Электронная онлайн библиотека

 
 История мировой и отечественной культуры

3. Периодизация культуры и цивилизации. Смысл изучения истории культуры


Французский культуролог Ипполит Тэн (1828-1893) писал: «Вы едете к Версалю и обурюєтесь вкусом ХVII ст. ...Но прекратите сейчас судить с точки зрения ваших собственных привычек. Мы имеем правы, когда восхищаемся диким пейзажем, как и они были правы, когда такой пейзаж навевал на них скуку. Для людей ХVII в. не было ничего потворнішого, чем настоящая гора. Она вызывала у них много неприятных впечатлений... Люди той эпохи были уставшие варварством, так же как мы-уставшие цивилизацией. Эти горы... дают нам возможность отдохнуть от наших тротуаров, бюро и магазинов. Только по той причине нам и нравится дикий пейзаж». Эти слова достаточно ясно иллюстрируют сущность исторического подхода к изучению культуры, который заключается в определении предпосылок развития культуры, то есть исторического контекста общественных условий, в рамках которых возникали те или иные явления культуры. В связи с этим необходимо применять метод периодизации, то есть поделить историко-культурный процесс на определенные эпохи, которые качественно отличаются друг от друга.

Исходя из данной периодизации, изучение культуры отдельного периода будет происходить в следующей последовательности: 1) определение основных исторических особенностей периода, которые включают характеристику общественных, политических и экономических процессов, которые влияли на развитие культуры; 2) выяснение мировоззренческих основ развития культуры данного периода, для чего привлекаются данные из мифологии, религии, философии, морали и истории науки; 3) изучение искусства данного периода: литературы, архитектуры, пластических искусств и т.д., в его наиболее характерных видах, жанрах и художественных формах. Согласно такому подходу, главное внимание должно быть направлено на усвоение основных текстов культуры: мифологических, религиозных, философских, морально-дидактических, научных, юридических, литературных, художественных и т.д.

В современной науке существует тенденция понимать под текстом не словесное произведение, но любое произведение искусства, что существует в пространстве и времени. Согласно этому к «текста» относится не только нотное письмо, пьеса, сценарий, но и их исполнение, постановка, съемка. Тестом также будет произведение живописи, графики, архитектуры и т.д., поскольку то, что они представляют (определенную историю, идею, миф, пейзаж и т.д.) можно передать словами, и то, что они означают (как образ, знак, символ, аллегория) может быть включено до определенного контекста (скульптура Алтаря Зевса, садово-парковый комплекс Версалю и т.д.). Таким образом, культуру можно рассматривать как определенную совокупность текстов, в которых аккумулирован опыт человечества, созданные им ценности, нормы, стандарты поведения, технологические знания, способы деятельности и т.п.

С этой точки зрения, изучение культуры можно представить, пользуясь определением немецкого ученого XVIII ст. Августа Бека как «познание познанного», то есть постижения содержания и формы текстов культуры, а также основных способов и методов их толкования (интерпретации). «Пассивный» или «репродуктивный» на первый взгляд, этот процесс на самом деле представляет собой творческий акт, потому что, воспринимая зафиксированы или закодированы в текстах культуры ценности, человек формирует себя как личность. Российский культуролог Юрий Лотман отмечал: «Культура всегда подразумевает сохранение предыдущего опыта. Более того, одно из важнейших определений культуры характеризует ее как «негенетичну» память коллектива. Культура есть память. Поэтому она всегда связана с историей, всегда возлагает непрерывность нравственного, интеллектуального, духовного жизни человека, общества и человечества. И поэтому, когда мы говорим о культуре нашу, современную, мы, возможно, сами того не подозревая, говорим и о огромный путь, который эта культура прошла. Путь этот насчитывает тысячелетия, он переходит границы исторических эпох, национальных культур и погружает нас в одну культуру - культуру человечества».

Одним из результатов изучения текстов культуры должно стать умение находить взаимосвязи между ними: исторические, смысловые, формальные, идейные, стилистические и т.д. С одной стороны, это даст возможность создать «культурный образ» эпохи, понять ее уникальность, с другой - может стать основой исторического восприятия культуры, потому что каждый текст, по-сути, является звеном, которое связывает времена: он «впитывает» в себя элементы более древних текстов, и сам, в свою очередь, становится основой для создания новых текстов. Вот как находит связанности между научными и художественными текстами российский скульптор Наум Габо (1890-1977): «На первый взгляд, кажется неправдоподобным, чтобы между научной теорией - например, Коперника, - и картиной, например - Рафаэля может существовать аналогия. Тем не менее, найти общую идею для одной и другой творчества нетрудно. Учение о Вселенной Коперника встречается с художественной концепцией Рафаэля. Рафаэль никогда бы не осмелился портретувати свою знаменитую кухарку как Мадонну, когда бы не принадлежал к поколению, готового отбросить геоцентричну модель Вселенной. В художественной теории Рафаэля так же нет места религиозному мистицизму, как и в труда Коперника «Об обращении небесных сфер». Для них обоих Земля не является центром Вселенной, а человек уже не выступает венцом творения и одиноким героем космической драмы. Ее бытия уже не кажется мистическим, нематериальным явлением Средневековья. Одновременно тот же дух царил в флорентийских мастерских. Таким образом, связь между наукой и искусством никогда не переставала существовать на протяжении длительности человеческой культуры».

Понятно, что «общая идея» будет общим не только для науки и искусства, но и для экономики и искусства, литературы и политики, религии и архитектуры и т.д., ведь «более светский взгляд на вещи» в эпоху Ренессанса был присущ как ученым и художникам, так и политикам, предпринимателям, мореплавателям, клира - всем тем, кто, собственно, и определял «лицо эпохи». Нет сомнения, что постижение такой «общей идеи» или несколько «общих идей», которые имеют решающее влияние на развитие различных отраслей культуры определенной эпохи, народа или региона - является началом и завершением любых историко-культурных исследований.

Изучение истории культуры также может иметь глубокий воспитательный смысл: исследуя тексты, созерцая произведения искусства, слушая музыку, человек «находит себя», осмысливает свое место в мире и обществе. Карл Густав Юнг заметил: «В Европе и во всех цивилизованных странах проживает много варваров и людей античности, очень много христиан средневековья. И наоборот, сравнительно мало тех, чье сознание соответствует уровню сегодняшнего дня». Дело в том, что в современном, чрезвычайно дифференцированном мире существуют реальные возможности создавать и внушать обществу односторонние, искажены, а то и патологические «картины мира». Под видом «возрождения национальной культуры» или, наоборот, ее «модернизации» - обществу может быть предложена мировоззренческая модель, полностью коренится в прошлом: достаточно вспомнить «арійсько-варварские» элементы фашизма или «античное» окраску «реального социализма».

Это очевидно, что навязывание подобных взглядов возможно при условии некритического восприятия информации, которое вытекает из низкого уровня образованности в области наук о культуре и особенно - за почти полного отсутствия знакомства с самыми тестами культуры. С этой точки зрения история культуры выполняет важное мировоззренческое задачи: побуждает человека «упорядочивать» мир в индивидуальный космос и помогает определить основные параметры ценностной ориентации в нем. Макс Вебер отметил: «Культура» - это тот фрагмент бессмысленной мировой бесконечности, который, с точки зрения человека имеет смысл и значение». Это очевидно, что человеку, который уже имеет свой собственный «фрагмент» в бесконечности культуры гораздо труднее навязать иную точку зрения, и, тем более, заставить поверить в некий очередной утопический проект.



Назад