Оно создает предпосылки для манипулирования аудиторией. Политические деятели убедительно и с различными аргументами говорят об отсутствии эффективных механизмов, которые позволяли бы реализовать конституционные права, фальсификации во время выборов и т.п. Для решения этих проблем они предлагают осуществить определенные политические реформы, изменить состав власти. Такое чрезмерное внимание формальным характеристикам политической системы оттягивает решение реальных политических проблем, отвлекает общественность.

Так, вопрос о новой конституции в 2004 году зображалось настолько важным, что его нерешенность грозит тоталитарным будущим. При этом изменения политической системы опять же имеют формальный характер - они заключаются в признании действующей системы как неудачной президентской республики, которую следовало срочно заменить на парламентскую.

Такой ход событий не позволяет ускорить решения общественных вопросов: институциональные преобразования украинской политической системы на практике означают продолжение бесплодной споры о том, какой из выбранных властных институтов - президент или парламент - должно быть наделенным большими полномочиями или является демократичным.

Стоит упомянуть и об использовании категории «демократия» для обозначения чего положительного и прогрессивного в политической жизни или противоположное к советской тоталитарной эпохи. Переход к демократии в постсоветских странах рассматривался на рубеже 80-90х годов как безусловное благо, что должно было принести значительные преимущества, преодолеть всестороннюю кризис советской политической системы, решить социально-экономические проблемы. В реальности развитие демократии в независимой Украине привела к совершенно противоположным результатам. Как следствие, в обществе начали преобладать пессимистичные оценки и неутешительные прогнозы, заострились существующие противоречия, распространились призывы к возобновлению старого режима или установление новых видов авторитаризма. Такое положение вещей во многом был вызван заранее неправильным пониманием демократии, слишком идеализированным и абстрактным ее трактовкой.

Только в последнее время в постсоветских граждан появляется осознание того, что демократия - это не только свобода, а тем более вседозволенность, а, в первую очередь, законопослушность, уважение к правам и свободам других, способность и готовность взять на себя ответственность за общественные дела.

Далее мы можем констатировать несоответствие постсоветского понимание свободы желаемом (его сущность была освещена в первом разделе диссертации). Разрушение запретов советской эпохи приводит к ее восприятие как вседозволенности. В результате на смену тоталитарной дисциплине приходит отсутствие порядка, анархия и уголовная произвол.

В переходном обществе отсутствуют устоявшиеся представления о свободе, поэтому она воспринимается как ничем не ограничена. Как следствие возникает тяжелый конфликт между личной свободой и государственной властью. В условиях стабильности в обществе формируются определенные нормы свободы. Даже рассмотрены как недостаточные определенными социальными группами, эти нормы все-таки есть фактам массового сознания. В периоды резких социальных сдвигов нормы свободы начинают разрушаться - и это создает условия для возникновения конфликта между личной свободой и новыми нормами. Начинается борьба, что может при определенных условиях перерасти в массовый террор.

В переходных странах большое значение играет демократическая мифология. Суть последней заключается в том, что ценности декларируются, но элитные группы не спешат руководствоваться ими в своей политике. Чтобы оправдать это противоречие, ценности подменяются міфологізованими конструкциями.

Наконец, понимание взаимосвязи свободы и демократии в постсоветских ученых часто оказывается вполне противоположным либеральному идеалу, что также связано с длительным преобладанием в сознании советского человека ценности группы и сообщества над индивидом и общего интереса над частным.

Гипертрофированную форму имеет в Украине принцип народовластия. Он является своеобразным методом, с помощью которого правящая элита легитимизирует собственные поступки, и одновременно, снимает с себя ответственность за результаты своей деятельности. Объясняя те или иные ошибки фразе «так решил народ» или решая острые общественные проблемы через разного рода обсуждения, опросы, референдумы, народные избранники путем различных манипуляций реализуют собственные интересы на вполне законных и обоснованных принципах.

В результате восприятия народовластие как средство легитимации действий политических субъектов игнорируется необходимость эффективного управления посредством демократического метода. При таком подходе не учитывается, что демократия - это не просто многообразие взглядов, не просто форум, где всякая мысль имеет место, но и система правления.

Особенно заостренной формы в постсоветских странах приобретает тирания большинства. Стоит обратить внимание на такой ее проявление как манипулирование общественным мнением. Кроме проанализированных во втором разделе диссертации причин этого направления ограничения свободы, он возможен благодаря характерным переходным обществам заангажавоності СМИ, отсутствия независимых источников информации. Существенно влияет на возможность информационного воздействия некритичность восприятия граждан или их нежелание получить объективные данные через недостаточность уровня политико-правового сознания и образования.

