Электронная онлайн библиотека

 
 История экономических учений

9.3.4. Историческая судьба политической экономии


Первоначально вопросы, связанные с возникновением и развитием политической экономии как науки, рассматривались в двух плоскостях. Первая - выяснение причин относительно более поздней по сравнению с рядом других общественных наук появления политической экономии как самостоятельной отрасли систематизированного человеческого знания. Вторая - постановка и раскрытия вопроса о политическую экономию в узком и широком смысле слова. Сначала существовал определенный хронологический разрыв между И постановкой и решением поставленных проблем. Однако в последней трети И XIX в. они уже рассматривались одновременно в работах одних и тех же ученых. Практически ни один из украинских экономистов первой половины XIX в. нее прошел мимо вопрос о причине позднего появления науки политической экономии. Особенно заметное место занимал его рассмотрение в работах Т.Ф. Степанева, И.В. Вернадского, Н.Х. Бунге и др. Не вдаваясь в множество нюансов рассматриваемой проблемы, отметим несколько принципиально важных выводов, в которых пришли наши соотечественники.
Первый. Политическая экономия как наука, то есть соответствующим образом сост-1 кована, систематизированная, относительно самостоятельная отрасль человеческого знания, существует И лишь со второй половины XVIII ст. К тому времени она была собранием эмпирических положений и практических рекомендаций в области хозяйственного жизни, сгруппированных по разным системам. Такой характер в целом имели экономические взгляды античных мыслителей, отцов церкви, меркантилістська система и учение И ее ближайших предшественников.
Второй. К числу причин такой сравнительно позднего появления политической экономии как науки по сравнению с философией, историей, правом и т.д чаще всего относили отсутствие развитых товарно-денежных и кредитно-денежных отношений, сложившихся национальных и мирового рынков, политических свобод от тирании европейских монархий. Ряд ученых (В.Ф. Левитский, Г.Ф. Симоненко, К.Г. Воблый и др.) особое значение придавали появлению и J развития научных методов исследования. "Экономические науки для своего появления, так сказать, ждали того исторического момента, когда в области человеческого) знания и обществознанию окрепли позитивные методы исследования, - подчеркивал В.Ф. Левитский. - Для того, чтобы состоялось становление экономических наук, необходимо было, чтобы предварительно появился Бекон со своим методом индукции, появилось естествознание, было нужно достижения определенной стадии развития политических наук и философии, которые дали целый ряд основных предпосылок для построения системы экономических знаний".
В экономической науке последней трети XIX в. достаточно четко определялись! две позиции относительно возможности и необходимости существования политической экономии как j теоретической науки в будущем социалистическом обществе. Разумеется, последнее в тогдашних условиях рассматривался как гипотетическое. Суть первой позиции удачно сформулировал профессор политической экономии Кембриджского университета Дж. Н. Кейнс (отец знаменитого основоположника нового направления экономической науки Дж. М. Кейнса). Он писал: "Хотя можно противопоставлять современной политической экономии, поскольку она служит специально для освещения существующего экономического порядка, ту форму, которой должна будет вступить наука, предназначенная специально для освещения явлений, которые должны развиваться в социалистическом обществе, однако было бы явной ошибкой представлять, якобы торжество социализма знаменовало бы исчезновение политической экономии как науки"1. Более того, Дж. Н. Кейнс допускал возможность существования теоретической политической экономии даже в чисто коммунистическом обществе, которое, по тогдашним общими представлениями, предполагало полное устранение товарного производства и обмена.
Эта позиция была хорошо известна отечественным экономистам. Однако подавляющее большинство их не восприняла достаточно убедительные аргументы Дж. Н. Кейнса и ряда других выдающихся ученых, например Л. Вальраса, В. Парето, Е. Бароне.
