Электронная онлайн библиотека

 
 Культурология: украинская и зарубежная культура

Доисторическая Греция и классическая Эллада


Огромную роль в развитии древнегреческой культуры сыграла крыто-мікенська наследие. Этот мир, что ушел в небытие (возможно, вследствие извержения вулкана или землетрясение), был в культурном отношении связующим звеном между Древним Востоком (прежде всего Єгиптом) и собственно Грецией.

Криты-мікенська (или эгейская) культура сложилась и развивалась в III - II тысячелетиях до н.э. и была создана племенами, которые населяли остров Крит, Пелопоннес, Западное побережье Малой Азии.

Благодаря раскопкам немецкого археолога Генриха Шлимана в 70-х гг. XIX в. перед взглядом ученых появилась величайшая культура, что подтвердила много догадок, которые возникли на основании "Илиады" и "Одиссеи". Однако достаточно ли точно отражал Гомер реалии того времени? Пожалуй, нет. Его Ахиллес грубый и живет как первобытный человек. Тем временем раскопки Трои и "микенской" эпохи, сделанные Г. Шлиманом и дополнены в начале XX в. английским археологом А. Эвансом, воспроизводят совсем другой мир.

Город Кнос - еще с XVIII в. до н.э. главное среди городов Крита - славилось мастерски построенным дворцом. В нем содержались царские палаты, святилища, гимнастические залы, бассейны (критяни уже имели водопровод), открытые площадки - очевидно, для театральных представлений и религиозных церемоний. Стены в нем разрисованные фресками (водяными красками по сырой штукатурке) с изображением растений, животных, особенно часто быка, сказочных грифонов (львов с орлиными головами), множеством человеческих фигур.

Скульптуры на Крите не найдено. Так же, как и статуй богов или культовых сооружений-храмов. Вероятно, критяни поклонялись богам на природе, в священных рощах или пещерах. Но известный большой разрисованный рельеф с изображением "царя-жреца". При греческом правители Міносі (имя которого связывают с легендой о Минотавре) Крит был еще могущественным государством (XV в. до н.э.), и кносский дворец дворец с хитросплетениями его коридоров вполне мог превратиться в воображении греков на легендарный Лабиринт, а фрески, которые изображали битвы с быком, породить образ полубыка, напівлюдини - обладателя Лабиринта Минотавра.

С XV - XIV вв. до н.э. центр эгейской цивилизации переместился на юг Балканского полуострова, в Микены и Тіринф. Здесь строили города-крепости на холмах, откуда и возникло название "акрополь" - верхний город. Микенский дворец - комплекс более упорядоченный, чем Лабиринт Кноського дворца. Центром его был мегарон - большой прямоугольный парадный зал с очагом посредине. В зале устраивали торжественные сборища и банкеты. Вокруг костра четыре колонны поддерживали навес с отверстием для дыма. С эгейского дома с мегароном сложилась архитектура античного храма. Гомер назвал Микены золоторясними, и это справедливо. Археологи нашли там немало золотых предметов (ритуальных украшений, оружия, золотых сосудов и др.).

Ахейцы были более воинственны, чем критяни. Это отражено в сюжетах фресок. Около 1240 г. до н. э. ахейські племена пошли войной на Троянское царство, что и отражено в бессмертных поэмах.

Была ли эта эпоха действительно эпохой героев? Или такой ее создал гений Гомера? В любом случае, герои мифов - это люди, которые прославились своими великими деяниями на благо человечества. Мифы рассказывают о первых основателей человеческой культуры, о людях отчаянно смелых, умных, которые очистили мир от разбойников и диких зверей, о первых мореплавателей, которые посетили далекие страны, о мудрых правителей.

Период истории Греции с XI до VIII в. до н.э. называют гомерівським, потому что все, что о нем известно, мы знаем из рассказов Гомера. Между исторической Грецией и классовыми цивилизациями давности лежат 300 или 400 лет смутных времен, когда в результате то ли нашествия отстающих племен, то ли неизвестной нам социальной революции все внешние признаки падшей цивилизации были забыты. Этот переворот в конце II тысячелетия до н.э. оставил глубокий след. В начале следующего тысячелетия племена Древней Эллады расселились по всему Средиземноморью. Сельские общины - деми стали преобладающей формой поселения, и хотя город в конце концов взяла свое, природа греческого полиса в основном определялась земледельческой демократией, которая не забыла первоначальной равенства и умение владеть оружием. Здесь, пожалуй, следует искать отличие античного общества от государств Передней Азии - монархических, централизованных, деспотическим.