В современной отечественной политической науке существуют различные оценки и названия для описания этого направления ограничения свободы в Украине. Так, автор монографии «Философия демократии» Толстоухов А. в связи с манипулятивным характером власти называет украинский политический строй спекулятивной демократией и определяет его как разновидность формальной демократии, соединяющий в себе черты демократического и авторитарного режимов. Этот срок, по Толстоуховым, означает, что повышение роли граждан имитируется, но на самом деле целенаправленно сводится к минимуму благодаря популистским действиям и информационным манипуляциям. Таким образом, постепенно уменьшается социальный базис поддержки демократических преобразований.

Особенностью спекулятивной демократии является то, что она ставит целью получения экономических прибылей и тяготеет к коммерциализации государственной политики. Вот как изображает такую форму правления сам Толстоухов: «Управление общественным мнением осуществляется благодаря эффективной системе пропагандистского воздействия за счет внешнего информационно-политического ресурса, который подается населению как мнение мирового сообщества. «Революционная целесообразность» обуславливает рост даже прямого насилия через лживые обвинения и роздмухуванння ненависти к определенным «не наших» олигархов и бывших губернаторов и районный администраторов, милиционеров, налоговиков, таможенников и др.».

Дополняет подобные рассуждения украинский исследователь демократии М.павловский Он описывает такую ситуацию. Когда властям не удается решить некую сложную проблему в экономической, политической или социальной сфере, «она идет на организацию шумной кампании по выявлению зла, против которого необходимо бороться во имя спасения Отечества». Например, говорит автор, в России таким злом является чеченцы-террористы, в Украине и Белоруссии - народные депутаты.

То есть, мы можем констатировать наличие благоприятной атмосферы для демагогов, неконструктивности оппозиции, увлечение борьбой «против» и неопределенностью за что ведется эта борьба.

Следующее направление ограничения политической свободы в постсоциалистических государствах - это кризис институтов гражданского общества, что проявляется, по разным оценкам, как их неразвитость или отсутствие. В политических системах постсоветского пространства интегрированные общественные интересы часто подменяют узкогрупповыми интересами тех, кто объединился в партию. Такая партия привлекает на свою сторону тех избирателей, которые надеются на получение определенных личных выгод вследствие ее победы на выборах. Так возникают клієнтельні (клановые, олигархические партии, которые ничего общего со становлением гражданского общества не имеют. Распространять свое влияние им относительно легко, поскольку лояльность их сторонников полностью базируется на предоставлении им материальных благ и поддержки.

Значительно труднее развивать программные партии, особенно в условиях невысокой гражданского сознания. Таким партиям нелегко наращивать свое влияние среди избирателей, особенно, не побывав у власти и не доведя делом социальной способности своих программ. Однако, именно от них больше всего зависит стабилизация демократических режимов, формирование партийной системы западного типа. И именно наличие программных партий свидетельствует о развитости гражданского общества.

Негативно влияет на состояние политической культуры в постсоветских государствах и низкое качество политического лидерства. Ее можно считать следствием отсутствия опыта самостоятельной государственной деятельности. Ведь в советские времена управление осуществлялось лишь в форме выполнения директив «сверху», а не поиска оптимального политического решения, которое удовлетворит все стороны политического процесса. Этим объясняется неумение вести переговоры, доказывать свою точку зрения и, главное, нести ответственность за собственные действия. Также мы можем говорить о непрофессионализме политической элиты, которая не имеет даже теоретических политических знаний вследствие замены советской властью политической науки «научным коммунизмом».

Деградация национальной элиты проявляется в чрезмерном увлечении зарубежными стандартами, космополитизмом и часто становятся марионетками и выразителями воли западных государств, а не собственного народа.

Относительно политического класса в Украине можно выделяют также такие его черты, как низкий уровень поддержки элиты со стороны общественного мнения, отчужденность правящих групп от широких слоев населения, его сосредоточение на борьбе за власть и реализации узкогрупповых и личных интересов.

Как было указано выше, такое направление ограничение свободы как государственный патернализм имеет характер ведущей черты политического сознания граждан постсоциалистических стран, что свидетельствует не только о наличии, но и о преобладающую роль именно этого направления ограничения свободы.

Ограничение свободы путем расширения государством своих властных полномочий в Украине также существует, хотя и имеет совсем другой характер. В постсоветских условиях его более целесообразно называть содержанием тех высоких властных полномочий, которыми владела высшая партийная номенклатура. Среди них привилегированное социальное положение должностных лиц, а также активное участие политиков в экономической деятельности.

