Электронная онлайн библиотека

 
 Украинская устное народное творчество

Связь свадебного обряда с другими жанрами


Свадебная драма как система обрядов и ритуальных действий - явление сложное и неоднородное. Она обнаруживает связь с магией в текстах-заговорах на счастье, богатство и благополучие. В свадебной обрядности сохранены элементы чествования домашнего очага, культов предков, деревьев и растений (что проявляется в украшении райского деревца, виплітанні венчиков, посыпанные зерном, изготовлением растительного атрибутики); культов воды (окропления невест, ритуальное омовение как знак скрепления брака); выпекания хлеба (каравая, магическое значение дежи и печи); астральных культов - солнца, луны, звезд; чествование чужаков (тех, что находились за чертой двор, за порогом - «запорожцам»; им во время принятия отдавали всевозможные почести, вгощали) и т.д.

Отдельные тексты зафиксировали элементы древнейших форм язычества. Такой, в частности, является свадебная песня «Горела сосна, пылала, под нев девушка стояла», в которой четко прослеживается упоминание по жертвоприношения молодых девушек, которых привязывали волосами до дерева и поджигали как жертву духу леса. Хотя окончательно не выяснено, каким образом этот ритуал был связан со свадебным обрядом (возможно, как форма брака с деревом - духом леса). М. Костомаров указывает на подобный текст:

Горела липа, горела,

Вшици младенцы плакали,

Под нем паньєнка сидела:

Разве тен эден не плакал,

Кедь на ню искры падали

Шо ю фалешне міловал.

Он перекликается с началом лирической галицкой песни:

Горела сосна, горела,

Горела сосна, горела,

Под нее девушка сидела.

Под нее девушка сидела.

На нее згары спадали,

На нее згары спадали,

За нее парни плакали.

За нее девушки плакали.

Решетом воду носили,

Коновков воду носили.

Из нее згары тушили.

Из нее згары тушили.

М. Костомаров считал, что эта песня, очевидно, является «началом старославянского язичницько-религиозного гимна, который поется при жертвах, и напоминает древний обычай наказывать огнем девушек, утративших невиновность, а, возможно, здесь следует понимать принесение в жертву христианской рабы...».

В обрядовой свадебном драме в западных регионах Украины этот текст как обязательный элемент расплетения косы или прощание с Девушкой сопровождается тем, что исполнители песни и родственники плачут. В этом и других моментах обряд свадьбы связан с похоронными ритуалами (в частности, причитаниями). На многих территориях «оплакивают» невесту или ее девство, прощание с родными, домом, переход в другое состояние.

Языческие элементы прослеживаются в песнях, где упоминается птичье свадьба свадьба или насекомых («Ой, что же это за шум произошел, что комарик и на мухе женился»); или свадьбы свечи, которое по языческим обычаем праздновалось в семьях ежегодно в сентябре.

Значительное количество текстов доносит отголоски обломков архаических мифов, имена языческих божеств. Этим, а также подобной художественно-образной структуре, поэтической системе они перекликаются с календарно-обрядовые произведениями:

Между тремя дорогами, рано-рано, Между тремя дорогами, под утро, Там здибавсь князь с Даждьбогом, рано-рано, Там здибавсь князь с Даждьбогом, под утро. - Ой ты боже, и, Дажбоже, рано-рано, Обрати же мне с доріженьки под утро. Потому что ты богом год от года, рано-рано... ... А я князем раз на веку, под утро. Раз на веку, в воскресеньице, рано-рано, Раз на веку, в воскресеньице, под утро.

Свадебные обряды отражают элементы быта разных эпох и укладов, инсценизируя то, что в прошлом было реальной действительностью: в доисторический период - похищение невесты, заключения брака при воде, освящение его хлебом, договора между родами, выкупа; в княжескую сутки - жизнь жены и княжеского двора, военных нападений и походов, турецко-татарский символика; в казацкий период - персонажи казачков, маршалов и казацкого устройства, элементы одежды. М. Сумцов и другие исследователи указывают и на то, что славянское свадьбы понесло на себе и латинского-римских влияний дохристианского периода.