Греки, согласно их собственным представлениям, всегда оставались народом детей среди народов старейших и мудріших стран.

Фактически на грани И тысячелетия до н.э. культурную среду упростилось. Греция словно начала путь человечества сначала. Это было своеобразным новым рождением человеческого общества после высокого подъема азиатских стран, которые рано достигли своего горизонта. Путь развития этих культур словно прекратился, что характерно для деспотических режимов, и дальнейшее общечеловеческий развитие не мог быть продолжением той самой линии, он должен был начаться примерно снизу. В условиях более развитого международного среды греческая первобытность, став на фундамент, заложенный древнейшими цивилизациями, растворила врата будущего. Греческая культура принесла с собой высшую форму общественной самодеятельности общин, гармонию природы и общества и, конечно, тонкое чувство прекрасного.

Греческая культура воспринималась в последующие века как историческое чудо. Она создала, кроме всего прочего, такую силу-много понятий и терминов (в политике, науке, искусстве), что исследователь Якоб Бургхарт имел основания сказать: "Мы видим глазами греков и разговариваем их оборотами".

Хотя греческий полис и греческое искусство оставили в своих многочисленных произведениях непревзойденные образцы и стали прекрасным детством человечества, не будем забывать, что жизнь античного мира мало и достаточно жестокости. Кровожадными были обычаи, прежде всего культовые. Так, перед битвой при Саламине главнокомандующий афинским флотом Фемистокл собственными руками задушил трех прекрасных юношей, персидских пленников, принесенных в жертву Дионису. Песни Гомера содержат описания устрашающе кровавых сцен.

Гомера греки считали автором целого ряда произведений. Кроме "Илиады" и "Одиссеи", за ним числились "гомерівські гимны", "гомерівські эпиграммы", "Война мышей и лягушек", ряд поэм, которые впоследствии стали называть "кіклічними". Не только конкретное авторство, но и сама биография Гомера не выяснены. Однако весь античный мир верил в реальность лица этого слепого поэта.

Ученые XIX-XX вв. в основном предполагают, что отдельные песни или части поэм Гомера долгое время жили в устной традиции специалистов-певцов - аедів, гомеридів, рапсодів. Сначала они импровизировали, а потом наступал момент, когда песня достигала такой формы, которая становилась неизменной и передавалась из поколения в поколение, чтобы сохранить для потомков "дела минувших дней". Таком закреплению в памяти потомства способствовал и чрезвычайно живой смысл песни.

Гомерівський эпос считается эпопеей аристократической элиты. Поэтому не удивительно, что в нем нашли отражение черты так называемого рыцарского этноса, система рыцарских ценностей. В ней на первом месте - стремление к славе и признанию. Родители требуют от сыновей стремление во всем быть первыми: "Отец завещал крепко силкуватися превзойти других, неутомимо требовать отличиться" ("Илиада").

Так же наставляет сына Гектор. Ахилл, перед которым стоит выбор: смерть со славой ли жизнь без славы - выбирает первую возможность. "Благородное происхождение отмечается тем, - напишет впоследствии грек Феофраст, который снискал мировую славу своими "Характерами" и считался основателем психологии, - что благороднороджений в своих поступках больше других хочет славы".

Забота о собственную честь неизбежно сопровождается страхом стать объектом насмешек. Аякс, который бросился на группу баранов, усмотрев в них людей Одиссея (ибо его разум затмило гневом через присуждение Одиссею доспехов погибшего Ахилла), должен был покончить самоубийством. Добровольное унижения ради получения чего желал - самая большая жертва, которую только можно себе представить. Не стоит напоминать, что отвага - нужная добродетель, а обвинения в трусости - худшее оскорбление. Вся "Илиада" рассказывает о мужестве героев и о том, кто чем отличился. И так песня за песней.