Угрожающей является тенденция сближения политической (государственной) и экономической сфер жизнедеятельности. Она имеет следующие проявления: сотрудничество госслужащих с предпринимательской элитой, использование политического влияния и власти для получения экономических выгод, лоббирование законов, которые будут способствовать удовлетворению личных потребностей и интересов, стремление элиты распространить чисто рыночные принципы поведения на все без исключения сферы общественной жизни. Такое преувеличение роли рынка подрывает институты представительной демократии, прежде всего порождая коррупцию благодаря оправданию с моральной точки зрения мотива прибыли.

На интересный срез этой проблемы обратил внимание А. Гальчинский Он для характеристики процесса сращивания капитала и государства выводит понятие «приватизации государственной власти олигархическим капиталом».

Специфическую и существенную роль играет в Украине такое направление ограничение свободы как религиозная и национальная нетерпимость. Его важность подчеркивает Ф.Закарія, который утверждает: «Введение демократии в расколотых обществах лишь поощряет национализм, этнические конфликты и даже войны. Организовать себе массовую поддержку проще всего на расовой, этнической или религиозной почве».

Такой вывод вполне соответствует украинской политической практике, где основные политические игроки используют национальные чувства для политической риторики, чем провоцируют раскол общества. Призывы национального самоопределения начали использоваться с целью манипулирования общественным мнением. Государство оправдывает свое вмешательство в различные сферы жизни общества и использования различных методов деятельности, в том числе противоправных, ставя целью развитие нации. В то же время, ответственность за просчеты собственного правительства возлагается на внешнего врага. Примерами этого могут служить споры о необходимости второго государственного языка, региональный разделение и противопоставление интересов различных территориальных социальных групп в Украине.

Относительно внешнего фактора ограничения свободы авторы говорят об отсутствии или недостаточной дееспособности в постсоциалистических странах социальных групп, которые могли бы противодействовать западном информационном влияния. Трансляция определенной системы ценностей является даже более существенным фактором влияния, чем непосредственный дипломатическое давление.

Негативным явлением следует также считать взаимодействие с западноевропейскими государствами, что происходит в форме латентного влияния постсоветских обществ через теневую экономическую систему, транснациональные криминальные организации, сеть радикальных и экстремистских организаций, в основном нелегальные миграционные потоки.

Важность индивидуальной политической свободы в духовной сфере доказывает и современная практика политического строительства. В Украине уже длительное время осуществляются политические реформы. Однако, однозначно утверждать, что они дали положительный результат и закрепили демократию в нашей стране, было бы преждевременно. Провозглашенные принципы остаются декларациями.

По нашему мнению, это можно объяснить несоответствием уровня развития политической свободы реализуемым институтам и процедурам. В нашем государстве за образец политических реформ берется либеральная модель демократии западных стран. Однако, не учитывается тот факт, что этот вид политической системы сформировался в результате специфических социальных условий и базируется на индивидуальной свободе. Поэтому применять для политических преобразований в Украине либеральную, или любую другую концепцию демократии, как универсальную, ошибочно и в некоторых случаях даже угрожающе. Модель политической системы и совокупность реформ для ее реализации, могут быть созданы только при условии учета специфики политического мышления граждан.

Сказанное означает, что незаконченность и неэффективность осуществляемых в нашей стране реформ политической системы обусловлены их ложными приоритетами и направленностью. Ведь, независимо от расстановки рычагов влияния ветвей власти, неизменной остается несоответствие политических институтов и процедур уровню свободы в обществе. Это дает основания утверждать, что политическая реформа должна быть более продолжительной во времени и касаться содержательных, а не формальных характеристик. То есть, государственные меры в области развития демократии должны предусматривать создание условий для свободной легальной деятельности, политико-правового образования, формирования демократического стиля поведения, веры в ценность демократических принципов, желание защищать свои права, воспитание активной гражданской позиции, демократических традиций и правил игры.

Что же касается сугубо институциональных преобразований, то они не влияют на политические отношения в корне и фактически является борьбой властной элиты за полномочия. Отрицательной также тенденция использования политической реформы как средства манипулятивного воздействия на общественное мнение. Его возможность обусловлена отсутствием демократического мышления, что в конечном итоге приводит к разочарованию рядовых граждан в возможности изменений, абсентеизма и лишь тормозит трансформационные процессы. То есть, для дальнейшего общественно политического развития следует осознать беспочвенность громких деклараций конституций, не подкрепленные реальной практикой функционирования демократической политической системы.

