Электронная онлайн библиотека

 
 История экономических учений

11. Теории монополистической и несовершенной конкуренции


Поставьте монополиста в позицию «мальчика для битья» (в экономическом смысле), и вы увидите, как быстро способные предприниматели снова найдут вкус конкуренции.

  Фридрих Август фон Хайек
В 1933 г. на противоположных берегах Атлантики американец Е. Чемберлин* и англичанка Дж. Робинсон выдали свои книжки, назвав их соответственно «Теория монополистической конкуренции» и «Экономическая теория несовершенной конкуренции».
При всей несхожести эти произведения объединяют достаточно глубокий анализ и обоснование действия рыночного механизма в обстоятельствах, которые нарушают (исключают) условия свободной конкуренции. В частности, оба авторы исходят из того, что рыночная цена складывается не коллективными действиями участников рынка, поскольку неоднородность товарной продукции (дифференциация) оставляет возможность покупателям получать полную информацию о ценах на нее, а фирмам-производителям - конкурировать между собой через отсутствие выбора более эффективной деятельности.
Иначе говоря, неоклассики в лице Е. Чемберліна и Дж. Робинсон основную причину нарушения равновесия в экономике традиционно видят в «категориях» и «законах» экономической среды, в то время как в институционалистов несовершенная конкуренция является следствием влияния на экономический рост прежде всего «человеческого фактора», который порождает социально-психологические, правовые и другие проблемы общественного развития, в том числе - в сфере экономики.
На это обращает внимание Г. Фридмен. По его мнению, теория несовершенной, или монополистической конкуренции,, Е развита. Чемберліномі Дж. Робинсон, является попыткой построить более общую теорию, которая, к сожалению, не имеет ни одного из признаков, что сделали бы ее действительно полезной общей теорией, ее вклад в значительной степени состоял в улучшении изложения экономической теории индивидуальной фирмы, а следовательно, в выводе выводов из маршаллівської модели, усовершенствовании маршаллівського анализа монополии и обогащении словаря, пригодного для описания промышленной практики.
  Монополия и конкуренция Одно из главных теоретических положений книги «Теория монополистической конкуренции» заключается в том, что основным условием владение рынком или, говоря словами гарвардского профессора, сутью монополии является контроль над предложением, а следовательно, над ценой, который достигается взаємозаміною конкурирующих товаров, то есть «дифференциацией продукции». Е. Чемберлин по этому поводу пишет: «Вместе с дифференциацией появляется монополия, и по мере усиления дифференциации элементы монополии становятся более значимыми. Везде, где в определенной степени существует дифференциация, каждый продавец имеет абсолютную монополию на собственный продукт, но вместе с тем испытывает конкуренции со стороны более или менее несовершенных заменителей». Исходя из этого, он считает, что о положении всех продавцов правомерно говорить как о конкурирующих монополистов в условиях «монополистической конкуренции».
Рынки, по мнению Е. Чемберліна, связаны между собой, поскольку на каждом из них независимы друг от друга продавцы вынуждены взаимодействовать с целью реализации близкой по своему назначению продукции. При этом ученый убежден, что «рынки в реальной действительности более или менее несовершенны», а «наивный умозаключение о том, что фактическим результатам свойственно «стремиться» к равновесию, не имеет под собой основы». В результате каждый продавец рассматривается как монополист, который формирует собственный круг покупателей, то есть свой субрынок, благодаря своему уникальному» товара, уровень дифференциации продукта» которого отражает, в какой мере продавец регулирует цену и выступает на рынке монополистом. Это означает также, что реальный объем предложения товаров и услуг окажется меньше, а цены на них будут выше, чем в условиях «чистой» конкуренции: монополия продавца на свой продукт и монополисты, конкурирующие между собой в условиях монополистической конкуренции, невозможны, по мнению Чемберліна, без основного условия - дифференциации продукта. В чем же заключается суть этой категории и почему она связывается ученым с теорией стоимости? Какое отношение к дифференциации продукта имеет реклама? На эти и другие вопросы мы можем найти достаточно исчерпывающие ответы, обратившись к содержанию упоминавшейся труда американского ученого.