Черты героев Гомера выступают ярче на фоне добродетелей, кичащиеся в "Трудах и днях" Гесиода. Гесиод - первая реальная личность в древнегреческой литературе. Его дидактический эпос резко отличается от героического. Гесиод ставит себе целью дать сведения заповіданої веками народной мудрости, установить своеобразный кодекс, закон писан для человека, привязанной к земле как источника существования.

Во всех частях своей поэмы, которые имеют разные сюжеты, автор дает наставления; не забывая о мелочах жизни, рассуждает об главное в нем. Так, в первой части, где содержится увещевания брату Пресса, вызванное попыткой последнего отобрать у поэта часть отцовского наследства за помощью несправедливых судей, Гесиод много говорит о несправедливости и необходимость праведной жизни. Среди первых добродетелей у него осмотрительностью, избегание риска, стремление отвлечь от себя опасность на всю жизнь, бережливость. Это "здоровый крестьянский смысл", что, как и басни Эзопа, выражает первый протест против сильных мира сего.

В VII-VI вв. до н.э. (период архаики) на смену певцам-аедам пришли рапсоди, которые с запасом заученных ними эпических песен путешествовали по греческих городах (о них упоминают историки Геродот, Фукидид, Пиндар, который называл их еще и гомеридами, то есть людьми, которые происходят из рода Гомера и поют его поэмы).

Развитию лирической поэзии очень способствовали соревнования поэтов и музыкантов, основанные в Греции в VI-V вв. до н.э. (Піфійські соревнования, Немейські игры). На Олимпийских играх главную роль играли соревнования атлетов и гонки на колесницах. Но и здесь в торжественных песнях славили победителей, исполняли гимны в честь богов и героев, пели песни во время торжественных процессий.

Некоторые виды лирической поэзии были особенно тесно связаны с музыкой и танцами. Сюда относится мелос. В целом греческая лирическая поэзия делилась на элегию, ямб и мелос - в зависимости от метрической формы. Среди самых известных поэтов - Алкей, Сапфо, Анакреонт. Главным мотивом поэзии Сапфо, как можно судить из фрагментов стихов, что сохранились, была любовь, были сильные, порывистые, пылкие чувства. Особую славу снискали ее епіталами: жалобы девушек на жениха, который забирает их подругу, восхваление красоты невесты и т.д.

Стихи елегічні и ямбічні выражали личные чувства. И была и торжественная лирика. Особый ее вид - дифирамб. Он берет начало от песен, которые прославляли Диониса. Как вообще культ Диониса, так и дифирамб имели ту особенность, что в нем пафос доходил до экстаза. Дифирамб пели на фригийский лад, с страстностью, приводившая слушателей в возбужденное состояние. Аккомпанементом к дифірамбу были звуки флейты, а впоследствии - кифары. Веселье дифірамбу сочеталось с танцем, движения в танце были порывисты, стремительные. Греческий мелос достиг наивысшего расцвета в творчестве Пиндара. У него яркий стиль, украшенный метафорами, гиперболами, аллегориями и др. Сравнения и образы в Пиндара смелые, он создал новые, оригинальные формы.

Возникновение греческой драмы связывалось с культом Диониса, бога винограда и вина. Очень интересное свидетельство грека Симоніда, будто "от опьянения изобретено и комедию, и трагедию". "Тотемом" Диониса был козел, чем и объясняются выступления его поклонников в виде козлов: песню в честь Диониса пели, вдягши козлиные шкуры, подвязав рога и копыта; человек словно выходила из своей оболочки и в исступлении (на греческом языке - экстази) была способна к перевоплощению и непривычных для нее поступков. Это перевоплощение и составляет основу любой драмы. Экстаз перенимал не только отдельных участников праздника, но и всю толпу, из хора выделялся запевала, который умел начать дифирамб, "величественную песню в честь Диониса-царя, заглушив свои мысли вином". Такие хоровые песни исполняли на празднике Диониса, так называемых Дионисиях.

Выделения из хора запевалы-солиста допускало замену его зайшлим фіглярем, мастером на потешные забавы, не склонным придерживаться строгих тесных рамок обряда. Конечно, моментом художественного развития драмы является ее выход из культа. Ни У одного народа давности миф не давал такой обильной пищи для выхода из религиозной оболочки, как у греков. Только в них не было непреодолимой пропасти между богом и человеком, как это видно по крайней мере, с такого места "Илиады", где на жалобы дочери Афродиты, что ее ранил Діомед, Диона сетует: "Каких бед испытывают боги, что живут на Олимпе!"