Для молодых демократий важно понять, что предпосылкой демократии должны стать моральные основы, без чего демократия может быть только формальным. Негативным фактором трансформации является игнорирование того факта, что установление демократических институтов и процессов не гарантирует национальной безопасности и решения социальных проблем. Также надо учитывать возможность эскалации этнонациональных конфликтов в результате их длительного замалчивание или подавление за тоталитаризма.

Этот вывод підкріплюєтьсь следующим аргументом. Политическая практика многих стран устоявшейся демократии, в частности Франции, подтверждает возможность соблюдения важных процедур взаимодействия высших органов государственной власти - парламента, правительства и президента - без соответствующего закрепления в действующем законодательстве, в том числе и в основном законе (конституции). Значительно более важным может стать отработка системы других регуляторов, которые упорядочивают отношения между отдельными властными институтами. То есть реализация целей политической реформы не всегда сводится к соответствующим изменениям в конституции и действующем законодательстве.

Стоит отметить, что эти выводы касаются не только Украины. Российский исследователь, автор диссертации посвященной проблеме конституционной реформы в России Шаблинский И.Г. критикует также бессистемность внесении поправок в Конституцию, констатирует приоритет психологического фактора политической деятельности. Ряд негативных тенденций наблюдается в Чехии и Польше, которые проявляются в использовании властных полномочий для реализации собственных интересов. Также этим странам присуще отчуждения правящей элиты от общества.

В целом среди последствий неучет важности индивидуальной политической свободы в духовной сфере для функционирования политической системы в Украине можно выделить следующие:

1) Переход к форсированной демократизации. Элиты искали наиболее эффективные пути преодоления отставания от западных государств, поэтому не придерживались прохождения всех этапов трансформации. Это замечание вполне справедливо. По нашему мнению, незаконченным был даже первый этап перехода от тоталитаризма к демократии - либерализация, поскольку она не коснулась духовной сферы общества. Восприятие демократических преобразований, институтов, процедур осталось на уровне тоталитарной эпохи. Экономические изменения не сопровождались формированием мировоззрения активного гражданина, большая часть населения страны отрицательно и враждебно относится к личной инициативы, предпринимательского таланта, желание получать прибыль, стремление изменить жизнь благодаря собственным усилиям.

Предоставление широких индивидуальных прав и свобод не сопровождалось воспитанием личной ответственности, что особенно негативно влияет на политическую элиту и ее деятельность, но проявляется на всех уровнях общественных отношений.

Как результат, демократия в Украине оказалась искусственной, насаженной сверху и преждевременной.

2) Отсутствие стратегии демократических преобразований. Объяснить этот факт можно неразвитостью демократической идеологии в социалистических странах. Это связано прежде всего длительным по времени и жестоким подавлением инакомыслия, а также с умеренностью и ограниченностью идеологии альтернативных движений Советского Союза вроде диссидентов, Хельсинского союза, Движения за содействие перестройке. Их идеи не шли дальше приспособления существующего политического строя до мировых тенденций и требования незначительного расширения гражданских прав.

3) Внедрение образцов, взятых у западных стран без их адаптации к национальных, культурных и местных особенностей, а также уровня развития экономики, политического сознания и культуры. Особенно это касается рыночной экономики, которая внедрялась без должного научного обоснования и программы развития. Как следствие, экономическая политика новых независимых государств получила в публицистике сатирическую название «шока без терапии».

4) Недооценка или искажение сущности верховенства права в демократическом государстве. Довольно часто в нашей стране право приносится в жертву политической целесообразности. Уменьшается разница между правом и политикой. Право становится своеобразным заменителем идеологии.

Для подтверждения этой мысли достаточно вспомнить, что в Украине один орган (Конституционный Суд) получил право делать юридически обязывающие толкования и Конституции, и остального законодательства в пределах всей страны. Это делает возможным давление политических деятелей на деятельность судебной ветви власти, политическую заангажированность судей. Таким образом, правовое толкование приобретает политическое звучание. Это противоречит, прежде всего, демократическим принципам разделения властей, сдержек и противовесов, а также существующей политической практике многих стран, где считается необходимым обеспечение плюрализма в осуществлении правовых толкований. То есть, ни один суд не должен иметь права навязывать всему народу свои политизированы толкования закона.

5) Мировоззренческий вакуум, который существует, поскольку на месте предыдущей системы ценностей, которая была разрушена и дискредитирована, ничего нового не появилось. Общество остается без крепких и постоянных взглядов. Это влечет за собой равнодушие, отчужденность человека от трансформационных преобразований и сопровождается девальвацией духовного потенциала общества. Обесценивается роль научного поиска, введение инноваций.

