Электронная онлайн библиотека

 
 Украинская устное народное творчество

статья 8. Магия как древнейший пласт народного творчества и ее формы


Магия (лат. magia, от гр. mageia - волшебство) - система обрядов, связанных с верованиями в способность чрезвычайным образом влиять на людей, животных, силы природы, а также на божества и духовный мир с пользой для мира живых.

Магия как явление, порожденное древним мировоззрением, является характерным признаком первоначальных стадий развития всех народов. Она тесно связана с мифологической системе и не мыслится вне ее пределами, поскольку, будучи оторванной от мировоззренческих представлений и верований, полностью теряет свое значение. Цель магии или, по словам М. Грушевского «ее основная идея - это не идея служения правящим доохресним (дохристианским - авт.) миром силам, чтобы приобрести их ласку, которая уже сама, по своему плану, все на хорошо поведет, как то себе заключает человек на других стадиях религиозной мысли. Это идея повелівання управление теми силами или обеспечение себя от их дурных влияний определенными средствами, иррациональными с точки зрения наших сведений на природу, но целесообразными из положения тогдашних взглядов на мир». Основной причиной возникновения магических (тайных) знаний Б. Тайлор считал ассоциативность мышления в сочетании с человеческим непониманием истинной сущности вещей.

Магия как сформировано целостное явление жизни общества на низком уровне его развития делится на два пласта: 1) теоретическая магия (магия как псевдонаука); 2) практическая магия (магия как псевдоискусство).

Магическое мышление по Дж. Фрезером53 строится на двух основных принципах: 1) подобное вызывает (создает) подобное или следствие похож на свою причину; может быть очерчен как закон подобия;

2) вещи, которые один раз прикоснулись друг друга, продолжают взаимодействовать на расстоянии после завершения их прямого контакта; закон прикосновения или заражения.

На основе первого закона возникает гомеопатическая ли імітативна магия. Здесь желаемое действие вызывается путем имитирования (прокалывание или уничтожения изображения врага, вмонтирования его тени; выливание воды, кропления, чтобы вызвать дождь). Распространенными ее разновидностями есть магия плодородия (земли, людей и животных); магия узла (производная - магия ткачества, прядению; по ассоциацией завязать определенное дело).

На основе второго закона возникает контагіозна магия. Здесь действие на человека осуществляется через предмет, который некогда ее касался ее волос, одежда, остатки пищи, которую она потребляла и т.п.; считается, что то, что происходит с одним предметом, неизбежно происходит и с другим, которого он некогда касался; отсюда - сжигание своего волос, ногтей, костей животного, которую съедали). Распространенным видом ее есть магия следов. Проявлением контагиозной магии является также ритуальное биение с целью стимулировать жизненную способность человека.

Законы магии распространяются не только на человека или ее действия, но и на природу, окружающий мир, потусторонний мир. В основе обоих видов магии лежит определенная ассоциация идей: в гомеопатической магии - ассоциирование подобных идей; в контагіозній - ассоциирование идей смежных. Таким образом, «магия является искаженной системой природных законов и ложным руководящим принципом поведения».

Магия была тесно связана с анімістичними представлениями и верованиями и имела целью осуществлять влияние на потусторонний мир, явления природы (дождь, снег, дождь, наводнение, прорастания злаков и т.п.) с пользой для мира живых. Это происходило в форме обрядов и ритуалов.

Верования - это религиозные представления людей, которые воспринимаются без логического объяснения, на веру и составляют основу религиозного мировоззрения, обрядов и ритуалов.

Обряд - это выполнение людьми символично-условных действий, которыми сопровождаются определенные события семейной жизни (рождение, свадьба, похороны и др.), календарные праздники, а также отдельные трудовые процессы (сеяние, сенокос). Подобным по значению слово ритуал (лат. ritualis - обрядовый), что означает форму сложного символического поведения, системы действий и речи, которая в прошлом была основным выражением культовых взаимоотношений.

Значение древних обрядов и ритуалов обусловлено прежде всего сельскохозяйственным календарем, деятельностью людей, их семейными и общественными отношениями. До нашего времени дошли обряды, которые касаются различных сфер человеческой жизни и деятельности, и по своим вхождением являются магическими, уходят корнями давности.

Первоначально все ритуальные действия происходили в священных рощах, у водоемов или древних деревьев, которым поклонялись. Там запрещалось охотиться, рубить деревья, рвать цветы, поскольку они считались местом пребывания мнимых божеств и духов. Там стояли языческие храмы (хоромы, мольбища, капища, контини - на разных территориях существовали свои названия) с требищами (жертвенниками) и идолами или идолами, у которых осуществлялись обряды. В древнейшие времена была отдельная языческая духовная слой людей, которые занимались магией и считались посредниками между миром живых и миром мертвых. Они в зависимости от специфики выполнения ими определенных магических действий назывались волхвы, кудесники, жрецы, волхвы, ведуны, колдуны, потворники, знахари, бесы.

Даже в этимологии этих слов местами сохранились оттенки значения их вида деятельности: волшебники при выполнении ритуалов использовали чары или рюмки - чаши, в которые вливался особый напиток, как правило, приготовленный из трав, содержащих наркотические вещества, молоко, воск, или другую жидкость; жрецы (от жрать, пожирать огнем) совершали жертвоприношения; ведуны, колдуны (ведать - знать) - предсказывали будущее; потворники (от творить) - осуществляли определенные действия, манипуляции, чтобы влиять на события, природу, людей; бесы (от индоевропейского блестеть) - те, что зажигали костер; громники (которые гадали по громом); чернокнижники (использовали книги черной магии); гадальщики и гадалки (враждебно относились к людям определенной категории, насылали зло), часы (осуществляли «гадание», манипуляции или гадание с помощью змей, змей и т. п.). Ими могли быть и мужчины, и женщины, хотя в этом плане в разные периоды акценты смещались.

