Электронная онлайн библиотека

 
 История украинской философии

Научный кружок типографии Киево-Печерской лавры


После восстановления 1620 г. в Украине иерусалимским патриархом Феофаном православной иерархии необходимо было преодолеть внутренний кризис церкви, моральный упадок клира, утвердить церковь как единственного носителя истинной веры и Священного предания, систематизировать и упорядочить богослужения и обряды, повысить образовательный уровень духовенства. Все это повлекло за собой ослабление реформационных тенденций в братствах, противодействие со стороны церкви их стремлением к автономии, самостоятельной интерпретации Священного Писания, их отклонением от православных догматов, таинств и обрядов. Значительную роль в укреплении украинской православной церкви играло научное объединение богословов, писателей, ученых, издателей, художников и меценатов, что образовалось в начале XVII в. вокруг типографии Киево-Печерской лавры. В него вошли Захария Копыстенский, Памва Беринда, Єлисей Плетенецкий, Александр Митура, Тарасий Земка, Лаврентий Зизаний, Гавриил Дорофієвич, Иов Борецкий и др.

Особую активность проявлял в работе объединения богослов и ученый, архимандрит Єлисей Плетенецкий (прибл. 1554-1624), который вернул Лавре отобраны польской властью землевладения, приобрел типографию Балабанов и построил фабрику в Радомышле Он был одним из организаторов Киевского братства, основателем школ, в т. ч. и Киевской братской школы, для учащихся которых науки и познания «розных диалектов, как и вырозуменя писма бежественного жичил и о дидаскали искусный старался». Єлисей Плетенецкий был человеком эпохи барокко, что сказалось на его мировоззрении. Заботясь о развитии образования в Украине, он главный ценитель не только религиозную, «внутреннюю» мудрость, изложенную в Священном Писании и произведениях представителей патристики и связанную с умением толковать содержание священных текстов, но и светские знания, в необходимости получения и распространения которых был глубоко убежден. За Єлисея Плетенецкого лаврские издания, прежде всего иллюстрированные, отмечались типичным для барочной суток сочетанием традиций средневековья и Возрождения, церковного и светского. В панегіриках, предисловиях и посвящениях цитировали и вспоминали христианских и античных авторов, а в гравюрах на религиозные сюжеты использовали и светские образы. С участием Єлисея Плетенецкого было выдано 11 книг: «Часослов» с его предисловием (1616), «Узор ценностей» Александра Митуры « (1618), «Стихи на жалобный погреб ... Сагайдачного» Касияна Саковича (1622) и др. Его деятельность способствовала развитию православной теологии, философской мысли, украинской духовной культуры в целом, восстановлению православной иерархии в Украине, становлению Киева как основной ячейки политической и идеологической борьбы с польско-католической экспансией.

Уже первое произведение лаврской типографии «Часослов», предназначенный для школьного обучения, содержал тропари (праздничные песни) и кондаки (литургические стихи) русским святым - Антонию и Феодосию Печерскому, Ольге и Владимиру, Борису и Глебу, митрополитам Петру и Алексею - для осознания учащимися преемственности отечественной истории, пробуждение в них духа сопротивления и почитание веры предков. Этому способствовали написаны Єлисеєм Плетенецким и Захарией Копистенським предисловия к книге. В «Часослове» было немало заставок светского содержания в стиле Ренессанса: изображение сирен, грифов, амуров, главных букв (инициалов) в виде детей, птиц, животных.

В 1619 г. был издан сборник праздничных служб на весь год «Анфологион». Перевод с греческого языка и интерпретацию его текстов осуществили Иов Борецкий, Захария Копыстенский, Памва Берында. В нем было показано наличие в Движении своих обычаев, традиций, праздников. Лаврские издание свидетельствовали также понимание их создателей из актуальной в сутки Возрождение античной и в определенной степени с ренессансной литературой, в частности по произведениям Платона, Аристотеля, Сенеки, Цицерона, Плутарха, Гомера, Овидия и т.д.

