Электронная онлайн библиотека

 
 История украинской философии

Позитивизм В. Лесевича и монодуалізм М. Грота


Появление новых философских течений и направлений в результате переосмысления философской классики или выхода за ее пределы - явление неординарное и не поддается однозначным оценкам как с их стороны критиков, так и адептов. Для их адекватной оценки необходимо усвоение не только результатов, но и самого процесса становления и развития с учетом исторической благоприятности условий, при которых они возникают. Это в полной мере касается такого философского направления второй половины XIX в. как позитивизм.

Позитивизм, основоположниками которого были О. Конт (ввел термин «позитивизм»), Дж. -С. Милль и Г. Спенсер, - первая реакция на классику, в частности идеализм немецкой классической философии с ее спекулятивным мышлением, а также на механистический материализм XVIII ст. Он, провозгласив свою нейтральность по идеализма и материализма, заявил о себе как о новой линии в философии с требованием превращения ее в позитивную науку. Основанием для этого требования стало утверждение о том, что единственным предметом истинного, реального знания есть явления, которые познаются в простом бытии ли действительности. Соответственно, наука должна познавать данные не только естественных, но и гуманитарных наук. С этой точки зрения, позитивная философия должна отбросить метафизические построения и определить своей задачей рассмотрение всех явлений, подчиненных неизменным законам природы. Однако если О. Конт был убежден в том, что это станет основой социальной реорганизации, выведения общества из кризиса и обеспечит переход человека к человечеству, то Дж. -С. Милль ограничил философию разработкой методологических правил, сведя ее к индуктивной логики («науку о саму науку»), а Г. Спенсер - к классификации наук и систематизации знания (он, провозгласив вершиной наук социологию, которой подчинены другие науки, из которых она выводится, видел ее задачи в сборе и систематизации фактов).

Установки позитивизма, ориентированные на здравый смысл, повлекли за собой ограничение роли и значения теоретического мышления, обеднение функций философии. В то же время позитивизм согласовал научно-познавательную деятельность в соответствии с некоторых методологических идеалов, что было связано с институциональной профессионализацией научной деятельности, становлением ее дисциплинарной структуры. Эти и другие процессы, которые требовали повышения уровня стандартизации науки, обусловили значительный рост ее самосознания, освобождения от натурфилософских построений. Позитивизм приняли естествоведы и философы не только на Западе, но и в России. Среди них К. Кавелин, Д. Писарев, Г. Чернышевский, социологи Г. Вирубов, Есть. Де-Роберти. В Украине идеи позитивизма разделяли М. Драгоманов, В. Лесевич.

Украинский философ Владимир Лесевич (1837-1905) основательно изучал современные направления ему западноевропейской философии, особенно позитивизм, оставаясь его популяризатором и пропагандистом, пройдя путь от позитивизма В. Конта до емпіріокритицизму немецкой критической школы Авенариуса - Геринга. В учении Конта его привлекали отказ от метафизики, взгляд на умственный прогресс как на главный фактор истории, попытка научно обосновать философию, нарушение социальной проблематики, контівський «закон трех состояний», согласно которому все знания проходят три фазы, определяя основные черты трех возможных для осознания человека світорозумінь: супранатурального (религиозного), метафизического (философского) и положительного (научного).

Обращаясь к построению системы Конта и восприятие его последователями, В. Лесевич обращал внимание на то, что в ней не все равноценно. В частности, отсутствует критический момент, исходные принципы и положения гносеологічно и методологически не обоснованы, а в ее завершенных строениях имеющиеся мистические элементы, которые превращают ее в новую религию.

Мыслитель пришел к выводу, что систему Конта необходимо разрушить для дальнейшего продвижения научного мышления. Последователей философа он разделял на контистів и позитивистов: контисти восприняли учение Конта догматически, а позитивисты - критически, решительно заявляя, что контизм должно развиться в позитивизм как философию, основанную только на науке.

В трудах «Письма о научную философию» (1878), «Опыт критического исследования основ положительной философы» (1887), «Что такое научная философия?» (1891). Лесевич пытался подать собственное понимание сути научной философии. По его мнению, Конт ставит целью доказать, «что дух истинной философии заключается в простом методическом расширении повседневного понимания на все предметы, доступные разуму человека», а «высшие научные приемы происходят только от счастливой систематизации повседневной смекалки». Это дало основание некоторым последователям Конта возводить положительную философию исключительно к здравому смыслу и основанного на нем повседневного мышления. Лесевич назвал такой взгляд на положительную философию ошибочным, таким, что противоречит содержанию «законов трех состояний», поскольку следует принимать во внимание различие между знаниями и построениями повседневного мышления; согласование понимания и знания; взаимосвязь науки и философии в отношении опыта, что позволяет утверждать о научность философии.