Виды и формы древних обрядов. Древнейшим зафиксированным магическим обрядом является обряд жертвоприношения как обхаживание или вызывание привязанности в духов и божеств. Он выполнялся в форме ритуального уничтожения (убывания) человека, животных, деревья или растения, предмета. Жертвоприношения были чрезвычайно разнообразными в зависимости от жертвы и того, кому она приводилась. Так, для духов огня или света (светов) жертвы, как правило, спалювались; для воды, влаги, дождей - топились или сливались, кропились водой; для земли - закапывались в землю; для воздуха и духов существовали жертвы курения и др. Факт человеческих жертвоприношений подтверждается не только многочисленными археологическими доказательствами, но и большим количеством указаний, которые находим в фольклорных текстах. Такими были - ритуальные сжигания (запекания в караваи), топки, закапывание в землю (захоронения живьем; замуровывание в фундамент или стену здания) и т.д. Рядом с людьми приносились в жертву животные, птицы, земноводные; позже они заменяли и человеческие жертвы. В жертву также приносились дары природы - плоды, зерно, мед, цветы и травы; а также вещи, изготовленные из них - печеные караваи, калачи, разнообразные блюда и напитки, плетеные венки, украшенные дерева и т.п.

Важным магическим обрядом был обряд посвящения или инициации (initiation - от лат. initium - начало, посвящение). В древнейший период он означал смерть и возрождение, что давало возможность вхождения юношей в род, чтобы стать полноправными его членами и получить право вступать в брак. Ритуал проходил в форме проглатывания парня страшным чудовищем: «Для совершения этого обряда время выстраивались специальные дома в форме животного, где двери играли роль пасти... Обряд всегда осуществлялся в глубине леса или кустарника, в строжайшей тайне. Обряд сопровождался телесными издевательствами. Другая форма временной смерти выражалась в том, что парня символично сжигали, варили, жарили, рубили на куски и снова воскрешали... Парень проходил более-менее длинную и строгую школу. Его учили приемам охоты, ему извещали тайны религиозного характера, исторические данные, правила и требования быта и т. д. Юноша проходил школу охотника и члена общества, школу танцев, песен и всего, что казалось необходимым в жизни»56. Если после этого обряда юноша не хотел возвращаться в свое поселение, он оставался жить в лесу в так называемом «мужском доме», который порой вмещал даже несколько десятков жителей и имел вид дворца. Воины, которые жили в нем, не подчинялись законам племени, поэтому их часто называли разбойниками. Со временем они могли оставлять эти дома и присоединяться к своим семьям.

Как подтверждают исследования сторонников ритуально-мифологической школы, обряды инициации легли в основу многих жанров народного искусства (в том числе и словесного). Современный исследователь В. Балушок выделяет несколько основных видов инициации:

1. Юношеские возрастные инициации и вообще посвячувальні ритуалы, связанные с социализацией молодежи.

2. Обряды, которые ритуально оформляют вступление в различных тайных обществ, которые уже не связаны с юношеским возрастом и вступлением социальной зрелости и доступны, как правило, для представителей одного пола.

3. Жреческие, шаманские и колдовские посвящения.

4. Ініціаційні ритуалы введение в должность.

5. Посвящение в высший ритуальный статус или так называемые «календарные» инициации.

6. Женские инициации.

Обряды проходили в несколько этапов, которые трансформировались от древних времен до новейшей эпохи. Древнейшими из известных считаются инициации вступления в жрецов и в так называемые «звериные союзы». Последние оформлялись на основе тотемических верований и составляли общину «посвященных», которые с помощью магических ритуалов имели особый связь и общение с тотемными предками (волками, собаками, реже - медведями и т.д.), и даже могли приобретать их вида (отсюда - культ вурдалаков и песоголовцев). Несколько позже возникла форма инициации до военных общин (вроде княжеских дружин, которые впоследствии развилась в обряд посвящения в запорожские казаки). Другими были инициации ремесленные (посвящение в мастера) и крестьянские (принятия в группу косарей, конюхов, жниць и т.д.); а также - кобзарские и старцівсько-нищенские.

Они основывались на совместной основе: во всех случаях обряд инициации состоит из трех фаз: 1) передлімінальна (отделение инициированного из коллектива); 2) лімінальна (порубіжний период пребывания за границей социального мира, когда ініціант считался мертвым); 3) постлімінальна (реинкорпорация к коллективу в новом социальном статусе). Везде привлекались элементы магии: гомеопатической - пострижения, манипуляции с частями тела; контагиозной - ритуальное избиение; а также - переходом границы между мирами - ритуальное вхождение в мир мертвых с целью приобретения «потусторонних» предметов, определенных умений, раскрытие тайн и секретов. Поэтому этот ритуал всегда ассоциировался с длинной дорогой, которую должен был пройти ініціант, что во многих случаях выполнялось буквально (в частности военные походы воинов; походы ремесленников за розгадками секретов мастерства и др.). Поскольку обряд связан с нарушением табу - запрет обычным людям (в частности перехода границы); то он сопровождался и элементами негативного поведения, в частности ритуальными бесчинствами.