Так, в четвертом разделе, названном «Дифференциация продукта», Е. Чемберлин, раскрывая суть этой категории, отмечает, что основным признаком дифференцированного продукта является наличие в товаре или услуге) одного из продавцов существенной отличительного признака. Этот признак для покупателя может быть как реальным, так и мнимой, лишь бы она привела к тому, чтобы было отдано предпочтение именно его продукта. «Там, где существует такая дифференциация, - уточняет автор, - покупатели будут объединяться с продавцами не по воле случая и не беспорядочно (как это происходит при чистой конкуренции), а согласно выбора на основе преимуществ определенного товара».
Следовательно, продавец - монополист, по логике Е. Чемберліна, может увеличивать объем своей продукции, прибегая к дополнительным расходам, снижая цены и считая, что другие продавцы одноименной группы товаров не смогут сразу поступить так же, то есть поднять уровень издержек производства. В этом, по его мнению, заключается основная причина того, что фирма-кон-курент, которая производит данный товар, снижая на него цену или осваивая выпуск нового конкурирующего товара, по сути не обращает внимания на то, что аналогичные меры могут быть приняты другими производителями. С точки зрения методологии экономической науки, как считал М. Фридмен, "до тех пор, пока утверждается мнение, что дифференциация продукта имеет существенное значение - а это основной тезис теории монополистической конкуренции, - не может использоваться определения отрасли как группы фирм, которые выпускают аналогичный продукт".
Причем известно, что в связи с ответной реакцией Е.Чемберліна на критические нападения М. Фридмена и других оппонентов из Чикагского университета по поводу методологической предпосылки о месте совершенной (чистой) конкуренции, экономическая теория и экономическая литература обогатились еще одним понятием - "чикагская школа".
Впоследствии, развивая свои идеи о процессе "дифференциации продукта" как о естественную реакцию конкурентов на не менее естественное проявление самой конкуренции, Е.Чемберлін обосновывает возрастающее влияние на этот процесс неценовых факторов конкуренции, имея в виду обусловленные особыми и индивидуальными свойствами качество товаров и рекламу. При этом он пишет: "Дифференциация может основываться на определенных особенностях самого продукта, таких, как особые свойства - фабричные марки, фирменные названия, своеобразие упаковки или тары (если такие есть), или же таких, как индивидуальные особенности, которые принадлежат к качеству, формы, цвета или стиля". Связывая сказанное с розничной торговлей, к указанных факторов неценовой конкуренции на базе дифференциации он добавил еще и такие, как "выгодное местонахождение продавца, общая атмосфера или общий стиль, присущие его заведения, манера ведения дел, его репутация как честного дельца, любезность, деловая ловкость и связи, которые связывают его клиентов или с ним самим, или с теми, кто у него работает".
Совокупность перечисленных факторов, по мнению Е.Чемберліна, должен учитываться в рамках истинной теории стоимости. Поэтому ошибочным является то, что монополия и конкуренция рассматривались как тезис и антитезис, он считает, что "учет обоих есть во многих случаях непременным условием рационального объяснения цен". Несмотря на то, что по существующим стереотипом "даже само выражение "монополистическая конкуренция" представляется многим парадоксом, жонглированием словами", необходимо, пишет он, понимать: "при чистой конкуренции рынок каждого продавца сливается с рынками его соперников, за условий же, которые имеем сейчас (в условиях монополистической конкуренции. - Авт.), приходится считаться с тем, что этот рынок, как известно, отделенный от других, так что в совокупности они представляют собой не единый рынок многих продавцов, а сеть взаимосвязанных рынков, распределенных между продавцами по одному на каждого".