Доказывают высказанные мнения и результаты социологических исследований. Американские исследователи Роуз Г. и Херпфер Х. определяют недовольных одновременно настоящим и будущим режимом как «жестких оппонентов демократии» (четвертая волна исследования, 1996 год). Доля их в украинском обществе потрясающая - 49% против 21% в Центральной и Восточной Европе (среди трансформационных стран, но без бывших республик Югославии и СССР).

Опрос общественного мнения 2003 года показали, что, когда респондентов попросили оценить нынешнюю и коммунистическую системы с точки зрения эффективности экономики, оценки тоже были на пользу прежней системы против нынешней. 47% населения Украины были очень недовольны и 38% несколько недовольны состоянием развития отечественной экономической системы, в то время как вполне довольными оказались лишь 3%.

Показательным является то, что понятию «демократия» наиболее соответствуют по мнению 66% граждан права человека, 60% - отсутствие безработицы, 55% - опека пенсионеров государством, 48% - отсутствие коррупции среди чиновников. Гораздо реже упоминались такие принципы демократии, как свобода выбора, слова и волеизъявления. То есть, экономические трудности являются доминантными для отношение граждан к многим политическим вопросам.

В дилемме свобода/порядок большинство (52%) предпочитает порядке. Не доверяют граждане также и демократическим институтам. По результатам исследования, проведенного фондом „Демократические инициативы” в декабре 2007 года, граждане не доверяют правоохранительным органам: милиции (баланс доверия-недоверия составляет -38%), судам (-37%) и прокуратуре (-30%). Конституционному суду также преимущественно не доверяли (-22%). Несколько меньшие показатели недоверия к Верховной Рады (-19%), Президента Украины (-17%), местной власти (-15%) и правительства (-14%). Доля людей, которые не верят в то, что их участие в выборах изменит нечто в их жизни к лучшему, является достаточно большой и растет от выборов до выборов: 42% - в 1998 году и 54% - в 2002. На протяжении 2006-2007 лет воздерживалась тенденция к снижению уровня доверия граждан к политическим партиям - в декабре 2007 года баланс доверия-недоверия впервые с 2004 года превысил 50% барьер: число тех, кто не доверял политическим партиям, было больше число тех, кто им доверял, на 54%.

Важными являются результаты социологических исследований, которые обобщает в своей статье заведующий отделом Института социологии НАН, доктора социологических наук Макеев С. Они прежде всего констатируют низкий уровень политико-правового образования наших граждан. Так, невыплаты заработной платы опрошенные не считают нарушением своего права на труд.

Макеев также показал признаки деполитизации населения, поскольку 84% респондентов не принимают участие в работе никаких политических и общественных объединений.

Также автор обнаружил склонность людей самостоятельно решать свои проблемы: только 32% граждан обращаются за защитой своих прав в государственных органов, 68% - наоборот, уклоняются от любых контактов с ними. Кроме того, 1% с этой целью обращается к криминальных структур, а 31% выражает готовность нарушить закон ради достижения своей цели.

То есть, социологические данные доказывают: если бесправия и экономическая нестабильность достигнут критического уровня, то люди, возможно, и уступят правом голоса и другими либеральными свободами, ведь им не вполне понятно, какую роль эти свободы играют в их личном повседневной жизни.

Таким образом, следует подчеркнуть особо важную роль индивидуальной политической свободы для переходных политических систем. Невозможность молодых демократических режимов удовлетворить экономические интересы населения нередко создает угрозу всему процессу демократизации. Поэтому, результат демократических преобразований не меньшей, а возможно даже в большей степени, чем экономические реформы, зависит от изменений в политической культуре большинства граждан или общества, по крайней мере, наиболее активной его части.

Следовательно, в Украине и других постсоциалистических государствах установления демократии осложняется целым рядом причин. Среди них можно назвать:

- атрофованість способности человека к гражданской деятельности в результате длительной апатии к общественно-политических процессов по коммунистического режима;

- минимальную склонность к личной ответственности и инициативы, враждебное отношение к предпринимательской деятельности и увеличение объемов частной собственности;

- отсутствие убежденности в идеалах и ценностях либеральной демократии;

- чрезмерное внимание национальному вопросу в политике. Национализм - используется как своеобразная идеология и средство манипулирования массами.

Основные термины:

Государственный патернализм - склонность граждан ждать решения собственных проблем на государственном уровне.

Навздогінна модернизация - форма обновление политической системы, которая заключается в понимании установления западных моделей политического управления в качестве основной цели модернизации.

Мировоззренческий вакуум - отсутствие в обществе устойчивых взглядов и ценностей.

Форсированная демократизация - введение демократических институтов и процедур без наличия соответствующих объективных условий.



Назад