Возникнув в доисторические времена, традиция посвящения прочно укоренилась в народе, оказалась чрезвычайно стойкой. Анализ фольклорных произведений подтверждает мнение о том, что она имела огромное влияние на формирование целых пластов устной народной словесности. Словесное сопровождение обрядов и ритуалов Магические обряды и ритуалы сочетали в себе разнообразные приемы и действия - движения, жесты, манипуляции с использованием определенных веществ, предметов. Но первоначально все они строились на вере в магическую силу слова, его влияние на силы, которые существуют в мире. Поэтому словесное сопровождение всех магических действий был обязательным (вероятно в древнейшем ее проявлении магия сводилась только к речевой формы). М. Костомаров писал: «С глубокой древности слову... приписывалось всемогущество, и это верование остается в силе до этих времен. Существовала в представлении таинственная наука, умение сочетать слова определенным образом,

веВідомим для человеческой общины и известным лишь відунам и ведьмам. Цапгі предки язычники, как и их некрещеные потомки, верили, что словом можно исцелить человека и нагнать на него болезнь, спасти от опасности и погубить. Слово могло сообщить воде, солью, различным 0редметам и веществам лечебную и сокрушительную силу или увеличивать ту, которую знания находило уже в самой природе. Слово могло превратить человека в животное, в дерево, в камень, и сам відаючий силу слова мог также превращаться посредством слова, мог летать в воздухе, не топиться в воде, не гореть в огне, короче говоря - владеть и управлять всею вселенною». С верой в магическую силу слова связывало распространено поверье о сглаз - наваждение немощи на человека словом или словесной мнением.

Многие исследователи высказывают мнение о том, что словесные формулы, которыми сопровождались древние магические обряды и ритуалы, были первыми текстами устного народного творчества и основой для ее дальнейшего развития. Они, как магия в целом, тесно связывались с мифологией от древнейших времен ее. Подтверждение этой мысли находим в Г. Новиковой: «Ритуал - это драматизация мифа, его «разыгрывание» в лицах и предметах. Миф - это вербализация ритуала, его воплощение и толкования в слове. Для определенного прастану человеческой мысли «слово» и «дело» вообще чуть ли не синонимы».

Говоря о найархаїчніший слой развития общества, она отмечает: «Исследователи первобытной культуры человечества показали: что древнее та или иная культура (или ее этап), то чаще изображается в ней: зверь, а не человек; женщина, а не мужчина; мертвый, а не живой. В найдальшій ретроспективе первоначальная сознание вообще больше сосредотачивается на бесчеловечного: речь идет о мире духов и тотемных животных, о знаках природных сил и стихий»80. И далее: «В архаичной сознания мертв мощнее от живого: духи предков обеспечивают благосостояние родовые своих живых потомков, - и наоборот. Зверь мощнее от человека: от наличия зверя зависит существование человека, - не наоборот. Женщина мощнее мужа: она дает возрождения и приумножения жизни; роль мужа или долгое время не осознается совсем, или считается, сопутствующей второстепенной. Наконец, мертвый, зверь, женщина ближе к природных первоначал: мертвый - потому что он «вернулся» в землю, лес, небо...; зверь или птица - потому что они вечно там живут; женщина - потому что... она не менее наглядно носит в себе и «возвращает» в мир живых - живет жизни ребенка». С такой точки зрения, тексты, в которых хранится эта закономерность, относятся к древнейшим временам.

Таковы словесно-поэтические магические формулы, без которых не обходился ни один обряд или ритуал, - заговоры, заклинания, проклятия (заклинание), клятвы.

Заговоры - словесная формула устного творчества, которой сопровождались обряды и ритуалы, и которая якобы имела магическую силу и способность влиять на окружающий мир людей и духов с целью получения определенной пользы для их исполнителя (исполнителей). Заговоры касались самых разных сфер человеческой жизни и деятельности.

Учитывая тематику, Г. Кот в соответствии классифицировала этот жанр, выделяя следующие тематические группы: хозяйственные (на хороший урожай, на успешное рыболовство, охота, пчеловодство и др.); лечебные (на обеспечение здоровья); семейно-бытовые (на укрепление воли, разума, на обеспечение счастливой любви, брака, семейного благополучия и т. д.); общественно-общественные (против господ, начальства и т.п.).

Такое разделение возможен, хотя, на наш взгляд, последняя группа в этой классификации несколько надуманная ли понимается исследовательницей слишком упрощенно, поскольку даже в первобытном обществе существовали более важные общественные дела - войны, распределение земель и добычи. Причем в тогдашней сознания за тех условий управления вряд ли приходило в голову осуществлять заговоры против начальства (которое составляли жрецы, что сами и осуществляли все ритуалы), возникновения классов тоже относится к значительно более позднему периоду. Существенным недостатком упомянутой классификации является то, что ее автор не разграничивает заговоры и заклинания.

Относительно текстов заклинаний, которые дошли до нас, то крупнейшими и найвиразнішими группами являются лекарственные, любовные, хозяйственные и семейно-бытовые заговоры.

Лекарственные, в свою очередь, можно разделить на меньшие группы, в зависимости от конкретной потребности:

- заговоры кровотечения - у них, как правило, фигурирует образ воды - реки, потока, - по аналогии с потока крови, или способности водой смывать кровь:

1) Калиновым мостом шло три сестры: Калина, Малина и Шиповник. Не умели они ни шить, ни прясть, только умели сечь-рубить, реки пропускать: одна река водяная, вторая река огняная, третья река кров'яная. Водяной заливать огонь, кровяной кровь унімати;

2) Было себе красное море ехал мужчина красным телегой, красними волами, красные колеса, красное ярмо, красная війя, красные притыки, красное море рубить, крестному, народженному, молитвенному Ивану кровь заказывать;

3) Летел орел через море, спустил крыло, заткнул жерло. Петух взлетел на камень, крыльями машет: черный камень, не движись, христианская кровь, остановись в нарожденного, молитвенного, крестного Ивана;

- заговоры зубной боли: главным образом здесь есть неполный месяц, покойники ли жители потусторонний мир:

1) Месяцу-княже! Вас три в мире: Один на небе, второй на земле, третий в море, белый камень. Как они все не могут сойтись воедино, так не могут у меня, раба Божьего Иоанна, зубы болеть! Пусть тебе золотая корона, а мне счастья и здоровья;