Если принять первое условие, соглашается Е. Чемберлин, тогда, согласно теории чистой конкуренции, рынок отдельного продавца сливается с общим рынком, и любой продавец может сбыть столько товаров, сколько ему хочется, но по действующей цене. По другим условием, когда через монополистическую конкуренцию рынок отдельного продавца в определенной степени отделен от рынков его соперников, объем сбыта товаров «лимитированный» и определяется следующими тремя факторами: 1) цене; 2) особенностями продукта; 3) расходами на рекламу.
Гарвардский профессор был уверен в том, что в предложенной классификации факторов монополистической конкуренции на основе дифференциации продукта есть факторы, которые инициируются продавцами для влияния на потребительские решения покупателей. Среди этих факторов он выделял такие, которые препятствуют снижению цены, в частности склонность потребителя рассматривать более низкую цену как показатель низкого качества продукта.
Однако и в других случаях, как утверждает автор «Теории монополистической конкуренции», конкурентная борьба продавцов-монополистов не исчерпывает себя. При этом он ссылается на собственные жизненные наблюдения. Для примера рассматривает деятельность гаража (ночной стоянки), где прибегают к скрытому снижение цен на свои услуги, что совсем не ухудшило культуру обслуживания, когда каждому клиенту предлагалась дополнительная бесплатная заправка машины одним gallon (1 галлон = 3, 785л) бензина. В результате оборот этого продавца, который решил скрыть цены на свои услуги, немного снизится, но при этом уменьшится вероятность того, что и другие продавцы последуют его. Итак, «скрытые факторы способствуют поддержанию цен на искусственно высоком уровне», даже если цены «поставлены по обычаю или традицией».
Именно к специфической особенности монополистической конкуренции относит Е. Чемберлин том, что она удовлетворяет ценовую конкуренцию, через что постоянным и привычным становится феномен избытка мощности, который (избыток) «безнаказанно» растет в течение долгих периодов благодаря покрытию его ценами, что всегда превышают расходы. По мнению ученого, этот феномен, который свидетельствует о степени владения «известными частями общего рынка», поддерживается не только отдельными патентами и фабричными марками, но и такими понятиями, как репутация, ловкость, особые способности, что является частью сферы деятельности людей свободных профессий, и они также выступают предметом теории монопольных доходов. Как пример, ученый рассматривает «изящного врача», услуги которого, по сравнению с «обычным врачом», очевидно, на самом деле и»...не взаємозамінюваними и не продаются по одинаковой цене (как это происходит с продуктами из лучших и худших земель, на которых производится пшеница)».
Гарвардский профессор в конце пятого раздела своей книги доходит до еще одного серьезного выводу: «Проблема цены дифференцированного продукта не может быть втиснутою в рамки конкурентных кривых спроса и издержек, поскольку это приводит к известных ошибок в выводах: цена становится очень низкой, масштабы производства - очень большими, а число предприятий - слишком малым. Кроме этого, два дополнительные аспекты конкуренции - дифференциация и расходы сбыта - выпадают совсем». Вот почему,
отмечал Е. Чемберлин, неполное значение цен снижает эластичность спроса на продукты, подобно тому, как реклама, парализуя действие этого фактора, делает спрос более эластичным, а ценовую конкуренцию - шире, перекрывая нужны дополнительные расходы цене.
Таким образом, по мнению ученого, эволюция конкурентной борьбы повышает качество товаров (о чем могут свидетельствовать патенты, авторские права, защитные фирменные знаки и фирменный пакет, и еще - стремление к выгодного месторасположения фирмы с целью качественного улучшения продукции). Реклама, в отличие от условий свободной конкуренции, не допускает слияния рынков. Очевидно, что факторы неценовой конкуренции побуждают фирмы искать новые "ниши" потребления, словно прививая покупателям "денежные каноны вкуса". Так, привычка определять качество товара по его цене будет каждый раз вносить коррективы в вкусы потребителей, если цена будет меняться. Все это, конечно, противоречит постулатам модели совершенной конкуренции и концепции ценообразования в ее условиях, поскольку выводы Е.Чемберліна не соответствуют им. Например, теория рынка с совершенной конкуренцией никак не связывает формирования уровня цены и решения проблемы максимизации прибыли со стимулированием рекламы, то есть реализация неоднородного продукта от этого "фактора" напрямую не зависит и не требует дополнительных затрат.