Всех этих разнохарактерных и разновременных воздействий понесли и тексты обрядовых песен, что в прошлом выполнялись двумя хорами, которые были представителями обоих родов. Это отразилось на форме песен и на их тематике и художественно-образной структуре.

Следует отдельно отметить влияние христианства на обряд свадьбы и библейских текстов на символику обрядовых песен. По христианским обычаям брак происходит в форме признания двух людей перед Богом и людьми об их взаимную любовь и скрепления ее присягой верности друг другу до конца жизни (не в зависимости от обстоятельств - болезни, увечья, бедности и т.д.). Традиционно заключения брака осуществляется священнослужителем в присутствии свидетелей с руководством молодой пары в библейской мудрости и сожительстве по законам Слова Божьего. В обряде свадьбы, как и в календарно-обрядовой творчества, элементы двух противоположных мировоззрений слились в синкретическую целостность, в которой соединились церковные обряды присяги перед Богом и языческие - каравай, окропление водой, посыпка зерном и т.д. Этот синкретизм отразился на всех сторонах свадебного обряда (включая атрибутику и одежда, где по христианскому обычаю белый одежда невесты дополняется традиционно языческим зеленым венком, свадебными букетами).

Понесли христианского влияния и обрядовые тексты, в которых благословение для молодых просят от Бога («Благослови, Боженьку, и ты, Божая Мать, венчик увивати»); отдельные тексты предназначены для пения во время проводов молодых к церкви и их дороги после брака до дома. Песен сугубо библейской тематике очень мало. Отдельные зафиксированы образцы могли быть заимствованы из апокрифических текстов или книг Священного Писания. Таким, например, является мотив превращения Иисусом воды в вино в Кане Галилейской. Христианской традиции является завершение свадьбы песней «Многая лета», в которой просят у Господа долгой жизни и благополучия «во здревіє и спасение» молодоженам, их родителям и гостям, всем, причастным к свадьбе.

Богатство и разнообразие тематики, а также значительные различия на разных территориях свадебных обрядовых песен, является причиной трудностей в их классификации. Традиционно их разделяют на группы, относительно того, на каком этапе свадебной драмы они выполняются.

Другую классификацию подает Ф. Колесса, который учитывая содержание текстов разделяет свадебные обрядовые песни на такие группы:

1) песни, которые завещают, описывают и объясняют одиночные действия свадебной драмы и передают настроения ее участников: сумм родителей, что их дочь покидает; сожалению молодой за родней и дівоцькою свободой; неуверенность и тревогу за будущую судьбу и др.;

2) песни завораживают счастье-судьбу... с апострофами (обращаясь) до космических сил - солнца, луны, звезды... и мотивами-віззваннями в Бога и святых, как покровителей супружества;

3) песни, которые возвеличивают молодых, их родителей, жену, свадебных гостей (здесь выступают как можно ярче черты княжеской эпохи); сюда относятся также прибільшені похвалы для свадебного «пиру», каравая, даров, «должность», строев;

4) песни эротического (любовного содержания: о любовные отношения молодых, взаимное выжидания, дары;

5) голосільні мотивы: нарекания молодой на родителей, которые отдают ее в чужую семью, на неопределенную судьбу, плач відданиці-сироты, что будит умерших родственников и приглашает на свою свадьбу;

6) шутливые и насмішливі песни: передирки между дружками и дружками, сватами и сватами, насмешки из старост и бояр.