2) Месяц в небе, кит-рыба в окіяні, дуб на земле. Как эти три брата сойдутся, то тогда и раба Божьего Иоанна зубы будут болеть;

3) «Ты, месяцу Адам, молодой человек! Спрашивай ты мертвых и живых:

У мертвого зубы не болят?» - «У мертвого зубы никогда не болят: кости сидят, зубы занемели, никогда не будут болеть». - «Даруй, Господи, чтобы и у меня, раба Божьего нарожденного, молитвяного, крестного Ивана зубы занемели, никогда не болели!»;

- заговоры укуса змеи: здесь есть частыми обращения к змей, змей:

На Сіянських горах, на морских плитах стоял дуб, на дубе том Семенове гнездо, в Семеновім гнезде Елена-змея. Прихожу я к ясного солнца: «Елена-змея! Собери всех сильных змей, собери, расспроси, которая яростная змея упала жало, пусть она вынет жало, рану залиже, опух угасит»;

- заговоры отдельных заболеваний и болезненных состояний: лихорадке, туберкулеза, болезней глаз. Например:

1) добрый день, лихорадке! Есть вас семьдесят семь, а я принесла вам завтрак всем;

2) ехал Юрий на белом коне, белые губы, белые зубы, сам белый, в белое оделся, белым підперезався, ведет за собой три борзые: один белый, другой серый, третий красный. Белый бельмо слижет, серый слезу, а красный кровь;

- заговоры порчи:

1) Как наотмашь рукой не делать, так моему лицу и телу от никого не болеть: как неба и земли нам не мерить, так и мне не наврокувати;

2) Уроки-урочища, пойдите себе на луга, леса дрімучії, на степи степучії, где глас человеческий не заходит, где петухи не поют; пойди себе, болість очная;

- заговор с пожеланием общего здоровья и долголетия:

Тебе, месяцу, сповні, мне на здоровье. Тебе, месяцу, насвітитися, мне по миру насмотреться, хорошо находиться!

Любовные заговоры, в зависимости от лица, осуществляющего их, четко делятся на две группы:

- заговоры девушки (женщины) с целью «привлечь» молодого человека (мужчины):

1) Месяцу Владимиру, ты высоко летаешь, ты все видишь, ты все слышишь, как невольники и невольниці плачут за отцом и матерью, с маленькими детками; как корова с теленком, как лошадь с жеребенком, как ослица с осленком, как море за морем. Даруй, Господи, чтобы так за мной нарожденною, крестной и молитвяною рабой Божьей Иван плакал;

2) Вы, зори-денницы, вас на небе три сестрицы: одна скучная, вторая приветливая, а третья печальна. Берите иголки и булавки, горовое камни, бейте его и пеките, курите и нудіть; не дайте ему ни спать, ни лежать, ни есть, ни пить - вторых любит. Тяните до меня нарожденного, крестного и молитвяного казака Ивана к нарожденной крестной и молитвяної рабы Божьей Марии;

- заговоры молодого человека (мужчину) с целью «привлечь» девушку (женщину):

1) Стою на пороге, вижу балку, а со матице на щеколду, а с защелки на Марию. Как моя мама за мной убивается, так бы за мной убивалась Мария;

2) Как голубю без глаз, так бы тебе, раба Божия Мария, за мной без ночей.

Хозяйственные заговоры можно разделить на меньшие подгруппы в зависимости от вида деятельности (земледелие, скотоводство, пчеловодство, строительство и т.п.). Вот, например, заговоры, связанные с пчеловодством:

1) Как той воды никто не может повернуть на свой обычай, так чтобы мои пчелы ни один уречи не мог;

2) Водо Иорданко, омиваєш луга, берега, бервіння, корни, - т и историк, известный моей пчелы вот прозрачную женского, холостяцкого, девичьего - головки, крылышки, чрева, ножки.

Отдельные хозяйственные заговоры выполнялись только в конкретное время, например, сажая капусту, хозяйка должна была трактирщик в ноги, произнося: «Чтобы моя капусточка была из корня коренистая, а с листа головистая!». Своеобразными заговорами сопровождался начало посева, первый выгон скота на пастбища и т.д.

Семейно-бытовые заговоры - різноплановіші, потому что могут касаться различных ситуаций или обстоятельств жизни семьи. Среди них значительную группу составляют магические формулы, направленные на ребенка (роста):

Дубе, дубе! Ты черный: у тебя, дубе, билая береза, у тебя дубка сыночки, а в березочки дочери. Тебе, дуб и березо, шумите и гудеть, а рожденному, крестному рабу Божию Ивану спать и расти!

В отдельную группу можно выделить заговоры против испуга и детского плача:

Гора с горой, камень с травой, рыба с водой! Как камень закаменів, так чтобы крикливці онемели!

Значительную группу составляют заговоры, связанные с определенными процессами человеческого организма: чихание, икоты и др. Не понимая причин этих явлений, человек трактовала их по-своему: человека морозит - значит кто трясет ею, человек чихнула - значит ее посетил некий дух (если плохой, то она заболеет, так еще и до сих пор сохранилось видоизмененное заговоры «Будь здоров», чтобы предотвратить болезнь, а добрый дух - чтобы подтвердить правоту человеческих слов, поэтому иногда это проявляется в словесной формуле - «Правду говорю»).

Можно выделить также заговоры, приуроченные к определенным ритуалов, связанных с календарно-обрядовые праздниками. Такими, в частности, есть заговор мороза, зимы (или смерти) во время зимних ритуалов: «Смерть, смерть, иди на леса, Иди на безвестность, иди на море; И ты, мороз, большой и лысый, Не приходи к нам из своей кладовой...»; заговоры во время ритуала биение ивой (по законам контагиозной магии с целью стимулировать жизненные силы) на Вербное воскресенье: «Не я бью, верба бьет: За неделю Пасха! Будь здоров, как вода, Будь богат, как земля!» или: «Не я бью, верба бьет: За неделю Пасха! Не умирай, не умирай, Пасхи дожидай!»; заговоры к венков на Купала: «Плыви, плыви, венчике, до моего миленького» и др.

