Электронная онлайн библиотека

 
 Общая психология

42.3. Влияние цели на поведенческий акт


В этом контексте цель понимают как образ, представление о желаемом будущем состоянии или последствия поведенческого акта. Многочисленные исследования показывают, что параметры цели влияют на результаты действия.

Сложности цели. Одним из хорошо установленных эффектов в психологии поведения является целенаправленной влияние сложностей цели на выполнение. Сложности цели можно операционно определить двояко. Во-первых, как собственно сложности цели - вероятность достижения цели. Например, если известно, что лишь 10-20% работников этого предприятия могут сделать определенное количество единиц продукции в день, это соответствует тяжелой цели. Если же процент достижений цели колеблется в пределах 80-90%, то такую цель принято считать легкой. Трудности цели можно определить и в абсолютных терминах, то есть безотносительно к процента достижений. В этом случае говорят о уровень цели. Например, прочитать 100 страниц текста на день является целью высшего уровня сложности, чем прочитать 50 страниц.

Эффект сложности цели заключается в том, что существует прямо пропорциональная зависимость уровня выполнения, то есть результативности, производительности действия, от степени сложности цели: чем выше сложностью цель, тем лучше ее выполнения (конечно, до определенного уровня).

Специфичность цели. Другим параметром цели, который влияет на исполнение, является специфичность цели, которая отражает степень четкости, определенности поставленной задачи. Рассмотрим конкретный пример. Можно, скажем, поставить задачу менеджеру одним из перечисленных ниже способов:

  • улучшить работу подразделения;
  • увеличить прибыль подразделения;
  • увеличить прибыль не менее чем на 10%;
  • увеличить прибыль на 15%.

Эти четыре цели отличаются прежде всего по уровню специфичности: 4-и цель наиболее специфическая, а 1-ша - наименее.

Как показывают результаты экспериментальных исследований, специфичность цели влияет на межиндивидуальное вариабельность выполнения, т.е. чем более специфическая цель, тем менее вариабельное выполнения. Иначе говоря, в условиях специфически поставленной цели люди ведут себя более однообразно, чем в случае неспецифической, расплывчатой цели. Расплывчатые цели оставляют исполнителю относительно большую свободу в их интерпретации, и получается, предоставляют больше возможностей для реализации индивидуальности. Это аналогично ситуации тестирования с помощью проективных диагностических методик, таких, например, как Тематический перцептивний тест (ТАТ), где подопытном нужно дать интерпретацию весьма неопределенных изображений. Основное предположение, что лежит в основе конструирования проективных методик, заключается в том, что указанная неопределенность провоцирует тестируемого на выражение в интерпретации собственных индивидуальных особенностей.

И наоборот, если деятельность носит рутинный характер и следует получить показатели выполнения в четких границах, то применение стратегии постановки специфических целей будет более эффективным.

Внешние и внутренние цели. Цель можно задать двумя основными способами:

  • это может сделать исполнитель перед самим собой;
  • это делает кто извне, то есть инструктор, мастер, менеджер, управленец, отец, учитель и т.д.

В первом случае речь идет только о внутренние цели. В другом возникают вопросы о принятии внешней цели, о ее трансформацию во внутреннюю и влиятельные последней на выполнение.

Полученные результаты исследований показали, что внутренние и внешние цели влияют на выполнение следующим образом: по мере повышения сложности цели выполнения улучшается, но после того, как цели становятся чрезмерно тяжелыми, улучшения выполнения не происходит.

Что касается влияния внешних целей на внутренние, то картина оказалась такой: если задание было слишком легкое, то подопытные намеревались сделать больше, чем было нужно, а если было слишком тяжелым - меньше, чем было нужно.

Невольно приходит на ум объяснение этого факта с помощью так называемого якорного эффекта. Можно предположить, что в среднем участники эксперимента к постановке перед ними цели, но после ознакомления с сутью задания имели определенную свою исходную внутреннюю цель (якорь), что была в «середине» диапазона внешних целей - не слишком легкая и не слишком тяжелая. Когда же перед подопытными поставили внешнюю цель, то они изменили свои выходные замыслы, подчинились, но не вполне: сохранили некоторую привязанность первоначальной, собственной цели.