Важное место в деятельности лаврской типографии отводилось изданию таких богословских произведений, как «Беседы Иоанна Златоуста на 14 посланной апостола Павла» (1623), «Беседы Иоанна Златоуста на діянія св. Апостолов» (1624), «Толкование на Апокалипсис» Андрея Кесарийского (1625), «Слова на латинов» Максима Грека и т.д. Эти работы обычно использовали для догматических дискуссий.

Речь изданий Киево-Печерской лавры была преимущественно на церковнославянском, немало в них есть и украинизмов, південнослов'янізмів. В русле гуманистической тенденции лаврские печатники использовали и родную «простой» язык. Книги лаврского печати распространялись в России, Беларуси, Сербии и Болгарии. Некоторые из них выдавали специально для южных славян, в частности, «Житие со службой ... Иоанна Рыльского», написанное болгарским церковным деятелем и ученым Євтимієм Тирновським.

Элементы гуманизма заметные в художественно-полиграфическом оформлении изданий лаврской типографии. Опираясь на традиции Георгия-Франциска Скорины и Ивана Федорова, лаврские печатники заимствовали опыт западных и греческих гуманистов, что поселились в городах Италии, особенно в Венеции. Так, писатель и богослов Тарасий Земка (вторая половина XVI в. - 1632) в предисловии к «Літургаріона» (1629) писал: «Многаа из еллинска церковныя книги тамо (во Венетии) типом изданаа прочет». Славянском-венецианский книгопечатание, что отмечалось красиво отделанными гравюрами книг с гармоничной композицией текстовых страниц, умелым использованием гравюр-иллюстраций, в значительной степени повлияло на украинских книжников, которые занимались печатным делом. Лаврские мастера использовали и другие художественные модели, в т. ч. и западноевропейские. В их трудах заметны стремление к теней и рельефа, присущие искусству Возрождения, уход от однообразной візантійсько-венецианской манеры до более реалистичного и светского стиля.

Барочные иллюстрации книг лаврской типографии совмещали старое и новое, церковное и светское, все больше использовали в иконописи светские образы. Сближение в искусстве идеального бытия и ежедневной реальности сказалось на изображении человека, усугубляло гуманистическую интерпретацию ее, природы и общества.

В лаврской типографии выдавали и труда членов ученого кружка Киево-Печерской лавры, а также их предисловия, стихотворные посвящения, эпиграммы, которыми переводчики, издатели сопровождали богослужебные и патристические произведения. Члены ученого кружка осознавали общественное значение своего труда, относились к ней как к достойной уважения художественного творчества, божьего дара, гордились своей эрудицией, знанием языков, осведомленностью с произведениями богословов, историков, юристов, философов, писателей. Их понимание человека, автора, художника содержало в себе элементы ренесансно-гуманистического мировоззрения. Написанные ими панегирики и эпиграммы, которые прославляли конкретных личностей, их поступки и индивидуальные качества, свидетельствовали, что критерием оценки человека для лаврских интеллектуалов были не корпоративная принадлежность, а индивидуальность, личные заслуги.

Найґрунтовнішим полемическим произведением лаврской типографии была «Книга о вирэ единой и святой соборной апостольской церкви» Захария Копыстенского, изданная в 1619-1620 гг. под псевдонимом Азаріас. Она охватывала проблемы догматики, таинств, обрядов, социальной практики обеих христианских церквей. Основным содержанием книги была полемика вокруг догматов, прежде всего Троицы. Рассматривая единую, непознаваемое и світлоносно-еманаційну сущность Бога и его ипостасей, автор опирался на неоплатонизм и апофатичну теологию. Значительно шире, чем его предшественники, использовал «Ареопагітики» и труда более поздних византийских неоплатоников. Несмотря на то что все изложение догмата о Троице сосредотачивается на критике положение о происхождении Святого Духа и от Сына, при аргументации поднимаются философские проблемы, связанные с пониманием сущности и явления, души и тела, персоны (личности), свободы воли и т.п. Анализ этого изложения демонстрирует антиномічність (противоречивость) метафизического мышления, ведь Бог рассматривается и как единственный, духовный, трансцендентный, и как множественный (троичен), воплощенный, вездесущий. Здесь проявляются и определенные диалектические тенденции к сочетание этих противоположных определений и определенных их взаимопереходе (когда противоречивые определения божества как сущности, что находится над всякой сущностью и над всяким бытием, причиной, красотой, благом, ведут к негативным определений).

