Электронная онлайн библиотека

 
 Культурология: украинская и зарубежная культура

"Субкультура" и ее функции


Типы воспроизводства и культуры - теоретико-методологические понятия, с помощью которых можно членувати, дифференцировать культуру на ее, так сказать, внутреннем уровне. Когда же речь идет о ее эмпирическое осмысления, ученые обращаются к более конкретных понятий, которые делают возможным изучение реальностей процесса. На этом пути теоретиками культуры, социологами, социальными психологами, этнографами все чаще используется понятие "субкультура". Логическим фундаментом его возникновения является то, что культура - концентрированный, организованный опыт деятельности конкретно-исторической, социальной, этнической общности людей в ограниченном временем и местом размещения пространстве, объединенных общими интересами, потребностями, ценностями, установками, стереотипами. Субъектом культуры могут быть: общество в целом как выразитель вероятно определенной культуры; лицо - носитель специфических представлений, своего "личностного" культурного опыта; группа как совокупность личностей с подобными культурными характеристиками. В связи с этим возможны три уровня культурно-теоретического анализа: общо-социальный, локально-групповой и личностный.

Любое сообщество - носитель определенной субкультуры. Субъект в сообществе всегда формируется как противоречивое единство общества и лица, иерархии сообществ. Традиции, обычаи той или иной человеческого сообщества, образцы, нормы, верования, средства и цели собственной деятельности являются важными характеристиками культуры человека, непосредственным содержанием его сознания и поведения. В этом контексте деятельность человека всегда культурно обусловлена, имеет культурный смысл. Каждая составляющая этой предопределенности и этого смысла - целенаправленная на тот или иной элемент человеческой деятельности культура.

Выделение понятия "субкультура" имеет важное методологическое значение. Прежде всего оно подчеркивает внутреннюю дифференцированность культуры. В нем отражается и необходимость, и потребность в культурном разграничении и самоопределении людей как членов вероятно определенных социальных групп. Каждая группа имеет специфические признаки, которые можно обобщить понятием "способ" и "стиль" жизни. "Субкультура" как методологическая категория также позволяет отличить социально приемлемые формы социально-культурной дифференциации (профессиональные, молодежные, научные, религиозные субкультуры, субкультуры национальных меньшинств) от антисоциальных (фашистских движений, террористических группировок, преступных групп и т.п.).

Когда речь идет о субкультуре, предполагается не только дифференциация групп людей в обществе по определенным признакам, но и по их устойчивостью во времени. Формы организации различных субкультур неодинаковы. Они могут достаточно четко определиться нормами формальной (уставной, кодифицированной) социально-структурной единицы - например, политические партии, профессиональные объединения и т.д. Некоторые другие субкультуры напівформальні (социокультурные ли соціополітичні движения). Наконец, могут образовываться группы по интересам.

Понятие "субкультура" не тождественно понятию "социальная группа", будучи лишь частичным проявлением последнего. Социальная группа определяется фундаментальными признаками социального разграничения: отношением к собственности, к власти, месту в системе общественного разделения труда. Члены социальной группы не обязательно связаны прямыми контактами. С точки зрения социокультурной характеристики этих людей уможливлюються такие аспекты их жизнедеятельности, как уклад, уровень, качество жизни. При анализе субкультур внимание исследователей больше акцентируется на непосредственных связях между теми, кто их составляет, на их об'єднаності общими интересами, чем на выполнении ими социально значимых функций.

Субкультура как составляющая культуры определяется спецификой содержания таких общих признаков, как предметы, которые составляют условия и объект интересов ее членов; способы регуляции взаимодействий и отношений между ними; критерии оценки взаимодействий и состояний субкультуры в целом.

Особое внимание следует обратить на социальную значимость разграничений в оценках любой субкультуры ее членами и членами других субкультур. Такие разграничения предопределяются неоднаковістю социокультурных последствий функционирования и развития каждой из них. В этом контексте следует различать внутригрупповые и межгрупповые (важно и общесоциальные) последствия. Так, некоторые субкультуры, в частности, преступные, могут полностью удовлетворять своих членов, но в то же время быть чрезвычайно опасными для общества.

Существующие субкультуры оцениваются не только их представителями, но и представителями других групп. От того, какие оценки будут доминировать - позитивные, негативные, нейтральные - зависит судьба субкультуры, ее устойчивость, напряжение отношений в ней, возможности развития и т.д. Как составляющая культуры, ее непременный элемент с определенными групповыми оценкам и преимуществами, оцениваемый другими членами общества, субкультуры становятся неоднозначными: одни пользуются большей, другие - в меньшей уважением; одни больше, другие меньше влияют на культурный прогресс. Ценностный релятивизм в соотношении субкультур неэффективный - как в сфере общественной практики, так и в сфере социального или научного познания.