Временная удаленность/близость цели. В этом случае речь идет о удаленность во времени момента достижения цели. Цели можно ставить так, чтобы конечную цель была разбита на близкую, удаленную и далекую или в противном случае так, что промежуточные отсутствуют, а есть только конечная (суммарная) цель. По предположению О. Бандуры и Д. Шанка, в том случае, когда перед человеком стоят близкие цели (то есть промежуточные задачи) по сравнению с ситуацией наличии только конечных (изъятых) целей, мотивация, уверенность в своих силах, а также выполнение в отношении повышаются. Это, по мнению авторов гипотезы, связано с тем, что исполнитель чаще получает подкрепление в виде информации о достижении цели.

Сформированность намерения и когнитивные процессы. В рамках рассмотренной выше теории четырех стадий действия разработан ряд теоретических положений, которые касаются влияния установки на протекание психических процессов, непосредственно связанных с контролем действия. Авторы теории проводят сравнительный анализ функциональных особенностей стадий выбора и додії. По их мнению, характер психической установки субъекта, который находится на стадии выбора, существенно отличается от установки на стадии додії. При этом под установкой понимают некоторое целостное состояние субъекта, общий настрой, готовность к определенного типа психической активности.

Основной функцией стадии выбора является рассмотрение последствий возможных действий и соответственно их вероятность. В связи с этим стадии выбора, по мнению авторов концепции, присущи следующие основные черты. Во-первых, субъект, если находится на этой стадии действия, открытый восприимчив к новой информации. Во-вторых, процесс переработки информации ориентирован на реальность, беспристрастный, то есть относительно свободный от типичных ошибок в оценочных суждениях.

В то же время характер психической активности значительно видоизменяется с формированием намерения, то есть с переходом на стадию додії. На этом этапе субъект уже принял решение и основной его задачей становится поиск или создание условий, необходимых для реализации намерения. Переработка информации приобретает ярко выраженный селективного характера: все, что происходит, оценивается сквозь призму сформированного намерения. На этом этапе субъект наиболее восприимчив к разного рода иллюзий, ошибок и отклонений от объективности.

Ориентация на действие/состояние и процессы контроля. Теория ориентации на действие и состояние принадлежит Ю. Лантухові. Под ориентацией на действие автор понимает активное состояние намерения, направлен на трансформацию его в действие, в то время как ориентация на состояние связано с задержкой реализации намерения, вызванную мыслями и анализом прошлого, настоящего и будущего. Два основных фактора определяют тип ориентации: а) наличие определенной несоответствия, противоречия в информации, которая воспринимается и вызывает удивление, требует прояснения и в итоге задерживает действие, ориентируя субъекта на состояние; б) состояние намерения.

Второй фактор в большей степени, чем первый, является субъективным и зависимым от индивидуальных особенностей субъекта. Этот фактор распадается на три основные составляющие: связанные с принятием решения (характеризуют трудности при принятии решения); связанные с неудачей (влияние мыслей о прошлую неудачу) и связанные с процессом выполнения (чрезмерное внимание к внешним характеристик действия в ущерб внутренним).

Лантухові принадлежит шкала контроля действия. Примеры из этой шкалы позволят объяснить, что автор имеет в виду под каждой из перечисленных составляющих. Например, одно из утверждений, направленное на диагностику связанного с решением состояния намерения, выглядит следующим образом: «Если я собираюсь купить кому-нибудь подарок ко дню рождения, и нахожу несколько нужных вариантов: а) мне, конечно, нелегко принять окончательное решение о том, что именно купить; б) я быстро останавливаюсь на чем-нибудь одном и покупаю это».

Выбор варианта (а) при ответе говорит о склонности к ориентации на состояние, или о трудностях при принятии решения. И наоборот, выбор варианта (б) - о склонность к ориентации на действие.