Полемизируя с католиками и протестантами, автор «Книги о вирэ...» в процессе опровержение богословские-догматических утверждений оппонентов, изложения своей позиции обращается к философского понятийно-категориального аппарата, логических приемов и операций, разработанных западной философией. То есть он, хоть и вскользь, начинает использовать философию в свойственной схоластике функции. О определенные сдвиги в способе его філософування свидетельствовали использованные источники. Аргументируя свои взгляды на Библию и произведения патристики, мыслитель с целью критического рассмотрения ссылается на работы католических авторов, в частности Беди, фомы Аквинского, П. Жалобы; использует произведения таких западных историков, как Бароній, Кромер, Бельский, Стрийковский; анализирует доработок реформаторов - Лютера, Кальвина, Цвингли, Віклєфа, Гуса, Бландрата, Социна, Будного, Чеховця. Однако при формулировании своих доказательств и аргументов больше всего ориентируется на воспроизведенную в летописях, хрониках византийской и славянской истории.

Полемическим был и самый важный произведение Захарии Копыстенского «Палинодия» (1620-1622), направленный против труда виленского униатского архимандрита Льва Кревзи «Оборона церковного единства». «Палинодия» содержит в себе не только критику католических догматов, прежде всего догмата о превосходство власти Папы Римского над всем христианским миром, но и рассмотрение общественно-политических и историко-культурных проблем: общеславянского единства, развития книжного дела, письменности славянских народов. Особую благосклонность демонстрирует Захария Копыстенский к болгар («болгарове братия наша»), раскрывает общеславянского значение просветительской деятельности Кирилла и Мефодия, уделяет внимание Теофілактові Болгарском, Иоанну Рыльскому, Григорию Цамблаку. Отдает должное автор также сербам, чехам, словакам, полякам. Разъединила эти народы, по мнению Захарии Копыстенского, уния, чем был причинен большой ущерб славянам. Прославляет он историю, культуру, свободолюбие своего народа («россов»), одобрительно вспоминает казаков, которые защищают восточных славян, поляков от нападений татар и турок. Положительно отзывается и о «ділность россов Великой России».

Захария Копыстенский принципиально не возражает против использования античных источников (светских знаний) наряду с христианскими, хотя приоритет предоставляет вере. Как и братчики, идеализирует образ жизни первобытно-христианских общин с присущей им равенством, совместным обсуждением и решением вопросов веры. Отвечая на обвинения католиков и униатов по невченості православных, пытался показать православную культурную традицию, настоящую мудрость и образованность своих единоверцев. Среди названных им имен, представляющих эту традицию, есть отцы восточной церкви, богословы и ученые XII-XVI ст., в т. ч. российские и украинские книжники: Максим Грек, Артемий, Стефан Зизаний, Леонтий Карпович, Виталий с Дубна. Полемизируя с римской церковью, Захария Копыстенский утверждает, что их ученость на самом деле имеет греческие источники, поэтому православные, изучая русский науку, возвращают себе свое. Следовательно, его культурно-образовательная и философская программа предусматривала как усвоение в определенном объеме западноевропейской учености, так и наставления брать с инокультурных достижений то, что суголосне запросам украинской традиции. В то же время Захария Копыстенский ориентировался на византийский гуманизм, более терпимый и ближе к церковной традиции, а потому более приемлемый для тогдашней украинской культуры. Такая ориентация была новым явлением в отечественном духовном процессе начале XVII ст.

По глубине и основательности анализа проблем «Палинодия» не имела себе равных в тогдашней полемической литературе. Недаром И. Франко считал ее фундаментальным произведением, а автора - таким, что «стоит на высоте исторического понимания религиозного развития» и из всех полемистов «ближе всего подходит к типу новочасного ученого».