Важно обратить внимание на познавательные возможности категории "субкультура", анализируя динамику культуры и общества. Такой анализ позволяет:

- на структурно-функциональном уровне обнаружить содержательное отражение тех границ, которые в обществе устанавливаются между его членами как представителями определенных групп (возрастных, профессиональных, по интересам и т.д.), и специфику образа, стиля их жизни и исповедуемых ими ценностей;

- осмыслить генезис каждого из типов субкультур за счет выявления фундаментальных предпосылок (экономических, социальных, демографических), на которых они основаны, и факторов, обусловливающих их специфическую качественную определенность. Выстроенная таким образом типология субкультур позволит выйти на следующий уровень их изучения.

Динамический уровень культуры и общества характеризуется типами субкультур и формами их проявления в широком социокультурном контексте. Это позволяет конкретизировать культурный уровень исследуемых субкультур определенного типа. Обратим внимание, например, на молодежную субкультуру. В этом случае, с точки зрения изучения культурной динамики, особую важность приобретают такие направления анализа:

- проявление самых представительных - в понимании социальной значимости, с одной стороны, и привлекательности для участников, - с другой, - молодежных субкультур, особенностей их социально-группового состава;

- определение мировоззренческих основ, свойственных этим субкультурам: представления о природе человека, о характере фундаментальных связей человека с миром, о природе, обществе, культуре, о пределе возможностей человека в них;

- установление рейтинга и границ анализируемых субкультур в обществе и прогнозирования их возможных изменений (развитие, угасания, устойчивое воспроизводство, трансформация), а также социокультурных последствий этих изменений.

Итак, субкультура является видовым понятием, производным от родового "культура" и означает культурную общность с некоторыми особыми чертами и признаками, выделенными из той или иной культуры. Собственно же культура понимается как нечто целое, удерживая в себе множество субкультур. При этом было бы неверным представлять субкультуры некими механическими компонентами культуры. Они в реальности перекрещиваются, сливаются, незначительно разграничиваются или же резко отличаются по некоторым параметрам вплоть до противостояния основном массива культуры, являясь его альтернативой.

Представим себе плоскость круга основным массивом культуры. У его центра, в уплотненном "ядре", сосредотачиваются субкультуры, которые составляют основу. Их некоторые исследователи называют базовыми. Дальше от центра размещаются субкультуры с характерными отличиями, розмежуваннями. Чтобы рассмотреть культуру и динамику культуры с помощью понятия "субкультура", важно не только анализировать отдельные конкретные субкультуры, но также изучать их взаимосвязи одной с другом и с базовыми субкультурами. При этом особое значение приобретает осмысления возможностей и способностей субкультур к развитию и трансформации.

В центральных субкультурах формируются наиболее устойчивые образования, которые сохраняют систему ценностей данной культуры, ее традиции, ее различные исторические достижения. Однако структура базовых субкультур не обязательно монолитная. Она всегда имеет сложное строение и воплощает в себе возможность противостояний субкультур, даже в пределах центрального общекультурного ядра, степени традиционности и инновационности. Нарушение этой степени предопределяет драматические конфликты.

Периферийные субкультуры культивируют черты, которые менее развитые или совсем не развиты в центральных субкультурах. Инновации периферии поддерживаются или не поддерживаются центром. Уровень усвоения субкультурної разнообразия предопределяется інтегративними возможностями культуры.

Субкультуры, удаленные от центра, несут в себе разный смысл. Одни из них выполняют функции "накопителей" ранее открытого, исторически сложившегося. Эти субкультуры - архаические модели сохранения и реставрации тех культурных достижений, которые для общества в целом представляются анахронизмом. Такими, например, могут быть субкультуры, которые культивируют старые верования и культуры. Своеобразные секты, закрытые сообщества старательно отмежевываются от взаимодействия с другими культурами и субкультурами от внешнего мира. Другие - воплощают в себе инновации, культивируют новое, проявляют себя как "лаборатории будущего", как стихийные "экспериментальные" структуры культурного прогресса.