М. Новикова подает классификацию украинских заговоров на основе их формы. По этому принципу она разделяет их на следующие разновидности: заговоры-обращения, заговоры-моление, заговоры-описания ритуальных действий и эпические заговоры. Эта классификация тоже не совсем удачная, поскольку трудно провести грань между обращениями и молениями (которые тоже являются обращениями); возможно, не стоит описывать отдельную группу эпических заговоров.

По нашему мнению, целесообразнее выделить следующие группы: Обращение-жонологи, диалоги, рассказы. Заговоры в форме обращений-монологов были своеобразными языческими молениями к силам природы, явлений, духівстот. Найархаїчніші из них касаются древних культов, например, огня, который почитался как божество, а в домах обращались к Овеаа - домашнего огня. Согласно систем культов и первобытных Представлений о мире, в заговорах находим также обращения к:

солнца:

Добрый день тебе, солнышко яснее, ты святое, ты ясное-прекрасное; ты чистый, величественное и уважительное; ты освіщаєш горы, и долины, и высокой могилы, - освети меня, рабу Божью перед всем миром - добротой, красотою, любощами и милощами; чтобы не было ни любішої, ни милішої ед рабы Божией нарожденної, крестной, молитвяної Марии. Которое ты ясное, великое, прекрасное, чтобы и я такая была ясная, величественная, прекрасная перед всем христианским миром. Во веки веков, аминь;

месяца:

Все перед тобой, месяцу, и я, нарожденна, крестная, молитвяна раба Божия Мария. Именно голо зерно пшеницы, солнце мне в глаза, месяц мне в плечи...;

зори:

Звезды, зарницы, есть вас на небе три родные сестрице, четвертая крестная, нарожденна Мария. Идите вы, соберите вы красоту, положите на крестную нарожденну Марию. Как вы ясные, красные между звездами, чтоб была такая красная между девками;

воды:

Водо Єлено! Очищаєш луга и берега, очисти меня от всего злого,

болісті и слабости;

деревьев, животных и птиц:

Гад, гад, земля горит, тебя сожжет, и я горю, тебя сожгу! Гад, гад, вода (камень, трава, песок) горит, тебя сожжет, и я горю, тебя сожгу! А, кроме того, - к природных явлений (мороза, дождя, облака); в различных мифологических существ (домовых, русалок, нечистых духов); олицетворенным болезней - лихорадке, язвы и др.

Веря в силы, к которым говорились заговоры, древний человек ожидала ответа на свою просьбу. Эта вера в большей степени отразилась в заговорах-диалогах, особенность которых заключается в том, что в них сам человек отвечала на свое обращение.

Несколько отличаются заговоры-рассказы, которые нельзя назвать обращениями. Суть их заключается в вере предков в магическую силу слова как такового: «На Осіянській горе, там стоял каменный колодец; туда шла каменная девка, кам'янії ведра, каменный коромысел, каменная коса, каменная она вся; когда она оттуда воды принесет, тогда с рожденного, крестного раба Божьего Иоанна кровь потечет».

Если первые две группы заговоров являются первоначальными элементами драмы, которая в основном состоит из монологов и диалогов, то третья группа, безусловно, больше связана с сказкой и народным эпосом в целом. Здесь есть много образов-персонажей - князя, белогривой коня, сокола, орла, реки, дороги и др., которые позже часто встречаются в сказочной природе; а также художественно-поэтических средств (тройные повторы). Заговоры, которые входят в эту группу, часто завершаются «ключами», которыми «замыкается» сказано: «Запираю я вас (слова) тридев'ятьма замками, закрываю я вас тридев'ятьма ключами» или «Все эти слова до слова закрываю крепкими замками и ключ - в водУ" -» Потеряв свое первоначальное объяснение, заговоры со временем переходят в измененном виде в разряд предрассудков.

По структурной строению, по поэтикой заклинания близки к заговорам.

Заклинания - это заговор, в которых требуется выполнение определенного действия, что сопровождается определенными угрозами или возможными негативными последствиями в случае его невыполнения. В этом плане они подобны заклятий.

Заклятие (проклятие) - это магические словесные формулы, действие и влияние которых направлены на то, чтобы нанести вред другому. В этом и заключается их основное отличие от заговоров.

В древней языческой сознания еще не существовало таких понятий, как добро и зло (это разграничение приходит вместе с христианством, в котором есть понимание греха). Поэтому в представлении древних людей их мнимые божества не делились на «добрых» и «злых». Все силы и духовные существа, которым они поклонялись (огонь, вода, дождь; позже их воплощение в образах Сварога, Перуна, Даны и др.), могли приносить пользу или причинять вреда. Итак, человек начинает действовать в соответствии со своими представлениями, пытаясь вредить своим врагам. Это она осуществляет с помощью заклинаний (или заклинаний), причем обращается в них до тех же сил, что и в заговорах:

1) На лошади еду, а гадюкой погоняю, всем, всем моим неприятелям и супостатам роты затыкаю. Гадючий хвост, а жабье брюхо, как приеду я между господа, то чтобы стали они, как сухое дерево.

2) Каменія вам на язык, каменія вам на язык, каменія вам на губы, зубы и уста, каменійте вы сами!