Театры возникли одновременно во многих греческих городах. Римский архитектор Витрувий оставил описание идеального театра, который строится у подножия горы, в "здоровом" месте. Но реальные театры отличались от описанного Витрувием. Поскольку "первой ступенью" драмы были песни и танцы, то исполняли их на орхестрі, которая входила в состав священной участка бога Диониса. В афинском театре Диониса сохранились еще следы древнейшей орхестри, что относится к VI в. до н.э. Вокруг нее на холме стояли зрители, а там, где холм был невысокий, сооружали деревянный помост, чтобы с его высоты смотреть на орхестру. Из этих помостов впоследствии и развился "театр", то есть места для зрителей.

В дальнейшем этим словом стали называть все театральные сооружения. Мимическая игра, которая была непременной частью трагедии, нуждалась площадки в качестве места действия актеров. Нужны были и помещения для переодевания - палатка ("скена") стоял так, чтобы зрители не видели выхода актеров из него через боковые ходы к орхестри. Посередине орхестри располагался алтарь Диониса, на "приступці" к нему и стоял актер.

Пока хор играл главную роль в драме, место действия отмечалось составом хора. Прошло время, значение актеров превзошло значение хора, и орхестра уже перестала быть главным местом действия, а перед зрителем появилось жилье исполнителя главной роли. Это жилье изображалось проскенієм - передней стеной скени, которая теперь стала и месту пребывания актеров, не занятых в отдельных явах, и составом их костюмов и аксессуаров. Еще позже действие пьесы была перенесена с орхестри на скену, верхняя поверхность которой стала местом игры. Сюда перешла и название "проскеніум" - как передней части сцены, а параскенії образовали боковые ограничения для той коробки, какой стала сцена в театре новой Европы.

В IV в. до н.э. места для зрителей строили из камня - они поднимались концентрическими кругами и, расходясь, как лучи, делились на клинья лестнице (амфитеатр).

Греческая драма ставила особенно высокие требования к голоса актеров. Язык жестов, как отмечал Г.Е. Лессинг, греки довели до такого совершенства, о которой мы и понятия не имеем. Они играли в масках, которые ограничивали всю мимику одним движением и общей осанкой тела. Актерами были только мужчины. Некоторые из них достигли совершенства в игре. В то же время на сцене находилось не более как трое актеров.

Актеры были уважаемыми людьми. Они принимали участие в политической жизни. Им предоставлялись большие льготы, гарантировались неприкосновенность и освобождение от налогов. Театр занимал видное место в жизни рядовых греков. По этому поводу немецкий просветитель XVIII ст. И.Г. Гердер иронизировал: "Во время Пелопоннесской войны они были готовы лучше голодать, чем избавиться от ежедневной спектакля... "Во время представления зрители украшали себя венками, "Чтобы сидеть было удобно на каменных скамьях, они клали на них подушки" (Аристофан, "Всадники"). Аристотель в "Политике" требовал законом запретить молодежи посещать комедии. Платон в "Законах" осуждал властный проявление зрителями своей мысли, сетуя на то, что вместо аристократии образовалась "театрократія". Из письма, в котором актер комедии просит своего знакомого вместе с приятелями поддержать его аплодисментами, видно, что и в древнем театре была наемная клака.

Сначала посещение зрелищ было дармовым, впоследствии стало платным, но Перікл ввел выдачу денег на зрелища из государственной казны.

Великий древнегреческий драматург Эсхил (525-456 гг. до н.э.), по словам Аристотеля, первый увеличил количество актеров от одного до двух, уменьшая хоровые партии, и подготовил первую, главную роль для диалога. К тому же его влияния можно приписать и чисто литературные совершенствования - более сложную структуру трагедий и оживление действия, например в "Орестеи", а заодно и большую жизненность в изображении действующих лиц. Структура первых его трагедий примитивная, действие развивается вяло и только внешне, лишь в конце пьесы. В каждой трагедии значительная ее часть занята рассказами "предсказателей".