Более обосновано мнение о кажущееся противоречие теории стоимости с классической и неоклассической версиями этой теории Е. Чемберлин развивает в шестом разделе книги, где подает аргументацию положения о нетождественность, во-первых, издержек производства и отпускной цены производителя и, во-вторых, расходов сбыта с разницей между конечной розничной ценой и ценой производителя. В этой связи он подчеркивает, что расходы не исчерпываются затратами на производство товара в пределах фабрики, потому что включают в себя и расходы на перевозок, сортировка, охрану, доставку домой, поскольку "они увеличивают полезность товара, то есть делают его более пригодным для удовлетворения потребностей". Именно поэтому автор "Теории монополистической конкуренции" приходит к такому выводу: "Определение границы между двумя видами затрат (расходы сбыта и издержки производства. - Авт.) имеет для теории стоимости такое же фундаментальное значение, как определение разницы между предложением и спросом. По сути, первая-разница неизбежно вытекает из последнего. Расходы сбыта увеличивают спрос на соответствующий продукт издержки производства увеличивают его предложение".
Таким образом, по мнению Е.Чемберліна, вместо нереальной категории "чистая конкуренция", которая является искусственной абстракцией, правомерно вести речь о монополистическую конкуренцию, по которой продавцы всегда сохраняют возможность конкурировать между собой, манипулируя ценой и контролируя ее уровень, и быть хозяевами "на своем рынке".
Жалея, что «экономическая мысль оказалась полностью подвластной идеи определенного положения равновесия, которая определяется прирівнянням предложения к спросу», он настаивал на том, что «на повестку дня выходит
переработка различных отраслей экономической теории, которые представляют интерес на основе категории монополистической конкуренции».
Поэтому введенное им понятие «монополистическая конкуренция» стало альтернативным понятию «чистая конкуренция». Ведь за монополистической конкуренции рыночная структура представлена достаточно большим количеством продавцов, и на деятельность одной фирмы не влияет эффективность деятельности другой, конкурирующей с ней; покупатели отдают предпочтение той продукции, которая обозначена в известной торговой маркой и другими качественными характеристиками конкретного продавца. «Дифференцированный продукт», то есть ту или иную марку продукта, который является близким субститутом, имеет возможность производить любой «новый» продавец или, как говорят, «вход» в отрасль или в рынок группы товаров не имеет ограничений.
Итак, если раньше классики и неоклассики решающим условием экономического роста считали чистую конкуренцию и конкурентная борьба допускалась только на объединенном в единое рынка, то по теории Е. Чем-берлина конкуренция имеет место и в условиях монополии на основе дифференциации продукта», когда товары одного и того же вида имеют особые свойства, и покупатель получает возможность отдать предпочтение одному из них. Кроме того, если классики и неоклассики вытеснение чистой конкуренции монополией видят в погасании ценовой борьбы, то, по мнению Е. Чемберліна, конкурентная борьба между конкурентами-монополистами всегда имела место, проявляясь как развитие неценовой конкуренции, вызванной высоким качеством продукта и рекламой.