В заклинаниях часто звучит пожелание, чтобы человек превратилась в некий предмет - дерево, камень, зверя, или чтобы природные силы расправились с ней, или забрали ее из мира живых. В отличие от заклинаний, которые впоследствии становятся предрассудками, заклятие переходят В разряд проклятий (проклятий): «чтобы тебя Перун огрел», «чтобы тебя гром поразил», «чтобы тебя ветер развеял», «чтоб ты сквозь землю провалился», «пусть тебя рожа возьмет» и др.

На основе веры древних племен в том, что силы природы являются свидетелями Всего, что происходит в жизни человека, и могут влиять на все, что происходит, возникает еще один жанр древней словесного творчества - клятвы.

Клятва (присяга) - это словесная формула, которой человек скрепляет правоту своих слов или выполнения данного обещания. При этом она, как Правило, призывает свидетелей огонь, землю (съедает комок земли или берет в руку), небо или духов (поднимает правую руку вверх). Обязательным элементом клятвы выступает заклятие в видоизмененной форме - вернене на себя. Им человек, который дает клятву, заклинает себя, что означает: «если я не выполню сказанного, то пусть это причинит мне вреда». Такими, в частности, были клятвы не раскрывать тайн ініціантів, которые посвящались в определенное общество. Нередко они включали элемент строгого проклятие тому, кто разгласит запретные знания. Так, в клятве не раскрывать никому тайны «Устиянських книг», ініціант, что вступал в общины кобзарей, говорил: «кто ее одкриє, пусть потому язык одпаде и рот перекоситься. Чье ухо третью повесть с 12-й Устияниці услышит, пусть он оглухне ночной глухотой, пусть он сделается немой, как смертельная пустыня, пусть ему глаза вытекут, а белый мир сделается ему черным, как ночь под землей...».

Несмотря на объект клятвы, их можно разделить на несколько групп, каждая из которых будет представлять другой исторический период. В найархаїчніші времена клялись солнцем, огнем, силами природы, что соответствовало определенным представлениям; позже - языческими божествами; еще позже - собой или кем из близких.

Как правило, все тексты были неримованими, а лишь ритмізованими и выполнялись речитативом. Віршова форма таких заговоров является свидетельством их позднего происхождения или трансформации первоначального варианта в более современный, силаботонічний.

Исследование выше упомянутых жанров устного народного творчества является сложной проблемой по нескольким причинам. Во-первых, они составляют древнейший пласт словесности народа. Поэтому тексты, которые дошли до нас, значительно деформированы. Во-вторых, их єзотєричність (таинственность, своеобразный код) и сакральность (священность) стали препятствием в их фиксировании и записи. В-третьих, даже из текстов, дошедших до нас, понятно, что словесное их произнесения сопровождалось определенными действиями или символическими изображениями, імітуваннями прикликуваної силы. Например, говоря: «Топчу, топчу ряст: дай, Боже, попрать и того года діждати», - человек должна была топтать хохлатка. Очевидно, что параллельно с текстами (1) «Чтобы тебя за мной так пекло, как жжет огонь тот воск! Чтобы твое сердце за мной так топилось, как тает тот воск, и чтобы ты меня суровый с покинул, когда найдешь тот воск!» или (2) «Испуг, перелячище! Я же тебя яйцом выкатываю, а водой выливаю, на пуще и на сухой лес отсылаю...» осуществлялись определенные манипуляции с указанными предметами - воском, яйцом. Или, например, клянясь землей, человек должен был съесть комок земли, а после заклинаний, обращенных к воде, выпить «заказанную» или непочатую воду. Поэтому изучение этих жанров только в их словесном выражении носит односторонний характер. По синкретических характеристик (сочетание слова с действием), подобными заговоров и заклинаний есть гадания, которые условно можно назвать «практической религией» язычников.

Гадание - это система словесно-обрядовых действий, в основе которых лежит вера в связь людей с потусторонним миром, которые осуществляют я 3 целью узнать будущее и влиять на него или змінювапги его. Эти действия выполнялись определенными людьми (прорицателями, колдунами, волшебниками), функции которых заключались в том, чтобы «регулировать» отношения между живыми и душами умерших, которые, в соответствии с тогдашними верований, могли помогать людям своими советами и поступками.

Среди древних языческих гаданий - спірітуалізм (общение с душами умерших); гаруспікація (гадание на внутренностях убитого животного, из крови которой потом делали кровянку - жертвенную тотемное блюдо); гадание по черепом и костями людей и животных (главный прием здесь скапулімантія ли омоплатоскопія - провозвестие за лопатковою костью); птаховолхвування - гадание по полету птиц или их поведением (кукушку, пение соловья и т.п.); за громом (в какой фазе луны гремит); гадания, связанные с календарно-астральными культами - расположению небесных светил (гороскопы); по фазами луны, по времени рождения людей; впоследствии - гадание на картах и костях (которые иногда, как и другие виды гаданий, переходят в азартные игры) и др.

При этом могли использоваться самые разнообразные предметы, вещи, принадлежащие определенному человеку, элементы или отпечатки тела (кровь, волосы, следует и т.п.). Важное значение здесь приобретали элементы культов - огня (свечей, пепла, воска); воды (зеркала); растений и животных (корни, семена; части тел животных, особенно рога, кости); предметов (заколки, булавки, иглы); культовые материалы - дерево, камень, кварц, горный хрусталь, стекло; простые и драгоценные металлы; драгоценные камни. Гадание также использовались, чтобы приносить пользу или вред. С этим, кроме упомянутых выше, была связана магия узла (здесь каждый тип узла имел свое значение и название; связана с этим магия прядильництва и ткачества), магия плодородия (земли и людей, связанная с этим магия опахивания села или определенной территории) и прочее.

