Электронная онлайн библиотека

 
 История украинской философии

Діалогізм и символизм как определяющие признаки философии Сковороды


Фигура Григория Сковороды (1722-1794) является одной из наиболее уважаемых в общем историко-культурном развитии Украины. По словам Д. Чижевского, «жизнь Сковороды есть его философией, а его философия является его жизнью». Понимание смысла жизни и направление всей философии Г. Сковороды раскрыто в его словах: «Мир ловил меня, тает поймал».

Діалогізм философии украинского просветителя Г. Сковороды не следует толковать формально или в том смысле, что подавляющее большинство его философских произведений написана в форме диалогов, разговоров, бесед, споров и т.д. Діалогізм мысли Сковороды означает ее постоянную направленность на поиск истины, ее постоянное движение, готовность испытывать саму себя. В этом смысле Сковорода является философом, который жаждет мудрости и знаний, а не мудрецом, который эти мудрость и знания уже имеет. Его целью диалога является не просто отрицание позиции собеседника, не просто желание продемонстрировать незнание тех, с кем ведется беседа, а именно поиск истины. Поэтому произведения Сковороды есть именно диалогами, а не софістичними спорами, поскольку участники дискуссии руководствуются желанием выиграть ее, а участники диалога - стремлением установить истину. Мысль Сковороды постоянно обращалась не только к другим мнениям и теорий, но и к себе, тем самым она испытывала себя, проверяла собственную мощь.

Характерной особенностью сковородиновской мысли есть символизм. Проблема символа и символического является одной из ключевых для реконструкции философских взглядов Сковороды. При анализе многих его текстов важно не только то, о чем в них идет речь, а то, как он выражает свои мысли. Позиция Сковороды как участника диалога не выносит его за пределы текста, развертывания мысли, процесса філософування. Он понимал философию скорее как состояние духа - «когда дух в человеке веселый, мысли спокойны, мирное сердце», чем как систему четко установленных значений.

О важную роль символов в познании философии Сковороды свидетельствует и то, что в одном из основных диалогов «Разговор, названная Алфавит, или Букварь мира», он непосредственно посвящает целую главу их толкованию. Символ как проводник к истине помогает понять ту важную роль, которую для Сковороды сыграла Библия. Она была для него не столько священным текстом, сколько специфическим символическим миром, что дает возможность постичь природу всего сущего, схожую природе Бога: «Так в Библии по лицу сплетенной множества созданий несчетных, как манна и снег, в свое время представляет прекрасное свое око вечности истина». На такую роль Библии в философии Сковороды обратил внимание Я. Стратий: «Его восприятие Библии в корне отличное от восприятия ее предшественниками мыслителя. Буквалістське понимание Священного Писания чужое украинскому философу. Как выдающийся представитель барокко, что усвоил его эстетические принципы, Сковорода обращается к формы мышление в образах, к алегорики и символики, способствовавших поискам сокровенного смысла вещей окружающего мира и человеческой жизни. Символическое значение и соответствующей интерпретации приобретают у него библейские рассказы, исторические сюжеты, природные и культурные феномены».

С Библией Сковорода отождествлял целый мир, а именно - символический мир. «Студии над Библией, - как отмечает Д. Багалей, - были для Сковороды трудом на всю его жизнь, до нее шло все его философское любомудрие: она была для него главным источником познания..., целью и средством познания, она сама истина, которую человек должен в ней познавать умом». За Сковородой, именно библейские символы открывают в обычном человеческом разуме ум нетленное. «Библия является вечно зеленым деревом. И его плоды - это таинственные символы». В письме к губернатору Щербинина он утверждал, что цель Библии заключается в том, чтобы учить человека облагораживать свое сердце. Первое, что она говорит, - это то, что человеческая натура двойная, а вместе с ней на две части (видимую и невидимую) разделен и мир.

Сковорода не останавливался на християнізованому платонизме, который он рассматривал как основу для новой науки «наиболее высокой и самой нужной». Основой для такой науки является не знание, что приобретается умом, а нечто иное. Она ведет к самосовершенствованию и самообогащения, то есть - к счастью. «Вступительные двери» к этой науки - самопознание: «Библия является человек, и ты человек. Она является теленка и ты тоже. Если узнаешь ее, то один человек и один телец будешь с ней. Познай же сначала себя. Она с дураком глупая, а с преподобным преподобная. Бездельнику падение, а хорошем вставания. Познай же себя. Разделы между добром и злом, между драгоценными и добрым, и злым, подлым узнаешь ее в ней, а без этого наешься яда».

Проблема самопознания постоянно беспокоила Сковороду, ей он посвятил свои первые диалоги «Наркіс» и «Асхань», в которых он настаивал на необходимости направления самопознания не на «тень», а на внутреннюю сущность человека: «Ты-потому что тень, тьма и тлен! Ты сон истинной человека. Ты риза, а он тело. Ты привод, а он в тебе истина, ты-ничто, а он в тебе сущность. Ты грязь, а он твоя красота, образ и план, не твой образ и не твоя красота, поскольку не от тебя, а только в тебе и удерживает, в пороха и ничто! Но ты его до тех пор не узнаешь, пока не признаешься с Авраамом к тому, что ты земля и пепел». Внутренняя сущность человека, по его словам, должно познаваться не плотским, а духовным зрением, благодаря чему откроется истина самого человека и истина мира или «план, что по всему материале во Вселенной не чувственно простирается».

Благодаря идеи самопознания в философии Сковороды синтезируются діалогізм и символизм. Ведь самопознания всегда имеет диалогический характер, поскольку этот процесс предусматривает определенное расщепления субъекта на две части: ту, которая осуществляет рефлексию, и ту, над которой эта рефлексия осуществляется.

Самопознания, имея интеллектуальный характер, ни в коей мере не ограничивается сферой теоретического разума, поскольку целью самопознания является не просто приобретения определенных знаний, а практическое превращения человека в «истинную» человека. Практическое преобразование означает, что человек начинает не только мыслить, но и действовать как «истинная» человек. Средоточием такого «практического» преобразования, за Сковородой, есть сердце, в котором сливаются одновременно знание и действие, разум и вера. Именно повышенное внимание к роли сердца в жизни человека привела к тому, что философию Сковороды часто характеризуют как «кордоцентризм», или «философию сердца». Так, например, Г. Киселев видит «кордоцентризм» Сковороды в «аргументованому и последовательном отстаивании идеи единства мысли и чувства», что делает его «классическим представителем "философии сердца" как "обители огня и любви"».



Назад