Кстати, о последней автор «Теории монополистической конкуренции» высказал чрезвычайно важные суждения, актуальность которых во многом сохраняется и в наши дни. Так, в пятом разделе подчеркнуто двоякое влияние рекламы на спрос (имеется в виду ее влияние как на формирование потребностей, так и на их смену). В седьмом разделе влияние рекламы на повышение спроса на продукт связывается с возможностью продавца сбывать большую часть своего продукта, независимо от определенной цены, «чем без помощи рекламы». С этой стороны, отмечает гарвардский профессор, «искусство рекламиста сродни искусству гипнотизера», «поскольку необходимо осуществлять контроль над положением покупателя, и, когда такой контроль установлено, дополнительные расходы (на рекламу) приносят увеличение дохода». Но наряду с этим автор напоминает, что доход от постоянной рекламы увеличивается бесконечно, поскольку «противостояние, которое вызывает уменьшение дохода, все время усиливается по мере того, как расширяются расходы на сбыт». Суждения Е. Чемберліна впервые вызвали у исследователей идей экономического либерализма мнение о том, что не существует ни конкуренции, ни чистой монополии; что монополистическая по своей сути конкуренция может иметь место и при достаточно большом количестве продавцов, обостряясь с увеличением взаимозаменяемости конкурирующих товаров. Именно поэтому убедительными представляются выводы о возможности покупателя в условиях монополистической конкуренции отдавать предпочтение одному из конкурирующих товаров и одного продавца абсолютно неэквивалентного одноименного товара - другому продавцу. Это, по мнению Е. Чемберліна, также означает, что выдержать соревнования с большим хозяйствующим субъектом и быть таким, как и он монополистом, может и мизерный или средний торговец, и производитель; то есть монополия, вопреки марксистским критикам, не обязательно является следствием финансового контроля, концентрации производства и централизации капитала, потому что рыночной системе присущи и усиливающих конкуренцию тенденции. Последние, как известно, обусловлены тем самым научно-техническим прогрессом, при котором использование все более сложной техники, технологий и различного сырья, материалов и готовой продукции позволяет осуществлять деконцентрацію и диверсификацию производства и финансового капитала.
В конце концов, нельзя не обратить внимание на девятый раздел "Теории монополистической конкуренции", включен Е. Чемберліном в книгу в 1937, p. который содержит ряд существенных комментариев. Например, ученый подчеркивает, что дифференциацию продукта не следует рассматривать "в очень широком понимании", поскольку ее (дифференциации) не может быть без хоть незначительной важности этого продукта хотя бы "для определенного числа покупателей". Еще один комментарий связан с понятием "монополистическая конкуренция", которую гарвардский профессор характеризует как "вызов традиционной точке зрения экономической науки", считая, что с ее сущности не следует альтернативная природа таких явлений, как конкуренция и монополия, и что отдельные цены (благодаря этому понятию) "нужно рассматривать либо в категориях конкуренции, или в категориях монополии". Кроме того, говоря о категории "несовершенная конкуренция" и "монополистическая конкуренция", ученый раскрывает тенденциозность суждений тех, кто связывает их "как две разные названия одного явления", и отмечает, что элементы сходства этих категорий "достаточно изучены, но их непохожесть вряд ли осознанная". В частности, он пишет: "...я полностью осознаю, что многие не поймут важность этой разницы и усмотрит в этом лишь вопрос терминологии".
Подводя итоги своих наблюдений, Е. Чемберлин выразил твердую уверенность в естественной сути монополии в конкурентной среде, то есть в том, что суть предпринимательства является в значительной степени "попытками каждого предпринимателя создать собственную монополию, расширить ее насколько возможно и защитить от попыток других предпринимателей расширить свои монополии". Но задача, по его мнению, заключается в том, чтобы через экономическую науку пришло "полное осознание того обстоятельства, что продукт всегда дифференцированный", "что чистую дифференциацию не следует считать во всех отношениях "идеалом" для экономического благосостояния".