По мнению В. Лесевича, знания принадлежат только результатам мышления, которое руководствуется научным методом. Повседневное мышление может достигать знания лишь урывками, подсознательно, без контроля представление. Оно смешивает понятия с представлениями, превращает на представление понятия о явлениях природы, процессы, которые происходят в организме и даже желание и волю. Все это объективируется и становится миром мысли, которая формируется «по образу и подобию мира действительного», ограничиваясь пониманием и объяснением. Обычно это необходимо для рассудочного мышления. Ведь понять явление, объяснить его - значит видеть его ясным, убедительным, понятным, что соответствует моменту мышления, когда явление сводится к его причинности. Если причина известна, явление считается понятен и объясним. Однако для повседневного мышления причинность не важна. Явление является понятным через его привычность, что не требует никаких объяснений. Повседневное мышление берет понятные факты для объяснения неповсякденних, необычных, редких и сводит неизвестное до известного. Объясняя неизвестно, оно вроде бы делает его понятным. Этому способствуют ассоциации, которые берут начало в словесном определении понятий. Для объяснения являются пригодными слова, которые часто повторяются, а также понятия, порожденные представлениям. Само же понятие причинности означает, что один объект создает другой объект или иное явление, или то, что причиной является лишь последний объект или явление из ряда тех, которые предшествовали новому объекту или явлению, которое принимается как действие.

В. Лесевич, ссылаясь на «закон трех состояний», считал, что такое містико-мифологическое трактовка причинности преодолевается утверждением научного понятия причинности, благодаря которому согласуется понимания и знания. Научное понятие причины предстает как фактор относительно созданного или как элемент относительно целого, а сама причинность - это причина и действие. Наблюдая порядок в последовательности явлений и обнаружив в этом порядке определенную последовательность их возникновения, наука получила возможность выявлять причины и действия всех явлений. Причинность как мистическое начало устраняется окончательно, ее заступают отдельные причины, определение которых и является задачей научного метода. Речь идет о определения понятия причинности, как соотношение причины и действия. О действии человек имеет представление, знает ее непосредственно. О причине делает вывод, выстраивая гипотезу и за ее помощью устанавливая понимание явления, которое воспринимается как действие. Если понятие может быть сведено к представление, объекты представления могут быть указаны, связь представлений с явлением, которое принимается как действие, может быть подтвержденным a posteriori (в зависимости от опыта), то понимание приобретает научного характера и исчезает существенное отличие между ним и знанием.

Рассматривая понимание и знание как абстракции, что постоянно существуют в умственной работе и в которых обязательно содержатся ответы на вопросы «что это такое?» (вопросы бытия) и «откуда это появилось?», Лесевич подчеркивал, что речь идет о понимании лишь тогда, когда уже нечто известно. Поэтому знание всегда должно предшествовать пониманию, сохраняя определенную независимость от него.

Мыслитель утверждал о неправомерность отождествления позитивизма с научной философией, которая должна основываться на связи науки и философии как основы познания и мышления. По его мнению, мышление начинается с представлений, которые предопределяются ощущениями, укоренившееся в опыте и не может существовать вне его. Опыт он трактовал как «отношение мыслящего субъекта к мыслящих объектов», «отношение, которое выражается в возможности возведения процесса мнения к восприятию, которое предусматривает определенный связь этого процесса с реальным миром». За Лесевичем, объекты, которые должны стать содержанием науки, могут быть данным самым опытом, а любая наука имеет своей основой только опыт. Это касается и философии, потому что если бы ее знания и задачи были далекими от опыта, то между философией и наукой не могло быть ничего общего, и философия по содержанию неизбежно отличалась бы от наук. Науки противопоставляются философии не с точки зрения опыта, а тем, что досвідні науки являются специальными, а философия - наука общая. Каждая конкретная наука производит специальные понятия, а философия объединяет понятие, производимых отдельными дисциплинами, и подводит их во выше, общее понятие.

В. Лесевич, проводя границу между наукой и философией, уровнем специальных и философских понятий, указывал, что эта граница должна исчезнуть окончательно относительно их содержания, ибо специальные науки вступают в контакт между собой, делая мышления всесторонним, абстрактным с логической стороны и глубже - с психологической. Однако эта граница остается относительно характера приемов исследования, где возникают трудности, которые не может преодолеть ни один специальный метод.