Инновационные субкультуры заслуживают более внимательного рассмотрения. Очевидно, они не всегда признаются нужными, не всегда несут в себе прогрессивное начало, часто-густо не приживаются. Не может быть и речи, правда, чтобы "прижилось" и развилась инновация, враждебная общекультурном "ядру", базовой субкультуре конкретного общества. Скорее всего она будет незамеченной или же энергично заперечуватиметься, или же будет подвергаться решительной трансформации под влиянием окружения. Для внедрения и распространения соответствующей инновации необходима достаточно мощная социальная поддержка. Этим объясняется невозможность принятия далеких от центра инноваций: чем больше людей должны их принять и перестроиться в своей деятельности и мышлении, тем сложнее это осуществить.

В развитии общества бывают периоды, благоприятные для внедрения и распространения инновационных субкультур, и периоды, когда культура изменениям не подвергается. Способность к изменениям предопределяется состоянием центральных субкультур. То время, когда по каким причинам они находятся в кризисном положении, а в обществе назревает осуществления определенных сдвигов, более благоприятный для распространения влияния инновационных субкультур, чем время, когда центральные субкультуры находятся в фазе стойкой.

Однако, чтобы осуществилась назрела общественная потребность в инновациях, в культуре должны существовать субкультуры с инновационным потенциалом, то есть те природные лаборатории, через которые и с помощью которых осуществляется процесс развития. Если культура обладает значительным числом инновационных субкультур, то при социальном запросе она "будет реагировать на вызов" выдвижением необходимой в данный момент и испытанной в той или иной субкультуре инновации. Когда же общество бедная субкультурами с инновациями, с новыми, незначительными идеями и идеалами, в нем ощущается недостаток реформаторских сил.

Естественную динамику субкультур корректируют их отношения с социальными институтами. Последние, особенно те из них, которые обладают властью (например, государство), поддерживают необходимые для своего существования культурные силы, стремятся усилить одни субкультурні сообщества и подавить или даже устранить другие культурные объединения.

Следует отметить, что субкультуры не возникают в рамках социального института. Они появляются как неформальные объединения людей, которые культивируют некоторую культурную особенность. В дальнейшем, однако, субкультура, образованная как проявление и развитие свободной человеческой активности, вступает в определенные отношения с социальными институтами общества. При этом она может ими поддерживаться вплоть до обретения институционализированной формы. Некоторые субкультуры принципиально противоположные позитивным социальным целям любого общества и не могут им признаваться (уголовные и криминогенные субкультуры). В некоторых случаях обществом могут институционализиро ваться угрожающие субкультуры, распространение которых приводит к резких негативных социальных последствий (нацистские движения и их институционализация).

Члены субкультурных объединений могут обнаруживать как стремление к институционализации своей субкультуры, так и пытаться обойти ее с целью сохранения собственной неповторимости, идентичности и т.д. Участники политических движений, утверждая определенные ценности, как правило, пытаются распространить свои убеждения на все общество, быстрее воплотить найденное ими в социальное и культурное целое. Некоторые альтернативные молодежные движения пытаются отделиться от "официальной" культуры, сохраняя собственные ценности нетронутыми со стороны других субкультур.

Современные ученые значительно усилили интерес к осмыслению проблем субкультуры. В трактовке этого социального феномена возникли принципиально новые позиции. Более того, сама тема перестала быть периферийной, частичной. Исследователи пришли к убеждению, что именно этот вопрос, наконец, позволит приблизиться к постижению культуры как важного социального феномена, зумовлюючого социальный прогресс. Отсюда своеобразный исследовательский бум, первые признаки которого наблюдаются в начале 80-х годов.

Чем объясняется факт, что в проблеме субкультуры, которая интересовала философов и социологов как средство социализации личности, вдруг четко выкристаллизовался мировоззренческий смысл? Почему исследователи увидели в этой проблеме особый научный потенциал?

Следует обратиться, прежде всего, к опыта, накопленного западными специалистами в осмыслении молодежных субкультур 60-х годов. Ученые заметили, что ценности и идеалы леворадикальной молодежной сознания в борьбе с истеблишментом при угасании молодежных движений не исчезли, а влились в современную западную культуру. Отсюда вывод: не владеют субкультуры некоторым культуротворчим зарядом? Или не скрывают в себе возможности перестройки культуры, ее усовершенствования? Наконец, едва ли не воплощают в себе новых ориентаций, предсказателей культуры будущего?

Не трудно понять, что такая логика переместить акценты в осмыслении самой темы "культура". Субкультура становится по сути восходящим началом не только в построении теории культуры, но и в философской трактовке истории. Она является своеобразным отрицанием предыдущего начала с содержанием основных сил для развития нового, еще не существующего, для радикального прорыва в мир новых духовных параметров, культурных установок. Познать суть и назначение субкультуры - значит постичь тайны культурного созидания, познать секреты истории.