Для отечественных экономистов типичным было отрицание возможности и необходимости существования экономической теории в будущем "нерыночной" обществе. Так, М.И. Туган-Барановский, хоть и сам выделял политическую экономию в широком смысле слова, в полемике со сторонниками концепции возможности существования экономической теории, изучающий систему коллективности", прямо заявил: она "не может сложиться в точную науку о причинные функциональные соотношения хозяйства, как современная политическая экономия. В основе такого возражения лежало ошибочное предположение о возможности существования объективных экономических законов только в стихийном товарно-капиталистическом хозяйстве и кантіанської идеи соотношение цели и объективности.
Поэтому, делал вывод ученый, есть полное основание признавать судьбу политический экономии как своеобразной науки о причинно-функциональные отношения хозяйственных явлений, тесно связанной с современным народным хозяйством. "Вместе с ним она возникла и развилась и вместе с ним должна сойти со сцены, - считал М.И. Туган-Барановский. - За социалистического строя для этой науки места не будет, хотя именно в нем практические знания, которые принадлежат к области экономической политики, и все необходимые для этого вспомогательные научные дисциплины - например, статистика - должны получить чрезвычайное развитие. Политическая же экономия превратится в теорию экономической политики, а частично войдет в состав более общей науки об обществе - социологии". Подобного мнения придерживались известные отечественные и зарубежные ученые - Л.И. Петражицький, П.Б. Струве, М.И. Бухарин, В. Зомбарт, Г. Гільфердінг и др.
Практическая реализация провозглашенной идеи о равноценности и равноправие различных экономических школ и направлений наштовхувалась прежде всего на противоположность марксистского и немарксистського подходов к анализу экономических явлений и процессов. Поэтому основной задачей экономической науки В.Ф. Левитский рассматривал "примирения" марксизма как социалистического учения с "индивидуалистскими", то есть всей тогдашней политической экономией, которая базировалась уже преимущественно на теоретических основах неоклассики. Однако "примирения", по мнению В.Ф. Левитского, должна заключаться не в замене индивидуализма социализмом, а в определенном сочетании этих двух "основ" в народном хозяйстве". "Можно думать, - писал ученый, - что устранения недостатков и несовершенств капиталистического строя, которые нашли яркое отражение в произведениях социалистов, будет происходить путем ограничений и частично обобществления частной собственности и отдельных отраслей народного хозяйства как государством, так и коммунальными органами". По сути, ученый, выступая за необходимость социальных реформ и активное государственное вмешательство в экономическую жизнь, обосновывает одновременно и идею смешанной экономики. Как известно, концепция смешанной экономики приобрела чрезвычайного распространение во второй половине XX века. Итак, украинские ученые-экономисты, в первую очередь В.Ф. Левитский и М.И. Туган-Барановский, выступали ее провозвісниками.
В 20-40-х годах XX в. мнение о "конец политэкономии" в ходе многочисленных дискуссий советских ученых была преодолена и, казалось, навсегда. Однако в 90-е годы ученые молчаливо и массово фактически вернулись на старые позиции. Но вращения в заколдованном круге не завершилось. Правда, теперь уже речь идет не о политической экономии коммунизма (социализма), а лишь о восстановлении статуса политической экономии как общетеоретической дисциплины в государственных общеобразовательных стандартах и как науки - в национальной классификации наук, а также о ее бюджетное финансирование. За этим стоит широкий круг животрепещущих вопросов: о ретроспективный анализ известных дискуссий относительно предмета и метода политической экономии и получения надлежащих уроков из них; специфику предмета политической экономии, которая определяет ее особое незаменимое место в системе экономических наук и в преподавании экономической проблематики в высших учебных заведениях; недопустимость отождествления политэкономии и марксистской политэкономии; о необходимости творческого развития политической экономии на основе новых исследований, которые предусматривают освоение новых достижений экономической науки и т.п.
Таким образом, совершенно неожиданно отечественная экономическая мысль конца XX - начала XXI в. по вопросу об исторической судьбе политической экономии как теоретической науки оказалась в положении внешне очень подобном положения конца XIX - начала XX вв. Существенное отличие заключается в том, что тогда отрицалась возможность существования политической экономии как науки для будущего, а сейчас - для современности.



Назад