Учитывая это, В. Лесевич сделал вывод, что научная философия не может сводиться к регистрации фактов, классификации научного знания или достройки відгалуженої системы позитивной философии. Она прежде всего должна сделать критицизм важной основой научного исследования, в т. ч. и самого опыта, опираться на теорию познания, направленную не только на получение знаний, но и выяснения самого процесса познания. Основы научной философии мыслитель видел в антиметафізичному направлении «новокритицизму» западноевропейской философии, в частности немецкой школы Авенариуса - Геринга, который получил название «эмпириокритицизм». Это, по мнению В. Лесевича, «новый продукт опытной науки», «начало научной философии», а его заслуга заключается в том, что, соединив позитивизм с теорией познания как «трибуналом всех научных понятий», «этикой мышления, который содержит правила, которые регулируют мышления в достижении им познания», дал новую жизнь самом позитивизма. Однако, перейдя на позиции емпіріокритицизму, философ оставался его пропагандистом, популяризатором, «подписчиком о назревших или те, что назревают успехи в философии, которая основывается на науке». В то же время, выступая «с теми результатами западноевропейской философии, которые могут считаться научными» и оставляя за собой право самостоятельного о них суждение, он в своих «Статьях» нередко нарушал ту проблематику, с которой позже выступил неопозитивизм, заявив о себе как «философию науки».

С оригинальной концепцией нового этического, нравственного мировоззрения, со ссылкой на данные современных научно-естественных ученик и восстановлением идеальных и абсолютных моральных идей не отказом от метафизики, а ее сохранением как работы философской мысли выступил украинский философ Николай Грот (1852-1899).

М. Грот как профессиональный философ формировался под влиянием идей античной философии, которой посвятил свою первую работу «Опровержение Платона и пифагорейцев за метафизикой Аристотеля», Дж. Бруно, Б. Спинозы, И. Канта, А. Шопенгауэра. Основательно изучал современную ему западноевропейскую философию, к которой относился критически, заявляя, что «западная философия уклонилась от лучших традиций своего прошлого, она постарела и... ослепла на один глаз». Признавая последовательность «чистого материализма», не воспринимал «прикрыть фиговым листком» материалистических «философий», вульгарного материализма Г. Бюхнера, Я. Молешотта, К. Фогта, различных форм спиритизма.

Существенное влияние на философские поиски М. Грота мало духовно-культурной жизни Украины, где он начал свою научно-педагогическую деятельность, личное общение с профессорами философии Университета Св. Владимира С. Гогоцьким, О. Козловым, О. Гіляровим.

Переехав из Нежина до Одессы, ученый организовал первый студенческий философский кружок, читал публичные лекции, которые позже издал отдельными работами («Опыт нового определения понятия прогресс» (1883); «Критика свободы воли в связи с понятием причинности» (1884); «Задачи философии в связи с учением Дж. Бруно» (1885); «Дж. Бруно и пантеизм» (1885) и др.

В зависимости от научных интересов в творчестве М. Грота выделяют психологический и метафизического этапа (Л. Лопатин, Г. Лосський); позитивистский, метафизически-идеалистический и примирения позитивизма с идеализмом (П. Соколов); позитивистский, переход на позиции Дж. Бруно и от него - к Платона и Аристотеля (В. Соловьев). Философские взгляды мыслителя эволюционировали, пройдя путь от психологизма к созданию концепции «новой метафизики». Так, в начале своей деятельности он считал, что основой объяснения духовной жизни человека во всех его проявлениях должна быть психология, а ее методы и подходы должны служить примером для других наук. В одесский период он пришел к выводу, что не психология, а философская метафизика является теоретической основой решения проблемы бытия мира и человека. В этом следует ориентироваться на связи философии с другими формами сознания, общими понятиями культуры, обращение к человеку как центра теоретических исследований с присущими ей сознанием (чувства Я) и самосознанием (сознание).

Психологизма М. Грот не возражал, поскольку «вопрос души в человеке - это проблема, которая касается самых дорогих, самых святых и ближайших для человеческого сердца интересов жизнь». Философское осмысление природы духа дает ответ на основные вопросы бытия мира и человека, способствует научному обоснованию морального закона и основных моральных ценностей, определяющих отношение человека к миру и других людей. Однако вопрос о душу ученый перенес в плоскость философии, связывая его с более общими, центральными вопросами знания о природе и законы бытия Вселенной. Грот констатировал, что, начиная с античности, ответ на этот вопрос связан с контрастностью соотношение духа с природой другого начала - материи, которые противопоставлялись стихийно или интуитивно, что обусловило возникновение материализма, спиритуализма, дуализма и монизма (пантеизма).