Для полемики с католиками и протестантами была предназначена книга «Большой Катехизис» украинского религиозного деятеля, писателя, философа Лаврентия Зизанія (? - прибл. 1634), которая функционировала и как пособие для изучения основ православного вероучения в братских школах. Написана она в форме вопросов и ответов, в методе изложения заметна склонность к присущих схоластике классификации, систематизации, дистинкцій. В этом произведении автор излагает свои взгляды на проблемы создания мира и его стихий, утверждает, что время был создан ранее от мира и охватывает века и вечность (актуальную бесконечность). Мир («тварь») он делил на четыре уровне (стихии, растения, животные, человек), а каждый более низкий уровень считал телеологічно подчиненным высшем. Человек, по мнению мыслителя, имеет душу и тело, как «рис мир... царь и обладатель всех земных». Душу Лаврентий Зизаний считал бессмертной и утверждал, что она создается Богом через естественное зачатие родителями тела ребенка и начинает действовать только с развитием телесных органов.

Значительное место в «Катехизисе» принадлежит проблеме самовластия, которое характеризуется как сила или способность души избирать доброе или худое. Эта способность проявляется в действиях ума и воли. «Самовластіе, - отмечает Лаврентий Зизаний, - огромно есть в нас и ничимже есть получим или ограждаемо или связуемо».

Среди проблем общественно-политической жизни мыслитель наибольшее внимание уделяет вопросу равенства. Отстаивая равенство всех людей перед Богом и констатируя наличие в обществе богатых и бедных, Лаврентий Зизаний демонстрирует релятивізований подход к ценностного определение богатства: в зависимости от использования оно может быть и добром, и злом.

В вопросах догматики Лаврентий Зизаний проявлял неортодоксальне понимание Троицы, попытки очеловечить Бога и обожнити человека. Согласно его интерпретацией Троицы Бог-Отец является первым лицом Троицы, а две другие ипостаси - Бог-Сын и Бог-Дух Святой - подчинены и ниже. Человека он важав такой, что своей волей, без Божьей помощи, может достичь спасения. После изъятия из текста книги всех «сомнительных» с точки зрения православного вероучения элементов содержания, она в 1627 г. была издана в Москве.

В 1627 г. в лаврской типографии было выдано «Лексікон славеноросский и имен тлъкованіє» Памва Беринды - энциклопедическое собрание знаний о внешнем мире, природе, человеке, мышления. В ней воссоздана тогдашней на русском языке терминологию светских наук, воплощено барокковое идею объединения христианства с античностью.

«Лексикон» содержит немало философских терминов категориального значения: «любомудрие - філософіа, коханє ся в мудрости»; «мир, мир или сей мир ... метаф. злии люди»; «мир - покой, смиренє, согласие»; «бытие - бытность»; «вещество - материя или вещ»; «дух - душа, живот, дыханье»; «естество - прироженье, и наречется вот еже есть, также власность, натура»; «качество - якость»; «количество - колкост»; «время - время, филя»; а также «маніе - мгненье глаза, частичка времени, минута». В нем отсутствуют специальные термины для обозначения пространства, конечного и бесконечного. Отдельные термины имеют толкование «закон - право ... способ, мера ... порядок»; «существо - истинность»; «явленіє - оказане, позверхность яковои речи». Познавательный процесс отражался в таких терминах, как «мысль», «познаніє», «мудрованіє», «віденіє», «вніманье», «изображеніє», «извітованье - доводов чиненье», «довоженье», «истина - правда» и др. В «Лексиконе» являются термины для обозначения человека, его деятельности, отражение общественного бытия, этических и эстетических категорий. Заканчивается он толковым словарем имен, который наряду с именами библейских персонажей содержит имена греческих и римских богов - Афродиты, Марса, Вакха, что свидетельствует об элементах ренесансно-гуманистического умонастроения его автора.

На то время архимандритом Киево-Печерской лавры, а в 1632 г. митрополитом киевским был Петр Могила. Он также возглавлял ученый кружок Киево-Печерской лавры, является автором многих трудов: «Книга души, нарыцаемое злато», «Крест Христа Спасителя и каждого человіка», «Антология, сиречь молитвы», «Язык духовная при браке», перевод с греческого языка книги Агапита-диакона с установками царю Юстиніану. В написании, редактировании и издании таких произведений, как «Православное исповіданіе», «Събрание короткои науки в артыкулах веры православно-католическои», «Требник», «Евангелие учительное», принимали участие и ученые-богословы из окружения Петра Могилы - Исаия Трофимович-Козловский, Иосиф Кононович-Горбацький, Софроний Почаський, Игнатий Оксенович-Старушич. Несмотря на то, все эти работы отражали его собственные взгляды.