Интересны сведения Г. Костомарова о древнейшие гадания, Которые осуществлялись при языческих храмах Дажбога - над вином, которое выливали в рог, который находился в руке идола; над белым конем, который, как считалось, принадлежал божеству, и на котором можно было ездить только отдельным жрецам при определенных обстоятельствах. Гадание происходило следующим образом: в землю накрест устромляли копья или меча, а конь должен был между ними (или под ними) проходить или их перепрыгивать. При этом считалось дурным знаком, когда конь споткнулся, наблюдали также, какую ногу он поднимает первой. Были тоже ритуалы, связанные с бросанием жребия. Зафиксированы гадание с помощью ритуальных дощечек, по-разному окрашенных с каждой стороны (как правило, на бело и на черно).

М. Костомаров обращал внимание на то, что во времена двоверие языческие волхвування сопровождались принесением в жертву христиан, использованием священных орлов или других птиц, которые, как и лошади, хранились при капище и использовались лишь в отдельных случаях (в частности, на войне). В течение времени своего функционирования магия всегда сопровождалась спірітуалізмом (вызыванием духов), который базировался на анимистических представлений и вере в силу духов умерших предков.

Записи словесных формул, которыми сопровождались гадания, отсутствуют, поскольку они всегда хранились в тайне. Выполнение и поэтика магических жанров устного народного творчества очень своеобразные. Они, как правило, осуществлялись ночью, а ночь в этих (и многих других - обрядовых, сказочных, легендарных) случаях является, безусловно, значимым, как время действия. И значимой, как оппозиция до дня»66.

Позже христианство объяснять: «Заговоры - это магия, а магия - это обращение к темным силам, к «нечистые»67. Поэтому эти ритуалы сопровождались тревогой, страхом, этому способствовало и своеобразное звуковое оформление. Они могли выполняться в форме нашептываниям, шептань, с изменением голоса. В Частности О. 1 . Знойко, описывая археологические раскопки капища Хвойки храма Дажбога, отмечает: «Камни капризных очертаний из серого песчаника с разными, иногда сквозными отверстиями, очевидно, мало удивительное свойство причудливо менять звуки, то понижая их, то усиливая и меняя направление так, будто они «шли с неба» - от богов». Интересной по этому поводу есть упоминание И. Срезневского о выполнении своеобразных архаичных языческих произведений «кощунів», которые, по его словам, подобные басен: «Инии гудят, инии бают ему кощунать». «Гудеть» означало играть на музыкальных инструментах - свирели, гуслях. Следовательно, этот жанр выполнялся с музыкальным сопровождением, а об их языческое направления делаем вывод из слова «кощунствувати», вступившего отчетливо отрицательного значения. Хотя слово «кощуна» (которое этимологически происходит от «кощей» - ее исполнитель или объект обращения, В. Бала-шок, вслед за И. Срезневським, объясняет слово «кощей» как «ініціант в лімінальній, порубежной фазе инициации») сохранилось до 12 в. в переводной литературе (где оно употреблялось вместо греческого слова «миф»), характер исполнения этих произведений до конца не выяснено. Возможно, они выполнялись речитативом, подобно дум.

Некоторые из современных исследователей считает, что кощуни совершались специальным слоем волхвов - кощунниками, и определяет содержание этих произведений так: «Центральный персонаж «кощун» - Кощей (Кащей) - обладатель «кощного», потустороннего, мертвого, «зимнего» царства, который обуял девушку и держал в плену определенный период (период зимнего омертвение природы), после чего эту девушку освобождал, убивая Кощея, положительный герой (князь, царевич). Власть зимы прекращалась, и наступило пробуждение природы, начинался новый земледельческий цикл»70, в далеком прошлом гадания осуществлялись лишь жрецами-колдунами. Впоследствии эта традиция распространилась в народе. До нашего времени дошли отголоски праздничных ритуальных гаданий, а то и целые магически-обрядовые действа. С найрозгорнутіших и наиболее распространенных является:

1) гадание на Андрея (так называемые святочные Андреевские вечера) - Они сохраняют даже отголоски тотемических верований древних времен - при выполнении магических ритуалов не второстепенная роль отводится животным, которые воспринимаются как души предков: девушки выпекают ритуальные лепешки, которые кладут на улице, призывая собак, и наблюдают, в каком порядке собаки их едят. Ребята кусают ритуальную калиту (специально испеченный для этого калач, подвешенный под сволоком). Подобные ритуалы сочетаются с различными табу (запрет говорить, смеяться); культом воды (которую нередко носят ртом из реки или колодца) и т.д. На Андрея существует традиция гадание с подслушиванием (девушки подходят близко к домам, пытаясь подслушать, о чем там говорят, и воспринимают это как предсказания на будущее). До наших дней дошли отдельные тексты, которыми сопровождались гадания в этот день, вроде: «Андрей, Андрей, конопельки сею, Юбкой волочу, замуж выйти хочу...»;

2) гадания во время зимних праздников осуществлялись с помощью воды (зеркал), огня (свечей), различных ритуальных предметов (воска, трав, макового или иного семена и т.п.). На Слобожанщине еще до недавнего времени сохранялась традиция на Новый год разжигать ритуальный костер на реке возле проруби, с помощью которого гадали девушки (поджигали головешки и, бросая в прорубь, наблюдали, как они гаснут). Тогда девушки искали удивительное зелья ястребинка, которое, по поверьям, могло делать человека «неслыханной и невидимой». Большинство гаданий были направлены на выбор будущего суженого, провозвестие супружеской судьбы. Распространенными были гадание на сон: девушки, ложась спать, осуществляли определенные ритуалы, говоря: «С кем венчаться, с тем за руки держаться», веря, что Во сне увидят своего суженого;

3) весенние гадание в основном были направлены на выбор суженого. Самым распространенным из тех, что сопровождаются традиционными текстами - Вербовая дощечка (ритуал, который проводился на реке в условном хлипком мосту): По ней гречна барышня ходжала. Да и на своего милого ждала... Откуда буйный вітронько подует, Оттуда ее миленький приедет...;

4) купальские гадания осуществлялись в день Ивана Купала. Здесь четко прослеживаются культы воды и огня, культ деревьев и трав. Наиболее распространенными были гадание по сплетенными венками (свежим или завядшими). Венки бросали на воду, наблюдая, как они плывут (ровно, крутятся, тонут, стоят на месте и др.). При этом тоже промовлялись тексты-заговор: «...Ток, ток, венчике, хороший с барвіночку, за миленьким, за миленьким...» или:

Ой, на Ивана, да на Купала Далее водой их пускала...

