Электронная онлайн библиотека

 
 История украинской философии

Поиски морального совершенства в христианском учении


Православное христианское учение не знает автономной этики. Однако как система нравственных норм и ценностей христианское вероучение по своей сути является универсальной и совершенной, вселюдською и непревзойденной моральной доктриной. Мораль как духовно-культурный механизм регуляции поведения личности и социальных групп, система принципов и канонов, в которых обобщены представления о должном, нормы, ценности, эталонные образцы поведения, правила отношение к другим индивидам, общества, воспринималась в христианском сознании как наивысшее добро и самоценность, что действуют вопреки моральному злу на планетарном и индивидуальном уровнях.

Религиозная этика стремится достичь максимальной добропорядочности, праведности. Она является самым эффективным путем в достижении блага на земле, спасения души и будущего вечной жизни. Лучшим способом реализации этого этического идеала считался религиозно-аскетический. Аскетическая традиция в христианстве выработала четкие этические нормы и моральные предписания (понятие «аскетизм» языке античных философов означало упражнение в добродетели, покорении собственной воли). Общепризнанным было то, что религиозно-этическая вершина достигается в монашеском идеале как совершенном подражании Христу, несении креста своего и самоотречении. Самые высокие добродетели монашества - смирение и сохранения чистоты сердца, что достигается ограничением собственной воле, какому безбрачия, отказом от имущества и материальных благ. Для человека, живущего в миру, чрезвычайно строгие этические предписания, по которым живет монашество, не были обязательными. Каждый сам должен искать средства для нравственного совершенствования и достижения морального идеала.

Христианская мораль единственная для светской (миряне), церковной (священнослужители) и монастырской (монахи) человека. Отличие заключается лишь в мере тех ограничений, которые берет на себя человек, и их количества, а не качества. Она имеет единый масштаб и стандарт и есть максималістською.

Православная этика ригористична, она не признает релятивизма морали, компромиссов. В отличие от более гибкой и практичной католической, в т. ч. протестантской, этики, что дает возможность найти выход из любой нравственной коллизии, православная этика задает очень высокую планку надлежащего и отстаивает четкие нормы, ценности, образцы поведения, принципы отношения к другим индивидов и групп. Как свидетельство этого - грамоты католической церкви о «отпущения грехов» и пафос светской повседневной честности в протестантизме. Православная идеалистически-идеальная система надлежащего предстает как моральное добро, наивысшая ценность, что противостоит онтологічному и моральному злу в человеческой жизнедеятельности. Она далека от внешнего давления, принуждения, поэтому апеллирует к внутреннему миру и мотивации. По своей сути эта морально-этическая доктрина формирует общечеловеческое универсальное мерило морального мировосприятия. Такие максимализм и спиритуализм жесткие как принципиально жесткие и максимальные божественная правда и истина, что отрицает умаление, упрощение и проступки. Широкие ворота и широк путь, ведущий к гибели, однако многие шествует ним: «Узкая врата и тєсный путь вводяй в живот (жизнь), и мало из значит, ижє обрєтают его» (Мф. 7, 13-14).

Православная этика, в отличие от других систем этики, выходит из греховности, а соответственно, лишение человека Божьей благодати. Поэтому она учит не столько формальной этике, этике, этике поведенческих норм, сколько этике благодати: здобуванню Духа Святого. Православная этика призывает к новому рождению в Иисусе Христе и стремление к вечной жизни в его Небесном Царстве. Считалось, что такое благо духовного совершенства даруется человеку, а не является плодом ее автономного развития. Оригинальность и новизна такого учения заключается в том, что оно сообщает откровение любви и благодати, а не закона и нормы, как это было в иудейском Ветхом Завете. Здесь, как сказал Христос, «суббота че лове ка совета бысть, а не чєловек субботы совета» (Мр. 2, 27).

Древнерусская этика основана на догмате Боговоплочення, которое утверждает нераздельное и такое, что не сливается, сочетание двух природ - Божественной и человеческой в Сыне Божьем Иисусе Христе. Этот догмат выражает спасительную для человеческого рода истину, за которой Сын Божий при своем Воплоченні и Вочоловіченні не соединился с отдельным, индивидуальным человеком, а с человеческой природой в целом - со всем родом человеческим. Во-первых, Богочеловек - Иисус Христос - по своей человеческой природе есть Вселюдиною, Новым Адамом, который включает в себя весь человеческий род. Во-вторых, Христос дал новую, кардинально отличающуюся от ветхозаветной заповеди о самозречену и жертвенную любовь к людям. Здесь развивается также учение апостола Павла (1 Кор. 13) о любви как важнейший дар Духа Святого. Еще одним кредо является отождествление каждого человека с Сыном Человеческим Иисусом Христом (Мф. 25, 31-46). Это самоотождествления Христа с упавшим и греховным человеческим родом взят в основу догмата об искуплении. Оно заключается в том, что Христос своими делами (страданиями, смертью, воскресением) уволил (выкупил) человечество от греха. Ради этого он пожертвовал своей жизнью, душой и пролил кровь. С тех пор люди свободные духом, свободные от рабства греха и страха смерти. Поэтому Христос провозгласил: все, что совершает человек по братьев его меньших, совершает против него (Мф. 25, 40).

Особенности нравственности и этики Руси заключаются в творческом развитии и углублении русскими книжниками отдельных морально-этических принципов христианства. Так, составленный на отечественной почве Изборник 1076 года плодотворно использовал христианскую идею милосердия. Она переросла здесь в принцип морали, что не только требовал декларирования необходимости быть милостивым к ближним, но и провозглашал милостыню универсальным и абсолютным условием упорядочения всех сфер и уровней общественных отношений, единственным средством гармонизации общественных противоречий. Этот абсолютный нравственный и социологический принцип предполагал общую взаимную любовь и уважение граждан, их взаимопомощь. На практическом уровне воплощения его предусматривало пожертвования в пользу бедных, ослабление давления в налоговой системе, создание приютов для бездомных, ограничение произвола княжеской власти. Это касалось правящей верхушки общества и высших церковных иерархов. В межличностных отношениях он должен был реализовываться в прощении долгов, необходимости установления социальной справедливости, основанные на принципе равноправия людей. Главным аргументом в пользу милости было то, что она является залогом спасения и вызывает в ответ милость. За такой условия на земле будет царить мир и согласие. Этот принцип, который начал воплощать Владимир Великий, впоследствии стал традицией, его активно внедрял в жизнь Владимир Мономах и другие русские князья.

Моральные установки осуждали гордыню, зависть, злобу, лицемерие, пьянство, жадность, взяточничество, ругают и т.д. Поощрялись сострадательность, справедливость, скромность, сдержанность, мужество, почитание старших и родителей, признавался высокий статус женщины. Особенно отстаивала русская этическая мысль правду и искренность, простоту и умеренность. Эти моральные качества создали духовный стержень, который определил менталитет украинцев. Сознательная ориентация древнерусской моральной традиции на человековедение, человеколюбие, человечность, альтруїстичність характеризовала украинскую духовность на протяжении всего времени ее существования. В этом заключается весомый вклад отечественной спиритуалистической (духовной) этической мысли в мировую культуру.



Назад