Зато трагедия "Агамемнон" дает постоянное нарастание драматизма. Уже в прологе сторож намечает возможность трагической развязки, говоря о том, что в доме не все в порядке, а впоследствии в хитрых, двусмысленных речах Клитемнестры, в полных противоположного содержания речах глашатая и самого Агамемнона, наконец, в потрясающих видениях и пророчествах Кассандры постепенно готовится катастрофа. Главный смысл трагедий Эсхила определяется характерным для древнегреческого миропонимание вопросом о судьбе и фатум, о трагической вину человека.

Уже в поэзии Гомера есть представление о высшую силу, которой подчиняются даже сами боги. Это судьба. Но герои Гомера не знают ничего о родовое проклятие. В период революций и потрясений могущества старых аристократических родов получили распространение мифы о ужасную гибель целых родов. Мифы о судьбе Пелопідів (главным образом Атрея, Агамемнона и Ореста) и Лабдакідів (Лая, Эдипа и его детей) давали драматический материал, и Эсхил в тетралогіях последовательно изображал их судьбу из поколения в поколение.

Но фаталистическое представление о господства над человеком губительной силы, которой никто не может избежать, не исключает в Эсхила признание свободы действий человека. Принимая традиционную версию мифа, Эсхил в то же время показывает, что роковое несчастье может зчинитися в результате несчастья самих людей ("Агамемнон"). Изображая титанических человек, он подчеркивает самостоятельность их решений. Так, Прометей делает свое дело сознательно, зная, что его ждет. Наиболее отчетливо такое сознание проявилась в образах Етеокла и Клитемнестры.

Хора в "Агамемноне" принадлежит исключительная роль. Хотя он не является в прямом смысле действующим лицом и только в конце трагедии пытается действовать, но его песни и комментарии создают основу, на которой развивается вся действие трагедии. Психология массы, ее невнятные, инстинктивные чувства, наивная вера, сомнение, разноголосица воспроизведены в выступлениях хора так живо, так достоверно, как нигде в литературе вплоть до Шекспира. Хор старцев в "Агамемноне" - это образы людей, умудренных жизненным опытом, людей среднего уровня, которые контрастируют с главными героями, захваченными личными пристрастиями; это общественное мнение.

На арсенал поэтических средств, которыми пользуется Эсхил, повлияло его представление о свободе воли. На нем основывается так называемая трагическая ирония. Действующее лицо, стремясь достичь своей цели, на самом деле достигает противоположного, ибо скрытая сила тянет его к гибели. Особенно много примеров этого в "Агамемноне" (испытания Агамемнона пурпурным ковром, сцена с глашатаем Агамемнона и др.).

Сила таланта Эсхила обеспечила ему видное место среди национальных поэтов Греции. В течение всего V и IV вв. до н.э. он оставался первым поэтом, образцом, его произведения получили исключительное право на повторные постановки.

Двое других великих драматургов Древней Греции - Софокл и Евріпід - деятели того самого "пятидесятилетия", которое началось после 479 г. до н.э., когда греки в героической борьбе победили персов, и закончилось в 431 г. до н.э., когда началась Пелопоннесская война, которая привела к гибели демократии и в Афинах, и в других греческих городах. Это было время культурного расцвета Афинской государства, век Перикла, наивысшего развития искусства, возникновение многих отраслей философской науки (Демокрит, Анаксагор, софисты, Сократ, Платон), истории (Геродот и Фукидид), врачебного дела (Гиппократ и его школа). На конец этого периода, то есть на конец Пелопоннесской войны, Афинскую государство уже раздирали смута, вызванная борьбой демократов с олигархами, противодействие новой мысли и новому искусству. Все вопросы и государственного, и личной жизни, в решении которых расходились представители различных слоев афинского общества V ст., получили свое отражение в трагедиях Софокла и особенно Еврипида.

Гете, который высоко ценил Софокла, заметил: "...никто не знал так сцены и своего ремесла, как Софокл". Он увеличил количество хористов с 12 до 15 и даже ввел третьего актера. Сами древние греки не знали точного количества его пьес - то ли 130 или 140. Новейшие исследователи считают, что его перу неоспоримо принадлежат 86 трагедий и 18 драм сатиров. Платоники называли Софокла Гомером трагедии, а Гомера - эпическим Софоклом. Его стиль проще, чем у Эсхила, он более умерен в использовании архаизмов и новообразований.