Пример утверждения о ориентацию, связанную с неудачей: «Если я потерял что-нибудь ценное для меня и не могу нигде найти: а) я концентрируюсь на чем-нибудь другом; б) я вскоре выбрасываю это из головы».

Выбор варианта (а), как легко понять, говорит о склонности к ориентации на состояние, (б) - о склонности к ориентации на действие.

Пример утверждения о ориентацию, связанную с процессом выполнения: «Если я занят чем интересным в течение длительного времени, например, чтением книги или курсовым проектом: а) иногда я думаю, имеет ли это смысл; б) я обычно бываю настолько увлечен делом, что никогда даже не думаю о том, чтобы спросить себя, имеет ли это смысл». Выбор утверждение (а) говорит об ориентации на состояние, выбор (б) - об ориентации на действие.

Однако Лантух понимает ориентацию и как ситуативное диспозицию, то есть состояние намерения, вызванный условиями протекания деятельности. С помощью специальных инструкций, скажем, можно усилить ориентацию на состояние и ослабить ориентацию на действие и, наоборот.

Теперь о ситуативном манипуляцию с ориентацией на действие/состояние. Известно, что так называемая неконтролируемая неудача приводит к снижению результативности последующей деятельности.

Ожидания: основные детерминанты. В этом контексте под ожиданиям понимают субъективную вероятность успешного решения задачи, достижения, или степень уверенности в успехе. Давно известно, что прошлый успех повышает, а прошлая неудача снижает ожидания. Однако понятие успех/неудача в большей степени связаны с внешними, объективными причинами и критериями выполнения действия. С точки зрения психологии интереснее том, какие внутренние факторы влияют на изменение ожиданий.

Одним из таких факторов, по мнению известного психолога Дж. Роттера, локус контроля, что в русскоязычной литературе часто именуют уровнем субъективного контроля. Люди с внутренним локусом контроля (объясняя то, что происходит с ними, внутренними причинами: их собственными навыками и способностями) значительно сильнее меняют свои ожидания под влиянием успеха или неудачи по сравнению с людьми с внешним локусом контроля (которые объясняют все, что происходит с ними внешними причинами: повезло, случайность и т.п.). Это самое справедливо и относительно ситуативной манипуляции локусом контроля: люди, которые под влиянием внешней инструкции верят, что успех в данной ситуации зависит прежде всего от их способностей и навыков, сильнее повышают свои ожидания после успеха и снижают их после неудачи, чем те, которые убеждены в обратном: что успех в данной ситуации зависит просто от удачи и случая.

Однако другой исследователь - Вайнер показал, что выводы Роттера не вполне корректны. По мнению Вайнера, важно не то, что человек может объяснять свой успех (неудачу) внешними или внутренними факторами, а то, насколько стабильными, по мнению субъекта действия, является эти причины. Если человек считает, что то, что с ней произошло, - результат действия более-менее неизменных факторах, ей ничего не остается делать, как существенно повысить свои ожидания после успеха и снизить их после неудачи. Это выглядит вполне логично: если то, что произошло, кажется неслучайным, закономерным, то естественно ожидать повторения этого события в будущем. Если же, наоборот, то, что произошло, приписывают влиянию случайных, временных, преходящих факторов, то нет смысла кардинально пересматривать свои ожидания: все может в следующий раз произойти совсем по-другому.

Вайнер считает, что человек объясняет события, связанные с ситуацией достижения, четырьмя основными факторами:

  • способностями;
  • прилагаемыми усилиями;
  • трудностями задачи;
  • удачей.

Легко понять, что способности и усилия являются внутренними факторами, а удача и трудности задача - внешними. Возможна и другая классификация факторов: способности и трудности задача - стабильные причины, усилия и удача - нестабильные, переменные. Исследования показали, что люди, которые объясняют свои успехи или неудачи стабильными факторами, значительно сильнее меняют свои ожидания после успеха или неудачи, чем те, которые склонны объяснять все то, что происходит с теми, переменными факторами. В то же время фактор экстернальности/интернальности (внешний или внутренний локус контроля) если и имеет определенное влияние на ожидания, то гораздо меньше, чем параметр стабильности/нестабильности.