М. Грот детально анализировал эти взгляды, указывая на их положительные и отрицательные моменты. Расхождением между ними есть учение об отношении силы и вещества, однородности и разнородности. Философ считал ближе к истине пантеизм, оформленный в философии Дж. Бруно и Б. Спинозы. Его преимущество заключалось в том, что он рассматривал дух и материю, материальное и идеальное не как противоположности, а как качества атрибутов единой субстанции. Хотя пантеизм имел несколько оттенков, однако он дал ключ для преодоления контрастностей путем сочетания противоположностей, обретение единства в двойственности и двойственности в единстве. Относительно природы духа, то речь идет о примирении монизма и дуализма во взглядах на начала бытия, с одной стороны, и преодоление материализма и спиритуализма - с другой. Грот утверждал, что это не только не противоречит законам природы, что доказанные наукой, а вполне согласуется с ними, поскольку «они есть ничто иное, как законы взаимодействия разнородных начал, что по своей сути однородные, однообразные и неизменные для всей природы». Они содержат в себе три идеи, что «покрываются сроками преобразования сил, единство сил в природе, закон сохранения силы, или энергии».

Учитывая это, Г. Грот обосновал «психическое поворот» как взаимодополняемость, снятие контрастности психического и физического (идеального и материального). Суть его заключается в том, что физический процесс с энергией А вызывает психический акт, который предопределяет возникновение психического процесса с резервом энергии А. С постулюванням психической энергии Грот связывал и понимание прогресса, признавая его как «экономизацию сил и увеличения свободных сил вытекающими отсюда относительно напряженных». Примирение дуализма и монизма, с которыми связан вопрос о соотношении силы и вещества, осуществляется благодаря внедрению понятий «сила духа» и «материя-сила». Тогда, с одной стороны, сохраняется дуализм силы и вещества как самостоятельных начал духовного и материального, а с другой - происходит их объединение с помощью более общего понятия силы. Таким образом признается не только двойственность этих начал, а и единство, разнородность и однородность, где дуализм приобретает формы монодуалізму. Систематизированная посредничестве синтеза противоположностей новая метафизика Грота получила название монодуалізм.

Монодуалізм М. Грота вызвал неоднозначную оценку современников. О. Введенский и М. Лосський критиковали его за признание пространственности и временности психических актов; другие историки философии монодуалізм с постулюванням психической энергии считали родстве с енергетизмом Освальда.

Концепция монодуалізму М. Грота возникла как неклассический тип філософування, в котором философия рассматривалась не просто как знания о мире, а как рациональная форма взаимосвязи человек - мир, где человек раскрывает представление о мире и саму себя. Признание связи философии, науки, искусства и их взаимовлияние как своеобразного синтеза знания, близкого к искусству, сочетание рациональных и иррациональных форм освоения человеком мира способствовали проникновению в сущность предметов и явлений, объяснению «сокровенного» с признанием приоритета духовного начала в мире и в человеке, раскрытию сущностных аспектов человеческого бытия в его гуманистических измерениях.

Нарушение М. Гротом этической проблематики является логичным и закономерным завершением его концепции монодуалізму. Одной из ее задач было раскрытие сущности моральных законов и моральных ценностей в ориентации человека и человечества путем осмысление взаимосвязи духа и природы. Трактуя моральные законы как «законы "жизнь" живого вселенной», «законы природного отношение друг к другу и к миру», Грот подчеркивал, что они, как и обоснованные наукой законы природы, доступны познанию. Их содержанием является укоренены в духовности высшие начала нравственности, идеи добра и разумные цели Вселенной. Раскрываются они через самосознание за помощью внутреннего опыта как специфического метода познания природы силы духа, прозрівання внутренних основ вещества и основ жизни и сознания.

В центре этико-нравственной проблематике М. Грота - проблема свободы. Он мотивировал это тем, что естественным состоянием силы духа-есть состояние свободы, а целью бытия и развития Вселенной - полное освобождение духа в самой материи путем ее приспособления и подчинение силе-духа. Философ указывал на многогранность и многоаспектность свободы, путей ее изучения в метафизическом, культурно-историческом и социально-политическом планах. Особое внимание он уделял вопросу свободы воли, признавая ее как «усиленное освобождения притеснений, налагаемых на нее самой материей», как «дуновение сознания лица из-под гнета организма средой». Ориентируя нравственность на утверждение добра, альтруизма, Г. Грот негативно относился к эгоизму и пессимизма, связывая основные аспекты свободы не просто с духовным развитием человека, а с ее моральным выбором и моральной ответственностью. Это означает, что только полагаясь на собственные силы, сознательный выбор, человек способен реализовать свои сущностные силы, менять саму себя и мир во имя свободы, победы над злом, утверждение высших моральных ценностей.

Кроме профессоров философии, которые через свое положение часто были вынуждены занимать охранные позиции относительно официальных идеологически-религиозных установок царской власти, на умонастроения, мировоззренчески-философские ориентации студенческой молодежи и формирования общественного мнения влияли известные ученые, профессора физико-математических и медицинских факультетов. Закончив отечественные учебные заведения, они стажировались за рубежом, были хорошо знакомы с состоянием современной им тогдашней науки, историей ее развития, первоисточниками.



Назад