Вклад Е. Чемберліна в экономическую науку высоко оценил М. Блауг, который писал: "Одним из парадоксов истории мысли является то, что случай, за который вцепился Чемберлин, - большое количество фирм при свободном входе в отрасль и дифференциации продукта, но без осознанной взаимозависимости - сегодня рассматривается как тривиальная модификация модели совершенной конкуренции. Революция в теории цены, вызвана "Теорией монополистической конкуренции", завершается тем, что возросло количество рыночных структур, которые
экономическая теория должна проанализировать, чтобы показать, что удовлетворительное функционирование рынка - не просто автоматический результат типа конкуренции. В условиях монополистической конкуренции и олигополии суждения о благосостоянии и политические рекомендации не могут основываться только на степени отклонения конкретной рыночной структуры от норм совершенной конкуренции. Теория цены с того времени стала более сложной и менее удовлетворительной... Мы никогда не сможем вернуться к смелых обобщений теории цены Маршалла. Именно по этой причине мы имеем основания говорить о чемберлінську революцию в современной микроэкономической теории подобно тому, как говорим о кейнсіанську революцию в макроэкономике».
Поэтому Э. Чемберлин и сторонники его теории монополистической конкуренции выдвинули положение о сохранении конкуренции и при групповой монополии», которая предусматривает распределение сфер впиливу на рынке между партнерами-конкурентами с целью реализации неоднородной (дифференцированной) товарной продукции без снижения цены до уровня ограниченных затрат. Другой характерной особенностью современной редакции теоретических положений Е. Чемберліна является рассмотрение наряду с дифференциацией продукта», то есть его исключительной признаку, дополнительных неценовых условий усиления монополистической конкуренции, таких как: техническое совершенствование, достигнутое отдельным товаропроизводителем; особое обслуживание покупателей, которые создают фирме респектабельную репутацию и т.д.
  Теория несовершенной конкуренции Джоан Вайолет Робинсон (1903 - 1983) закончил Кембриджский университет, стала одним из выдающихся представителей и продолжателей учения «А школы. Маршалла». Должность профессора в этом же университете занимала в 1965 - 1971 гг. Она принадлежит к тем теоретиков экономической науки, мировое признание которым принесли работы, созданные в начале творческого пути («Экономическая теория несовершенной конкуренции» была написана Джоан Робинсон в возрасте 30 лет).
Основная идея этой книги основывается на изучении рыночных аспектов функционирования монополий, конкуренция между которыми через нарушение равновесия в экономике есть, на ее взгляд, несовершенной (по терминологии Е. Чемберліна - монополістичною).
Как и Е. Чемберлин, Дж. Робинсон ставит перед собой первоочередную задачу: выяснить механизм установления цен в ситуации, когда производитель является монопольным владельцем производимой продукции, то есть то, почему цена имеет именно такую величину и почему покупатель соглашается покупать товар по установленной продавцом цене, которая приносит ему монопольную прибыль. Дальнейшие рассуждения ее во многом расходятся с суждениями Е. Чемберліна. В частности, если последний монополистическую конкуренцию связывал с одной из характеристик природного состояния рынка в равновесии, то Дж. Робинсон, говоря о несовершенную конкуренцию, видела в ней прежде всего нарушения и потерю нормального равновесного состояния конкурентной хозяйственной системы, а также «эксплуатацию» наемного труда.
В "Теории несовершенной конкуренции" суть монополии рассматривается как фактор, что дестабилизирует социально-экономические отношения рыночной среды. В этой работе можно выделить следующие положения.
  По-первое, по мнению Дж. Робинсон, в условиях совершенной конкуренции предприниматели меньше заинтересованы в монополизации производства, чем в условиях несовершенного рынка, в котором отдельные фирмы не могут достичь оптимальных размеров, функционируют неэффективно, и "поэтому монополист имеет возможность не только повысить цены на свою продукцию, ограничивая ее выпуск, но и уменьшить издержки производства путем совершенствования организации производства в отрасли".
  По-второекак считает Дж. Робинсон, кроме того, что монополия требует отделения продукции от "товаров-субститутов", иначе говоря - дифференциации; необходима и дополнительное условие, согласно которой "фирма-монополист должно характеризоваться размерами, превышающими оптимальные".