Ожидания и действие. Выше говорилось о ожидания как о зависимую переменную: в центре внимания был вопрос о том, что влияет на формирование и изменение ожиданий. Однако интересно и то, как ожидания влияют на общую эффективность действия. Особый интерес представляет этот вопрос в прикладном аспекте: если мы будем знать, как ожидания влияют на деятельность и научимся влиять на эти ожидания, то получим мощный инструмент управления эффективностью действия. Известно, что если ожидания являются положительными, благоприятными, то индивид активно включается в деятельность, стремится достичь поставленной цели или ликвидировать обнаружено отклонение (терминами теории мотивационного контроля). Однако, если ожидания неблагоприятные (вероятность достижения цели оценивается как очень низкая), то в целом индивид отказывается от действия, применяет тактику ухода, выхода из действия и т.д. Если же в силу обстоятельств физическое прекращения действия невозможно, то включается механизм психического ухода, который выражается в появлении посторонних действия мыслей, избежании необходимой информации и т.п.

Самоэффективность. Один из конструктивных подходов к диагностике и управление ожиданиями предложил А. Бандура. Этот известный психолог из Стэнфорда ввел термин «самоэффективность».

САМОЭФФЕКТИВНОСТЬ - это вера в собственную способность мобилизовать мотивационные, когнитивные и регулятивные ресурсы, необходимые для осуществления действия, то есть вера в себя в контексте конкретной задачи.

Операціонально самоэффективность определяют следующим образом. Человеку предлагают несколько уровней производительности действия, часть из которых ниже стандарт (средний за популяцией) уровня выполнения, часть - высшее. После этого человека просят по каждому из предложенных уровней выразить свою уверенность в его достижении, используя определенную шкалу, например, от 1 (минимальное уверенность) до 10 (максимальная полная уверенность). Скажем, если нас интересует самоэффективность принтера, мы можем протестировать ее на самоэффективность, предложив ей дать оценки уверенности в том, что она сможет напечатать одну страницу текста за 5 мин, 3 мин... 0,5 мин. Сумма оценок уверенности даст показатель величины самоефективності.

С точки зрения Бандуры, механизм влияния самоефективності на действие такой. На ранних этапах выполнения задания, когда у субъекта еще мало соответствующего опыта, наблюдается высокая корреляция между самоефективністю и предварительным выполнением (то есть успехами и неудачами). По мере же приобретение опыта самоэффективность начинает все больше определять уровень выполнения задания: корреляция между самоефективністю и выполнением становится выше, однако корреляция между предварительным выполнением и самоефективністю оказывается слабее. Таким образом, самоэффективность становится более сильной и независимой детерминантой эффективности выполнения действия. Впоследствии не столько непосредственно предыдущий опыт, сколько вся история успехов и неудач вместе со способом их интерпретации, которые накоплены в самоефективності, определяет успешность следующего решения задачи.

Важно подчеркнуть, однако, что самоэффективность определяется не только объективно, но и интерпретацией прошлых и будущих событий. Отсюда выходит, что можно влиять на самоэффективность, а следовательно - и на уровень решения задачи.

Аналогичные результаты получены при манипулировании обратной связью с социальным сравнением: те испытуемые, которым было сказано, что их соперник решает задачи лучше них, в дальнейшем показали меньшую самоэффективность и более низкий уровень исполнения, чем испытуемые, которым сообщили, что соперник от них отстает. Другим примером влияния на самоэффективность может служить прием интерпретации уровня выполнения задания как зависящего от определенной стабильной когнитивной способности по сравнению с навыком, которая быстро приобретается. В первом случае и самоэффективность, и уровень исполнения были ниже, чем во втором. Авторы назвали этот фактор концепцией способности.



Назад