В размышлениях над актуальными для него и его современников вопросами религиозного, культурного и общественно-политической жизни Петр Могила обращается к истории православной и католической церквей, творчества писателей обоих вероисповеданий, ищет связь церковных обрядов с народными обычаями. В аргументации он демонстрирует склонность к утверждению рационалистической теологии, философии и логики для обоснования богословских истин. Несмотря на негативное отношение к унии, экспансионистской политики Ватикана, он проявлял приверженность идее христианского экуменизма (движение за объединение всех христиан в единую церковь), объединение христианских церквей на началах равенства.

Как церковный деятель и религиозный мыслитель Петр Могила приблизил православную церковь к потребностям украинского народа, вывел ее из подчинения польской государственной власти и направил на патриотическое служение. По его покровительства монахи и духовенство активно работали над развитием украинского образования, науки, книгопечатания, живописи, архитектуры, хорового искусства. Исключительное значение для консолидации народа и укрепление церкви имели инициированные им систематизация и унификация православных канонов, догматики и чинов богослужб, расширение употребление украинского языка в церковных книгах и богослужениях. При ведущей роли религии и церкви в духовной жизни тогдашней Украины это способствовало формированию единого коммуникативного пространства культуры, на что направлены его «Требник» и «Православное исповіданіє».

Богословские произведения Петра Могилы насыщенные мировоззренчески-философскими понятиями, категориями, идеями. Своими научными студиями он сделал весомый вклад в развитие украинской философской терминологии, обогатил ее русскими соответствиями применяемых на Западе категорий. Благодаря его усилиям в Украине сформировалась плеяда мыслителей, которые начали систематическое преподавание и развитие профессиональной философии - Иннокентий Гизель, Стефан Яворский, Феофан Прокопович, Георгий Конисский, Георгий Щербацкий, Г. Сковорода.

Петр Могила много сделал для поднятия морального авторитета образования, экономического статуса духовенства. Важное значение он придавал проблеме соотношения церковной и светской власти, которую рассматривал в двух временных плоскостях - современности и будущего. Для своего времени, когда государственная власть была в руках польской политической элиты, Петр Могила признавал актуальной идею превосходства власти православной церкви. В будущем приоритетной считал власть сильного православного обладателя, ограничивая духовную власть совещательной функцией. Идея превосходства власти сильного православного обладателя («философа на троне»), по его мнению, хорошо сформулирована в переведенном с греческого языка и изданном лаврской типографии произведении Агапита-диакона с советами царю Юстиніану, известный в литературе как «царский свиток».

Несмотря на свою приверженность идее сильного властителя, Петр Могила важное значение в общественной жизни предоставлял праву и был убежден в приоритетности закона и морали перед волей монарха. Этим он направлял формирования украинской правосознания в контекст европейского политического мышления. Пользовался он и такими понятиями, как «общее благо», «справедливость», заботясь об их наполнение содержания отечественными историческими реалиями, что впоследствии облегчило процесс становления украинской политической мысли, развитие которой был связан с именами Ивана Выговского, Юрия Немирича, Ивана Мазепы, Пилипа Орлика.

Представители ученого кружка типографии Киево-Печерской лавры расширили возможности использования светских наук (филологии, истории) к осмыслению общественного бытия и народной культуры. Благодаря их произведениям философская мысль Украины обогатилась гуманистическими идеями. Они глубже, чем братчики, осознали потребность в освоении достижений западноевропейской учености, больше сделали для введения этих достижений в контекст отечественных культурных традиций. Созданная Петром Могилой Киево-Могилянская академия успешно продолжила эту дело, чему способствовала деятельность украинских мыслителей и книжников конца XVI - начала XVII в.



Назад