Некоторые более поздние исследователи считали, что Софокл по-шекспировском изобразил в трагедии силу судьбы, которая довлеет над человеком. Выводит он судьбу с недостойных поступков человека, которая погибает под ее ударами: Креонт в "Антігоні" из упрямства обрекает на смерть любимую девушку своего сына. Не имея сил спасти ее, юноша умирает вместе с ней; его смерть вызывает смерть матери, и эти две смерти является возмездием Креонту. Гегель считал "Антигону" непревзойденным образцом трагического столкновения государства и семьи.

В отличие от Софокла Евріпід, живя в ту самую бурную эпоху, был равнодушен и к политической жизни, и в общественной мысли. На его творчества зато сказалось общение с философами. Его, как известно, называли трагиком-философом.

Творчество Еврипида охватывает все основные мифы греков: круг легенд о Том, фіванські легенды, предания о Троянской войне, о походах аргонавтов и др. Его герои - это живые люди со всей разнообразием страстей и чувств ("Алкестіда", "Медея", "Ипполит", "Андромаха" и др.).

Евріпіду принадлежат и драмы сатиров: "Автолик", "Бусірід", "Еврісфет", "Циклоп" и др., где, ярко изображая смешные ситуации, реалист Евріпід в образах героев мифологии показывает пороки современного ему человека: его Полифем знает только одного бога - богатство, его Зевс - обжорство и попойки. Веселый, тем непристойную шутку стал для трагика-философа средством откликнуться на явления окружающего будничной жизни в самых грубых его сторонах. Простые сюжеты с веселой отделкой Евріпід мастерски использует с целью, которой в драме сатиров себе еще не ставили его предшественники: для Эсхила и Софокла эта заключительная веселая часть тетралогии служила лишь безобидным средством облегчить тяжелое душевное состояние зрителей, вызванный впечатлением от трагедии.

В трагедиях Еврипида, которые сближали мир мифических героев и мир людей, в его пренебрежении устоявшимися взглядами, свободном "обращении" с богами, государством и обществом значительно позже - уже в эпоху эллинизма - грек находил много ближнего своим взглядам и настроениям; поэтому Евріпід и после смерти еще почти полтысячи лет оставался для греков вполне актуальным поэтом. Однако современники серьезно его критиковали. Особенно неумолимым был Аристофан - в "Лягушках" поэту делался упрек в разрушении моральных устоев граждан.

Обличительная комедия V в. до н.э. набирает наибольших темпов художественного развития в Аристофана (450-390 гг. до н.э.). Древняя комедия різностильова: буфонадний стиль одних сцен сочетается со спокойно-уравновешенным тоном других; автор постоянно прибегает к приему пародий - вторит язык трагедии и лирики, разворачивает картину софистической ученого дискуссии, пародирует священные формулы из религиозных культов, имитирует диалекты рыночных торговцев и т.д.

Что же обличал великий афинский комедиограф, который весьма интересовался актуальными общественными проблемами? Он ненавидел новую музыку, новую науку, новые направления в воспитании. Он насмехался хитрого афинского политика Клеона ("Вавилоняне", "Всадники"); его возмущал тип молодого бездельника, щеголеватого аристократа, морально испорченного модным софістичним воспитанием ("Облака", где Аристофан вывел безбожником Сократа, что через четверть века, когда изменилась политическая ситуация, было использовано в качестве аргумента государственного обвинения и повлекло за собой присуждение Сократа к смертной казни); необоснованность пренебрежительного отношения мужчины к женщине, якобы неспособной разбираться в политике ("Лисистрата", "Законодательницы") и др.

Греческий театр, который вырос из разговорных партий первобытных обрядов-спектаклей, как видим, достиг наивысшего расцвета. Трагедии Эсхила, Софокла, Еврипида, комедии Аристофана воспитывали чувство достоинства, гражданственности, ответственности перед городом-государством, благородство и независимость духа. Театр, как и пластическое искусство, показывал, какой должна быть человек: физически и морально прекрасной - и в этом смысле искусство V-IV вв. до н.э. справедливо начали называть классикой, потому что оно стало образцом для подражания.



Назад