Известный канадский исследователь Е. Тирьякан еще в начале 80-х годов, анализируя эзотерические субкультуры, обратил внимание на то, что они содержали в себе мощные катализаторы культурно-исторического творчества. "Глубокое изучение эзотерической культуры, - писал он, - которая считается архаикой западной культуры, по нашему мнению, освещает главные источники идеационных изменений в структуре современного общества, которые определяют коллективные представления о природной и социальной реальности".

Напомним, что в соответствии с тремя типами мировосприятия, а следовательно и культуры, которые выделял П. Сорокин, ідеаційний предусматривает диктат рационального мышления в отличие от "чувственного" и "идеалистического", когда в познании царит интуитивизм. Мысль Тирьякана сводится к тому, что "оккультные" и "эзотерические" субкультуры является определенной промежуточным звеном между патриархальной и современной культурой.

Процветания эзотерических и оккультных сообществ, как пишет канадский социолог, свидетельствует: кризис господствующей культуры настолько глубокая, что, возможно, происходит формирование ее новой парадигмы. Более того, субкультуры и вызвали "теургійну заботу" европейской цивилизации, предоставили ей динамизм. Субкультуры несут постоянное обновление культурной жизни, без них западная цивилизация не приобрела бы присущего ей культурно-исторического жизненного задора.

XVII Всемирный философский конгресс в Монреале (1983 г.) показал, насколько восприимчива культурология к подобного понимания субкультур. Выступая с пленарным докладом, канадская исследовательница Л. Марсіль-Лаксот пыталась проанализировать эту проблему с точки зрения единства и многообразия культур. Она поставила вопрос: что имеет большую ценность - сама культура или рожденные ею субкультуры? Есть все основания, по ее мнению, утверждать, что субкультуры своим творческим порывом превосходят значения господствующей культуры.

Не следует обходить вниманием и другую концепцию субкультур, высказанную известным западным социологом К. Мангеймом. Дело в том, что традиционно проблема субкультуры рассматривалась в рамках концепции социализации. Предполагалось, что приобщение к культурным стандартов, вхождение в мир господствующей культуры - процесс сложный и противоречивый, он постоянно натыкается на определенные психологические и другие трудности. Это и обусловливает особые жизненные устремления молодежи, которая из духовного фонда суб'єктивує только то, что соответствует ее жизненным порывом. Так рождаются определенные культурные циклы, обуславливаемые сменой поколений. Юность воплощает в себе новую историческую реальность, но не превращает культуру, не совершенствует ее, не меняет ее стандарты. Речь идет лишь о том, что духовные искания, ценностные проявления неизбежны в силу возрастной адаптации. Проходит возраст брожения, и культура вновь возвращается в свое русло.

Иначе говоря, мангеймівська концепция объясняет, почему люди создают особый мир ценностей, жизненных ориентаций, но вместе с тем констатирует: субкультуры хоть и постоянно воспроизводятся в истории, все же их назначение - приспособить людей к господствующей культуры. Субкультурам не предоставляется основополагающего значения. Они эпизодом в историческом становлении бытия.

На наш взгляд, следует совместить обе концепции и на их стыке пытаться осмыслить основные инварианты культурного прогресса и культурного упадка, культурного развития и культурной ограниченности. Несомненно то, что талант, как генератор культуры, получает признание только через своих сторонников, целенаправленно развивая собственную субкультуру, пробиваясь к субкультурного центра, привнеся в него инновационную разруху. Этот процесс может развиваться и от центра к периферии, неся в себе определенную стабильность и ожидая в будущем инновационных разрушений. В этом отчетливо проявляется диалектика жизни.

Конечно, рано подводить итоги, потому что еще не полностью оказались основные тенденции в теоретическом анализе субкультур и их места в прогрессивном развитии культуры. Однако отметим: проблема субкультур сегодня - самый весомый аргумент в переосмыслении целостной концепции культуры. Она позволяет в неожиданном ракурсе проследить генезис культуры, ее динамику. Несомненно, что во все времена своего становления и развития культура зумовлювалась множеством субкультур, переважальними воздействиями одних и воинственными, часто-густо незаметными претензиями других. Прогрессивные претензии, которые призывали к замещению отсталых или отживших составляющих субкультур, как правило, замалчивались или уничтожались господствующими субкультурами. Это закономерно, потому что господствующие субкультуры обслуживают властные круги.



Назад