Свадебные обрядовые песни связаны с другими жанрами устного народного творчества: кроме магии, в сочетании с драматическими действиями эти тексты приближенные к весенне-летней календарной обрядности, игорь. Тематикой любви, образами роще, сада, цветов, птиц, реки, колодцы и т.д они перекликаются с колядками, щедривками, веснушками, гаевками, русальними и купальськими песнями; их символика близка к календарной зимнего (окропление водой, посыпка зерном); весеннего и летнего (веночки, использование веточки, цветов и трав); осеннего циклов (в обрядах выпечки каравая, осыпание зерном). Архетип воды роднит эти тексты с купальськими, щедровками и крещенскими песнями. К произведений годовой цикличности свадебные песни приближенные и символикой чисел. Так, символическое число 700, что встречаем в обрядовых песнях зимнего цикла о 700 молодцов, повторяется во многих свадебных текстах:

Не стой, сосно, развивайся рано, рано, Не стой, сосно, развивайся и ранней; Розвий, сосно, семьсот цветков рано, рано... ... Всем боярам по цветочке рано, рано...

Или:

Ой налетело семьсот голубей и на наш двор.

Познавай же, дівко Палазю, а где твой?

И что білесенький, білокриленький, то не мой,

А что сизесенький, сизокриленький, так то мой.

Ой наехало семьсот бояр и на наш двор.

Познавай же, дівко Палазю, а где твой?

Что в синем и сером, то не мой,

А что в голубом и на вороном, так то мой.

Атрибутикой княжеской эпохи, инсценировкой жизни княжеского двора, загадками, задачами и испытаниями, мотивом дороги и прочее эти обрядовые тексты и ритуалы перекликаются с героическим сказочным эпосом, в меньшей степени - с неказковою народной прозой. С народными сказками их роднит также мотив превращения:

Ой же хитрый, мудрый Иванко:

В воротах стал ивой,

Из-под леса взійшов тучей,

В сени влетел голубком,

Поле перешел дождиком,

В дом вошел молодцом,

Во двор подошел рекой,

За столиком сел панычом...

Свадебная драма стала источником тематики малых жанров (пословиц, поговорок, загадок и т. п.) и танцевальных песен (частушек, казачков). Тексты свадебных песен имеют общие элементы с жанрами семейной обрядности, отдельные из них выполняются как застольные наряду с лирическими песнями.

Относительно особенности архитектоники, размером свадебных обрядовых песен являются, как правило, ямб и хорей, заключаемых по схемам 5+3; 6+3, 4+4, 5+5+3, 5+5+7, что уподобляет их к календарно-обрядовых произведений (особенно жниварських). Рядом с двовіршевою строфою здесь

чаще всего используется свободная, где строки заключаются в строфы-тирады, что делает тексты более удобными для импровизации и приближает их выполнения к причитаний и дум.

Большинство этих произведений имеет лирический характер и выполняется преимущественно женщинами. Наряду с традиционными эпитетами, сравнениями тексты свадебной обрядности содержат большое количество художественных паралелізмів, сравнений, на основе которых строятся отдельные тексты:

... Будет ехать Йванко, дитя разумное.

У ворот - росой упадет.

Соколом поле перелетит.

Посреди двора - князем станет,

Селезнем море переплывет,

За столом - зятем сядет...

По образной структуры, то лирические персонажи свадебной словесности в песнях чаще всего предстают в виде тотемных птиц: жених - как сокол, голубь, ястреб; невеста - голубка, перепелка, зозуля:

Сивая зозуленько!

Красная Марисенько!

Не летай раненько

Не выходы раненько

На ярую пшеничку.

На новое підсіненько;

Потому что там на тебя

Потому что там на тебя

Седой сокол засядет,

Сам король засядет

Згляне тя глазками,

Згляне тя глазками,

Пійме тя крилоньками,

Возьмет тя ручками,

Занесет в темни лісонькі,

К чуждої сторононькі,

Между черни галонькі.

К чуждої матонькі,

Там будешь ковати,

Там будешь плакать,

Никому послушать.

Никому пожаловати.

Часто невесты представляются в образах сакральных деревьев (дуб, явора, калины, ели, сосны и др.); растений (хмеля, мака, барвинка, руты, мяты, мальвы и т.п.). Каждый из этих образов в народной системе символов и знаков имеет свою смысловую нагрузку, поэтому используется с учетом конкретной ситуации.



Назад