Красная девушка зелья копала, - Поплинь, венчике, по синей волны,

Цветы собирала, веночки плела, Поплинь, венчике, где живет милый!

Существовали также разнообразные гадания при купальском огне (перепрыгивания парами, сжигание в нем предметов и т.п.).

Все гадания осуществлялись ночью, а дни, когда это происходило, считались временем разгула «нечистой силы» или особой активности духов умерших предков. Целый ряд гаданий, не приуроченных к конкретным праздников, тоже сочетают элементы языческих культов воды, огня, земли (закапывание разнообразных предметов в землю), небесных светил (гадание за солнцем, луной, падающими звездами), животных и растений (их частей - шерсти, костей; корни или цветов и т.п.), предметов (зеркал, посуды, воска, перстней, платков, поясов, обувь и т.п.). Наряду с элементами одежды, используются, по законам гомеопатической магии, части или следы тела человека (волосы, ногти, отпечатки стоп, ладоней) - как заменители самого человека.

Праславяне верили в силу сказанного слова и выполненного действия (что может быть и положительным, и отрицательным). Зная их отношение к сказанному, их веру в силу сказанного слова или действия, нетрудно понять возникновения в их среде разнообразных табу. Табу - это религиозная запрет, наложенный на предмет, действие или слово. Термин «табу» был заимствован из полинезийской языка капитаном Куком. Ряд ученых рассматривают табу как проявление магии по сходству (запрет делать определенные вещи, потому что они способны вызвать подобные им в природе или жизни). Запрета присущи всем народам на самых низких уровнях развития и сопровождаются верой в неизбежное наказание за нарушение табу. Некоторые запреты не распространялись на жрецов. Наиболее распространенными словесными табу были запрета называть имя духа или божества а также умершего, поскольку считалось, что таким образом вызывают названного к себе. Среди табу на действия самыми распространенными были запрета на переступание определенного предела (вход на некую территорию), на підслухування и подглядывания как выведывание способностей и характеристик духов или божеств; на общение с определенными людьми; потребление кремих блюд. Распространенным видом табу, что сохранялся долгое время в країнському фольклоре (а иногда сохраняется и в настоящее время), является запрет міятися. Это табу действующее в определенные дни или при определенных обстоятельствах (бытовало поверье, что нельзя смеяться в пятницу). Широко известная запрет смеяться на Андреевских или других встречах во время гадания или кусание калиты. В первом случае считалось, что смех разрушает провозвестие, во втором даже допускались определенные наказания - того, кто засмеялся, обмазывали сажей или писали по его лице.

Этот древнейший пласт ceremonially-словесных действий отразился во многих жанрах народного творчества.

Поэтика жанров магии

В поэтике магических жанров прежде всего отчетливо прослеживается их композиционно-синтаксическая алогичность, отсутствие причинно-следственных связей, а следовательно - сюжетности. По словам М. Новиковой, «вместо причинности здесь суміжність». Поскольку «весь фольклор построено по принципу параллелизма», то и «вся магия - это, по сути, влияние-действие по аналогии. Тает воск - тает от любви сердце. Сгорает усеченный волос - погибает в очистительном огне болезнь и немощь». Отдельные элементы тела (волосы, ногти, кровь) замещают в магических формулах и ритуалах самого человека, что является своеобразной архаичной синекдохою (часть вместо целого).

Особенностью поэтики данных жанров является также их кумулятивное построение, то есть ланцюжкове накопления элементов, где нередко изображения накладываются друг на друга. Это суголосне с доисторическим сознанием древнего человека, для которого нет временной последовательности событий или причинно-следственных связей, а есть сосуществование явлений в пространстве. Композиционным средством заговоров и заклинаний есть ритуальные закрой и специальные окончания-замки, которым скрепляется сказанное. В текстах более позднего периода может встречаться образ ключа, которым скрепляют сказанное и бросают его в воду. Важной формотворчою характеристикой заговоров, заклинаний, клятв является их синтаксически речитативный нерівноскладовий ритм, который значительно отличается от синтаксически-строфічного ритма лирики.

Христианство вело борьбу против магии, как таковой, что противоречит библейскому учению, поскольку предусматривает ожидания помощи от сил природы, умерших духов, демонических существ, а не от Бога; а также враждебное отношение к другим людям, накликання на них вреда. Не смотря на это, магия еще долго сосуществовал с христианством (а Местами сохранилась и до нашего времени). При этом в структуру поэтических формул вошли некоторые библейские и апокрифические образы, которые Приобрели языческой интерпретации, например: «Илья ехал на лошади, тащил ноги по земле, ноги поднял - кровь уняв. Шла Пречистая: одна из Киева, вторая из Чернигова, третья из Нежина, несли серебряную иголочку, шелковую ниточку, рану зашивали, кровь заказывали».

Архаичная система устного народного творчества является интересным с того обзора, что «все мифологические и демонологические представление, магические обряды и ритуалы не только связанные с фантастической сферой - они, как правило, отражают и богатейший міжпоколінний опыт людей, а порой воспроизводят их вековые устремления». В них можем искать объяснения многих фольклорных явлений более поздних периодов.



Назад