  По-третье, на монополистическому рынка с его несовершенной конкуренцией, как доказала Дж. Робинсон, возможна ситуация, что требует объяснения "каким будет количество купленной продукции, если рассматривать рынок не как совокупность огромного количества конкурирующих между собой покупателей, а как одно объединение покупателей". Эту ситуацию концентрации спроса, когда на рынке действует масса мелких продавцов и один-единственный покупатель, она назвала монопсонією, то есть монополией покупателей.
Используя в качестве критерия разное сочетание количества покупателей и количества продавцов, изобразим картину рынков в виде таблицы (табл. 2).
  По-четвертыйе, завершая собственные теоретические исследования, Дж. Робинсон приходит к выводу, что преобладание в мире условиях несовершенной конкуренции способствует возникновению тенденции к эксплуатации факторов производства и усиливает ее благодаря возникновению крупных объединений, которые поглощают много конкурирующих фирм, что увеличение размеров единицы управления обязательно побуждает к еще большей несправедливости в распределении богатств.

Таблица 2. Классификация рынков

Исходя из отдельных суждений о проблемах монополизации производства, Дж. Робинсон указывает на необходимость решения дилеммы - эффективность или справедливость. По ее мнению, «...чтобы объяснить преимущества монополизации, недостаточно показать, что она способствует повышению эффективности производства». Однако, как отмечал М. Блауг, «вера в то, что «эффективность» и «справедливость» могут быть определенным образом разделены, является одной из древнейших иллюзий экономической науки».
В результате своих наблюдений Дж. Робинсон могла бы сделать и другие выводы, в том числе о конкретную степень государственного вмешательства в экономику с целью устранения выявленных ею противоречий несовершенной конкуренции. Обоснование такой степени предложил через три года после выхода в свет книги Дж. Робинсон представитель кембриджской школы и один из учеников А. Маршалла Дж. Кейнс.
Закончив рассмотрение «Теории монополистической конкуренции» Е. Чем-берлина и «Экономической теории несовершенной конкуренции» Дж. Робинсон, следует задуматься над вопросом о том, означает ли отсутствие в их теориях четкой концепции государственного регулирования экономики показания непризнание ими ее необходимости. Утвердительный ответ означала бы, что оба наблюдатели не отступили от ортодоксальных смітіанських постулатов экономического либерализма, согласно которым экономика якобы является саморегулирующимся механизмом, что не нуждается в регулировании со стороны государства.
Появление этих разработок именно в 1933, p. то есть после мирового экономического кризиса 1929 - 1933 гг., по нашему мнению, является далеко не случайным и прежде всего потому, что и Е. Чемберлин, и Дж. Робинсон сумели показать в них основное: отличаясь огромной мгновенной силой, конкуренция - и «монополистическая», и «несовершенная» - нуждается в то же время создание механизма, который бы обеспечил и гарантировал ее сохранения. И то, что создателем идеи о экономические, правовые и социальные основы этого механизма стал именно Дж. М. Кейнс, является, очевидно, логическим следствием осмысления вклада в экономическую науку вышеупомянутых профессоров Гарвардского и Кембриджского университетов.
Современная рыночная экономика не восприняла много идей субъективного направления маржиналізму. В частности, например, она отказалась от чисто психологической трактовки полезности и ценности благ, вводя для этого денежную мере оценки. Но вместе с тем она широко пользуется предельным анализом для оценки не только полезности материальных благ, но и других экономических функций. Современное понимание функции полезности выражает Дж. Робинсон.
В рыночной экономике принято различать, во-первых, общую полезность блага и, во-вторых, предельную его полезность. В соответствии с этим вводится функция полезности, которая зависит от количества употребляемого блага, и функция предельной полезности. Если обозначить полезность блага через U, его количество через Q, то функцию полезности можно выразить формулой
  U=f (Q).
Предельная полезность блага определяется в современной трактовке той дополнительной пользой, которую приносит последняя часть или порция материального блага. Другими словами, как отмечает Дж. Робинсон, она составляет дополнительную часть общей полезности, которую получает покупатель в случае приобретения им дополнительной единицы определенного блага.


Назад